Охотник

Глава 3

3

Запах гари, я почувствовал, едва проехав половину пути. И хотя до зимовья было еще далековато, мне почему-то показалось, что эти «ароматы» касаются именно меня. И чем ближе подъезжал к своему подворью, тем эта уверенность становилась все сильнее. А уж когда оказался на месте, то все сомнения улетучились в один момент. От некогда крепкого капитального дома, остались одни развалины, выгорающие на моих глазах. Смысла пытаться потушить огонь не было никакого, хотя бы потому, что все говорило о том, что дом вначале разграбили, вытащив из него все более или менее ценное, а затем подожгли. Но и этого похоже показалось мало, потому что в нем явно подорвали какой-то заряд, из-за чего сруб сильно повело, и он хоть и не сложился, но его сильно повело, и потому восстанавливать там было можно сказать нечего. Во всяком случае без помощи со стороны, сделать это не получится.

В округе все было буквально истоптано следами, как минимум от четырех автомашин, и все они, явно указывали на то, кто именно здесь побывал. Причем следы были достаточно свежими, и похоже, наведя «порядок» в моем зимовье, мародеры отправились в сторону Склада. Складом, или по-местному — Тюмяти, именовалась небольшая деревенька расположенная на берегу реки Оленек. Когда-то в этом месте действительно находился перевалочный склад, расположенный возле местной пристани. Но с момента развала Советского Союза, этой пристанью практически не пользовались, и со временем от нее остались одни воспоминания, как, впрочем, и от самого склада. Но название прижилось, да так и осталось. И если во времена СССР, это место считалось селом, то сейчас от некогда большого поселка, осталось всего несколько домов, а население согласно переписи позапрошлого года, состояло из шести человек, в основном стариков, живших подсобным хозяйством и рыболовством.

Произошедшее так сильно взволновало меня, что захотелось отплатить как минимум тем же. Правда отправляться в Тикси, было бы дорогой в один конец. Все-таки там располагается целый гарнизон, и вряд ли я смогу противопоставить ему хоть что-то, а вот добраться до Тюмяти, вполне в моих силах. Поэтому, больше не раздумывая, отцепил прицеп, долил в бак бензина из своих запасов, подхватил карабин, и прямо по реке, помчался в сторону Склада, прибыв туда как раз в самый разгар событий.

Местные хоть и были далеко не молодыми людьми, но жизнь в тайге, приучила к тому, чтобы постоянно находиться начеку. И хотя нападение и случилось несколько неожиданно, кто бы мог подумать, что вполне приличные люди, на дорогой технике прибыли сюда для грабежа и разбоя, из-за чего одну семью, живущую на окраине поселка, все-таки успели убить и ограбить, но остальные, быстренько организовали отпор, а тут и я подоспел со стороны реки, попав в самую гущу сражения. Устроившись на берегу, я привнес в местную войну, свой небольшой вклад и успел упокоить, как минимум одного, и подранить как минимум двоих нападавших. И те видя, что, казалось бы, простое дело принимает дурной оборот, быстренько загрузились в два вездехода и отстреливаясь дали деру из деревни. Хотя наше оружие сильно отличалось, обороняющиеся в основном использовали охотничьи стволы, в то время, как «Золотая молодежь», имела в своем распоряжении автоматы Калашникова, преимущество все же оказалось на нашей стороне.

Как минимум, двое из бандитов из оставшихся здесь, были убиты, и ими оказались сын бывшего мэра Тикси, и дочь главы Бужунского наслега, то есть районного центра. Еще столько же ранеными, и сейчас с ними разбирался местный староста. И все говорило за то, что долго они не проживут. Как выяснилось из допроса, ушедшими оказались родственники командира гарнизона, а его сын получил ранение в самом начале схватки, еще до моего приезда. И сейчас вместе со своими дружками мчался по зимней трассе в сторону Тикси, и это было хуже всего.

Впрочем, местные жители понимали это и сами, и потому, быстро разобравшись с бандитами, собрались отправиться в Таймылыр, большое село, этого района, где проживало больше семисот человек, и где можно было организовать более или менее полноценную оборону. Конечно против армейских подразделений это ничего не даст, а то, что полковник Сиволапов, не оставит это в стороне, я ничуть не сомневался, все-таки в перестрелке был ранен его родной сын, да и высокопоставленные люди потерявшие своих отпрысков, тоже не останутся в стороне. Поэтому на предложение стариков, перебраться к ним в улус, ответил отказом, сказав, что пойду на юго-запад, в сторону поселка Оленек. Там все-таки центр улуса, и я очень надеюсь на то, что там правильно отреагируют на происходящее здесь. Староста согласился с моими словами, и даже предложил заправить мой снегоход. Тем более, что в деревне находилось два вездехода с большим запасом горючего.

Перекинув себе на пару канистр с бензином, и привязав их к корпусу снегохода, я отправился обратно в сторону своего дома, где у меня остался прицеп с пожитками. Здесь, за время моего отсутствия, ничего не изменилось. Дом потихоньку догорал, распугивая всю местную живность, и я решил, что вполне смогу переночевать здесь, и глядишь, найду что-то полезное в развалинах дома, что может пригодиться мне в дороге.

Я хоть и сказал, что собираюсь отправиться в сторону Оленька и Харыялаха, эти два села располагались рядом, на противоположных берегах реки, но очень сомневался в том, что смогу найти там хоть какое-то понимание. Мне кажется, после того, как замолчало радио, каждый стал сам за себя, что Тикси, что Оленек. Но так или иначе, оставаться здесь, после всего случившегося, не было никакого резона. Да и честно говоря было довольно опасно. Полковник наверняка захочет отомстить, и хотя мое участие в отстреле бандитов, вряд ли доказуемо, никто разбираться в этом не станет. Одно то, что мое зимовье было разрушено говорило о многом. Учитывая то, что о его местоположении знали очень немногие, говорило о том, что это была своего рода месть, за мой уход из поселка. Тем более, что полковника я знал, можно сказать лично, ведь когда-то, мой отец служил в той же части, и был юблизок к ее руководству.