Страница 80 из 309
База Алебастра оказалась мечтой поэта, иначе не скажешь. Натуральная крепость, выстроенная из мощных каменных блоков. Обширный гараж, прекрасно оборудованная кухня и туалетные комнаты, душ, небольшая сауна, центральное кондиционирование, собственный генератор в огромном подвале, герметично закрывающиеся хранилища, промышленные холодильники, комната отдыха, библиотека‑архив, радиовышка, арсенал и… даже маленький, я бы сказал «малюсенький», но бассейн рядом с сауной! В нем нельзя было плавать, но вот окунуться полностью, даже с задранными над головой руками – легко.
Отдельно ко всей этой роскоши прилагался сам альв и его вотчина, но на территорию священной земли гиков и программистов допускалась только Юки. На подобное мы без проблем согласились, так как любящий тесноту чернокожий парень не так уж много себе и отхватил, всего пару комнат. Нам же достался всего один модный японский компьютер, стоящий теперь в комнате отдыха, где в данный момент житель подземелий отбивается от кровопийцы, размахивающей восторженно вопящим оборотнем.
Говорю же, хорошее утро.
Девчонки даже не думали отлипать от паникующего альва, продолжая удерживать его в поднятом балагане. Это было не только веселья для, но определенной тактикой, которой наша команда придерживалась с того самого приключения, которое нас волей‑неволей объединило. Старый темный дух, имевший своим прислужником далеко не простого китайца, и сам был далеко не простой сущностью. Он, занятый попыткой внедриться в тело альва, еще умудрился и вогнать нас всех в сложную иллюзию. К счастью для нас, я был устойчив к подобному роду воздействий, а сам дух оказался накрепко связан магией с нашими разумами, что, в итоге, и привело к его гибели.
Однако, без последствий такое пройти не могло. Чернокожему отшельнику знатно снесло крышу, настолько, что он даже смог посмотреть на мир людей своими глазами. А ведь альвы врожденные агорафобы… наш же, к тому же, рос и взрослел чуть ли не в полном одиночестве, имея вместо общества себе подобных – только интернет. Любой с ума сойдет. Поэтому мы и не давали ему теперь спокойной жизни, постоянно теребя и присутствуя в непосредственной близости, но давая возможность удрать к себе каждый раз, когда его терпение подходило к концу. Эдакая терапия для существа, которое во имя нашей безопасности и общего светлого будущего, уже учудило бойню с парой сотен трупов побочного ущерба, лишь бы только не терять шанса на дружескую компанию.
Очень перспективный молодой человек, сказал бы я. Остальные члены нашей маленькой и, как оказалось, невероятно спаянной узами обстоятельств бригады, решили, что Алебастру нужно тепло, дружба и комфортное общение.
– Слезь с меня! – вопил вертящийся на месте чернокожий парень, на спине которого болталась тощая японка, – Не прикасайтесь ко мне!
– Еще одна недотрога… – бурчала ходящая вокруг него волком вампиресса, пытающаяся добраться до кицуне, продолжающей дразнить её «большой шлюшкой», – Развелось вас… нас…
– Попробуй выманить её едой, – советовал я, – В холодильнике еще должна была остаться ветчина.
– Нет, я её ночью съела…
– А чем мне завтракать⁈ – тут же возмутился альв, внезапно забывая о собственных фобиях, – Хлебом⁈
– Хочешь, лису зажарю?
– Эй! Я не съедобная!! – тут же пискнула Юки, высовываясь из‑за плеча альва.
Предупреждающее пиликанье прибора, располагающегося в каждой комнате этого дома, показало, что кто‑то стоит у входной двери, намереваясь войти. Это оказался вернувшийся Марий, притащивший с собой чем‑то набитый рюкзак. Поднявшись к нам, блондин осмотрел царящий хаос, а затем, устало выдохнув, сообщил, что он в душ – а потом будет собрание. Необходимо было посовещаться.
– О… – задумчиво пробормотал чернокожий парень, уже позабывший, что до него дотрагивается (буквально висит на шее) другое живое существо, – А у меня компиляция к концу подошла. Тоже новости будут.
– Отлично! – отсалютовал я ему почти приконченной банкой газировки, – Тогда осталось только позавтракать! Интересно, что нам оставили прекрасные девушки?
Ну а что? Меня же Юки будила. Такой подвиг не в её духе… на пустой желудок. А аппетит у японки отличный!
В общем, на собрании коллектива присутствовало двое хмурых мужчин, в чьих желудках бурчали лишь пустые хлебцы, наскоро поджаренные в тостере. На лицах представительниц прекрасного пола нельзя было найти гримасы острого сожаления, но я собирался исправить эту несправедливость в самом ближайшем времени. Однако, сейчас предстояло решать более важные вопросы.
– Алебастр, если у тебя всё готово, то говори первым, мои новости подождут, – Барон, тоже поскучневший от отсутствия жратвы, добирал своё газировкой, – Робот важнее.
Огромная железяка, доставшаяся нам вместо нескольких сотен упакованных элитных компьютеров, была той еще головной болью. Мы не знали, что это, не знали, откуда оно взялось, понятия не имели, почему эта хрень вообще существует. У нас даже не было времени дать Няшке и Алебастру изучить эту штуковину. С огромным трудом и напряжением сил мы загнали эту ересь в бункер, закрыли его и… получили спящую мину под ногами, выйдя из дополнительного убежища альва всего лишь с флешкой, найденной японкой в кабине робота. Ей альв и занимался с тех пор, как мы «купили» его основную базу у подставного человека, официально стартовав как отдел Инквизиции.
– Сначала посмотрите сюда… – чернокожий парень вытащил из‑за спины планшет.
На нем мы увидели видеозапись, датированную две тысячи восемнадцатым годом. Под оживленными комментариями какой‑то радостной японки, на экране неуклюже двигалась четырехметровая хренотень, очень напоминающая гигантского человекоподобного робота из аниме. Не просто телосложением, а всем внешним видом, вплоть до характерной покраски бронепластин.
– Теперь сюда.
Новый ролик. Две тысячи двадцать первый. Еще одно двуногое механическое безобразие, неуклюжее, слабенькое, но, всё‑таки, шагающее вперед, под неумолчные комментарии уже другой японки. Сама постановка роликов была несерьезной, явно из какой‑то развлекательной программы. Улыбающийся пилот роботизированной хреновины, тоже японец, радостно болтался в прозрачной кабине.
– То есть, это игрушка? – в голосе блондина прозвучало облегчение, – Просто японская игрушка?