Смертельное лекарство

Ходу, ходу! Я проскочила несколько метров до двери, распахнула ее — вроде никого. В зале крик директора фирмы «Соцветие» никто не услышал. Однако бежать через зал, оставляя в тылу своих преследователей, я не стала — я видела хорошо накачанных ребятишек, лениво прогуливающихся между автоматами. Не успею я добежать до середины зала, как команда шефа достигнет их ушей, и мне придется иметь дело сразу со всеми. Вместо того чтобы бежать, я, наоборот, закрыла дверь и стала биться в нее: у моих преследователей должно было сложиться впечатление, что дама, блин, в панике вообще ничего не сечет, дверь не в ту сторону открывает, бери ее голыми руками.

Видно, я дергала дверь очень натурально — мне поверили. Я почувствовала, как сразу четыре грубых лапы вцепились в меня. Попалась! Только это им было и надо.

И мне, представьте, тоже только этого и было надо. Первый удар — назад левым локтем в живот одного преследователя. Хватка слева сразу ослабела. Делаем поворот на-пра-во и — киай! — следует удар уже кулаком в шею второго. Вторым оказался мой милый собеседник. От удара он сложился и мешком повалился на пол. Добавляю ребром ладони по шее охранника. Тоже на пол. Ну вот, полежите пока.

Теперь можно и выйти. И не спеша, не спеша.. Правда, один из ребятишек в зале смотрит как-то подозрительно — видимо, какие-то звуки из-за двери все же донеслись. Поэтому мимо него следует идти еще медленнее и глядеть еще надменнее. Так, мы на улице. Заворачиваем за угол.. А вот и подходящий подъезд. Шляпа летит в приготовленный пакет, на голову водружается кокетливая шапочка с помпоном, на пальто, накрывая его наполовину, накидываем цветастую шаль.. Можно продолжать путь.

Не успела я пройти и половину квартала, как мимо меня промчались двое охранников, рыская глазами по сторонам. Сзади я слышала отдаваемые знакомым голосом команды:

— В шляпе! И в пальто! Деловая такая! Она далеко не ушла, ищите!

К счастью, место здесь было людное. А на остановке гостеприимно распахнул свои двери троллейбус. Никогда я так не радовалась давке при посадке и тесноте в салоне. Стиснутая между телами моих земляков, я с облегчением улыбнулась. Пронесло!

Однако хватит радоваться. Улыбнулась разок — и достаточно. А то те же земляки не так тебя поймут. Происшедшее в «Азии» надо осмыслить. И прежде всего понять, кто кому врал: Олег Лунин своей Кате, Катя мне или Виталик — директор — опять же мне. Виталик, похоже, не врал — об этом свидетельствовало все его поведение. Он действительно никогда не вел дела с фирмой «Файл» и ее директором. Хотя у его хозяина, господина Вязьмикина, такие дела были. Недаром Виталик так насторожился, когда я об этом заговорила. Запомним это обстоятельство и пойдем дальше. Врала ли мне Катя? Вряд ли. Зачем? Совершенно нелогично. Поэтому приходится предположить, что ноги у этого вранья растут от головы — то бишь от главы фирмы «Файл» и семейства Луниных. Олег Лунин не поставлял фирме «Матушка» игровые автоматы. У него были дела с покойным, но какие-то другие. Какие? Чтобы выяснить это, попробуем зайти с другой стороны. Кстати, куда это я еду?

На ближайшей остановке я покинула троллейбус и пересела на другой маршрут. Спустя некоторое время вышла и пошла, оглядываясь по сторонам. Я искала детский сад.

Дело в том, что офис фирмы «Файл» располагался именно в детском саду — Лунин арендовал там две комнаты.

Детский гомон подсказал мне, что я достигла цели. Обогнув песочницу, заваленную снегом, я распахнула дверь с соответствующей табличкой и вошла в уставленную компьютерами комнату. Эта часть моей сегодняшней работы обещала быть более легкой, чем первая, — теперь я играла роль не навязчивого продавца, а желанного покупателя.

В комнате спиной ко мне сидел парень. Экран перед ним был освещен. На экране виднелся темный лес, по тропе двигалась фигурка. Вот возникла избушка на курьих ножках, но тут откуда-то с неба свалился Змей Горыныч. Парень застучал по клавиатуре, фигурка скрылась в лесу, супостат пронесся мимо.

Я кашлянула. Никакого результата. Фигурка на экране вернулась на поляну и двинулась к избе на курногах. На пороге возникла хозяйка с помелом. Игрок напрягся.

— Молодой человек! — громко произнесла я.

Играющий вздрогнул, но от экрана не оторвался. Бабка взмахнула помелом, в ту же секунду парень нажал на клавишу, и герой на экране выхватил меч-кладенец. Борьба добра со злом вступила в очередную стадию.

Я обогнула стол, подошла к игроку и встала к нему лицом. Это был совсем молодой парнишка — лет девятнадцати, не больше. Тонкие черты лица, очки с толстыми стеклами — типичный мальчик из интеллигентной семьи, находящийся в той стадии компьютерной болезни, когда излечение еще возможно, но уже весьма затруднено.

— Молодой человек, я к вам по делу! — крикнула я ему, как глухому, и провела рукой между экраном и его глазами.

Парнишка досадливо поморщился, кажется, даже взглянул на меня, но более развернутой реакции не последовало. Тогда я решилась на последнее средство — подойдя к розетке, вынула из нее сетевую вилку компьютера. Экран погас, мой интеллигентный мальчик испустил нечленораздельный вопль и кинулся к розетке, но я твердо встала на его пути.

— Я пришла по делу! — теперь я говорила с ним не как с глухим, но как с идиотом. — Это фирма «Файл»?

Игрок глубоко и печально вздохнул. Видимо, он понял, что просто проигнорировать меня и продолжить игру не удастся, поэтому самая правильная тактика в этой новой игре под названием «Незваный посетитель» заключалась в том, чтобы как можно быстрее удовлетворить мое глупое любопытство, ответить на все дурацкие вопросы, и тогда я уйду.

— Да, фирма «Файл», — быстро ответил он. — Что вы хотели?

— Я хотела купить у вас несколько компьютеров, пару игровых автоматов и десяток программ. Вы же торгуете всем этим?

Мой вопрос привел юношу в крайнее замешательство.

— Мы.. — промямлил он. — Мы вообще-то.. Нет, мы, в общем, торгуем, но..

— Что?

— У нас один расчетный счет закрыт, а другой мы еще не открыли.

— И не надо. Я плачу наличными. Устроит?

— Да, конечно.. Только знаете.. Сейчас компьютеров нет.

— Хорошо, я пока возьму автоматы. Вот этот и этот. Но почему нет компьютеров? Я готова взять вот этот, — я ткнула пальцем в экран, от которого только что был оторван мой собеседник. Он дернулся, словно злая тетя хотела тут же схватить его любимую игрушку и унести с собой.

— Это оборудование фирмы. Не продается, — как можно тверже произнес юноша.