Страница 55 из 78
Глава 16 Гамбит Империи Колоссус
То же время
Территория Секты Ледяных Цветов
Прошло полтора месяца с момента, когда Декстер Крауч оказался в Поднебесье. Получив всю возможную поддержку от Центра Получения Гражданства, детектив прибыл в Секту Ледяных Цветов адептом уже четвёртого уровня Очищения [1–4]. Здесь его сразу взял под своё крыло старейшина Оуян, отвечающий за внутреннюю безопасность и порядок среди учеников.
Слово «ученик» не могло в полной мере выразить статус члена Секты. По сути — это огромная армия из адептов с семьями, состоящими исключительно из таких же адептов. У Ледяных Цветов есть свои шахты по добыче кристаллов духовных частиц. Свои мастерские по изготовлению артефактов и талисманов. У Сект вообще есть всё, включая потомственных слуг.
Кражи, заказные убийства, махинации — старейшина Оуян делал так, чтобы порядок и соблюдение правил оставались главной силой внутри Секты.
Декстер Крауч с его двадцатилетним опытом и стажем детектива оказался как нельзя кстати. Он стал одновременно подчинённым и личным учеником старейшины Оуяна.
Так Декстер получил отдельный дом и вместе с этим право забрать тройняшек из квартала Внешних Слуг. Вместе с ними Крауч прихватил Ан Минхо и её парня Хван Джуна. Эта парочка, каким-то чудом знакомая с Гринчем, защищала жён Декса, пока он сам не прибыл в Секту.
Две недели жизни в квартале Внешних Слуг здорово сплотили девушек. Дружба тройняшек с Ан Минхо стала для них чем-то вроде нормы… Но в то же время разница в статусе между одарёнными и неодарёнными с каждым днём проявлялась всё сильнее.
Каждый божий день Ан Минхо медитировала и выполняла задания внутри Секты, чтобы получить пилюли и кристаллы с духовной энергией. Девушка изо всех сил старалась собрать ресурсы, чтобы поскорее прорваться на новый уровень.
Хван Джун тоже трудился до седьмого пота. Жизнь в квартале Внешних Слуг отнюдь не сахар.
Так прошли первые полтора месяца с переноса в Поднебесье. Детектив искренне радовался тому, что его жёны живы и он снова вместе с ними. Талант «Поцелованного Небом» давал детективу защиту от врагов внутри секты. Он стал своего рода «живым сокровищем». Его талант к развитию на пути адепта приравнивался к элите Внутренних Учеников.
В один из вечеров, прямо за семейным ужином, Декстер заметил, что тройняшки вдруг заснули прямо за столом. Детектив в ту же секунду запустил сканирующую волну. Это едва ли не самый первый приём, которому научил его старейшина Оуян.
Сканирование ничего не показало, но Крауч, вскочив со стула, уставился на коридор первого этажа. Детектив и сам не мог объяснить, что не так. Однако чуйка шептала: в доме посторонний и сейчас где-то в той стороне. Ни ауры, ни дуновения силы, ни давления от чужого присутствия. Как бы ни старался Декс, он никак не мог ощутить неизвестного гостя… Хотя тот вроде как стоит прямо перед ним.
— Кто ты? — рявкнул детектив. — Предупреждаю! Я работаю на службу безопасности Секты. Само твоё нахождение здесь — это прямое нарушение правил.
В ответ прямо перед Дексом стал проявляться силуэт мужчины в белом дорогом халате.
— Правильнее сказать, маленький адепт… что ты работаешь на старейшину порядка. Впрочем, ты дикарь из Пограничной Зоны, и тебе такое простительно… Пока.
Декс зарычал от гнева. Он считал себя довольно сильным, но, как ни старался, вообще не мог ощутить силу адепта перед собой. К тому же незваному гостю хватило наглости заявиться к нему в дом и незаметно усыпить тройняшек.
— Кто ты⁈ И что тебе нужно?
— Для начала, послушания, — произнёс незнакомец, едва заметно улыбнувшись.
Декстер хотел что-то ответить, но голос пропал. Звуки перестали выходить из его горла. Гость обладал не просто подавляющей силой, а находился в царстве силы, до которого Крауч не мог даже дотянуться. Ни умом, ни телом.
Тем временем незнакомец беззвучно переместился за спину Крауча и взглянул на гостиную.
— Привычки дикарей, — произнёс он, глядя на уснувших тройняшек. — Вы следуете правилам из прошлой жизни… Старые понятия о дружбе, старое отношение к смертным. Со временем ты поймёшь, насколько сильно отличаешься от тех, кому Небом отведено не так много лет жизни.
— Что ты… — Декс вдруг понял, что снова может говорить. — Какого чёрта тебе нужно? И кто ты вообще такой?
Детектив зарычал и хотел потянуться к медальону связи, отвечающему за сигнал страже Секты, но тот куда-то пропал.
— Не шуми, — произнёс гость и махнул рукой. Декстер опять потерял возможность говорить. — Я пришёл убедиться в том, что ты нам НЕ подходишь.
Декстер попытался закричать: «Кому? Для чего? Кто ты такой?» — и, видимо, в этот раз незнакомец его услышал.
— Вальпургий, — гость едва заметно качнул головой, изобразив кивок. — Основатель Секты Ледяных Цветов. Впрочем, сейчас ты говоришь с одним из моих автономных духовных клонов… Я сам давно покинул Первый Пояс. А тут вдруг главный старейшина Секты заявляет, что нашёл адепта с талантом «Поцелованного Небесами». Мне захотелось взглянуть на такую диковинку собственными глазами. И что я вижу?..
Незнакомец шагнул и вдруг оказался в коридоре дома.
— … Дикаря, держащегося за осколки прошлой жизни. Ты как золотая шестерёнка в часах, созданных из прочнейшей стали. Как только появится сильная нагрузка… Скажем, нападение другой Секты или внутренний конфликт Ледяных Цветов… Старейшины попытаются использовать тебя, а ты им не подходишь.
Гость махнул рукой, и Декс снова получил возможность говорить.
— Что значит «не подхожу»?
— То и значит. Ты не подходишь МОЕЙ Секте. Твой талант сможет расцвести в какой-нибудь Империи смертных, но никак не в Секте… Ты ведь и сам должен был это понять, маленький адепт…
Изобразив улыбку, гость постучал пальцем по виску.
— … «Удача сопутствует тебе, только если ты трудишься усердно»… Оставлять тебя среди Ледяных Цветов, хм… глупо. Старейшины попытаются сломать тебя, как ту самую золотую шестерню. Мне потом придётся разбираться с последствиями в виде кары от Неба.
Задумавшись, Основатель покачал головой.
— Жители империй с их мелкими интригами тебе подходят больше. Я предупрежу главного старейшину Секты. Тебе и твоим близким дадут возможность уйти, когда ты сам будешь к этому готов. Таково моё слово… И моя воля.
Качнув головой, Вальпургий указал на тройняшек. Девушки мирно спали.