Страница 214 из 309
– Никак не можем, – согласно кивнул я, – Но зато можем попросить Момо, чтобы она её взорвала…
– Да вы издеваетесь?!?! – вопль, изданный блондином, заставил подпрыгнуть и Юки, наполовину залезшую в холодильник, и Норму.
Вообще‑то мы не издевались ни разу, несколько представляя себе, что такое эта самая Агнешка Новак. Разумеется, стрелять и взрывать её никто не собирался, но лишь потому, что Петр Васильевич, прекрасный и душевный человек, приятельствует с Яцехом Ковальски, двоюродным братом Агнешки, знающим свою ненормальную сестру очень хорошо (к своему глубокому сожалению). Сначала мы получим консультацию у этого благородного дона, а вот потом…
– Нет, ты точно издеваешься! – на меня уставился указательный палец несчастного блондина‑прелюбодея.
– Марий, включи мозг, – устало вздохнув, посоветовала ему Эрика, – Мы не о продавщице из магазина говорим…
На этом беседа утихла, так как пришлось нести ушибленную кицуне, разгромившую половину холодильника, в ванну, а затем еще и вытаскивать оттуда бинтуронга. Пришедшая в себя Эрика отправилась просвещать нашего альва, а Гритт остался на кухне в благотворной терапевтической тишине улыбчивой (и очень довольной жизнью) Нормы.
Как только я впихнул нужное, выпихнул лишнее, включив холодную воду, то был отвлечен звонком смартфона, на дисплее которого высветилось чрезвычайно интересное имя. Звонил человек, до которого мы очень хорошо донесли информацию, что звонить нам надо только с денежными предложениями.
– Да, кардинал Рома? – ответил я, оставив опечаленную японку и выйдя в коридор.
– Петр Красовский, – сумрачно отозвался собеседник, – Я получил интересные сведения о вашей… команде. О том, как вы ведете дела. Я хочу вас нанять.
– Канал защищен, кардинал, – тут же отозвался я, вспомнивший, о нашем печальном финансовом положении, – Или предпочтете встречу вживую?
– Встреча вживую невозможна, меня и моих людей уже увозят из Басолана. Под арестом, – едко отозвался динамик, – Думаю, вы тоже не глухой, слышали, что я разыскиваю тех, кто меня похитил?
– Об этом слышал весь город.
– Уверен, что вы слышали больше! – раздраженно отозвался Пьетро в ответ, – Давайте не будем играть в игры! Вы знаете, кто меня похитил, я знаю, кто за этим стоит. То, что вы не знаете, так это то, зачем понадобилось этим людям меня… изолировать! И что им нужно было кроме этого. Я говорю про одну вещь, накопитель информации, которую вам нужно будет найти и изъять, предпочтительно очень тихо. Очень‑очень тихо, Красовский. Знаете почему?
– Это такой интересный вопрос…
– Потому что вы, ваша команда, барон Гритт, как хотите, но вернете этот похищенный у меня предмет, тем, кто его похитил. Вернете официально, от имени Инквизиции, отдадите прямо в руки настоятельнице Хелене Гримм! – раскрыл часть карт кардинал, который на самом деле знал .
– Невероятно изощренно, но…
– Двести. Тысяч. Евро. Все деньги вперед, Красовский, прямо после разговора. Если не справитесь, то вернете.
– Секундочку, я передам трубку нашему командиру! – расцвел я, предвкушая умиротворенное ворчание нашего дракона, когда наша Эрика почует золото… и начнет грызть того, кто замнется перед тем, как отправиться его добывать.
Ну а как же иначе? Это же буквально знак Божий!
///
Широсаки Юки чувствовала себя очень несчастным существом, лежа прямо сейчас под чужой машиной и прикрепляя к днищу той следящее устройство. На обычный «жучок» наемники расщедриваться не стали, поэтому они с альвом слепили свою ерундовину из подручных средств, запихав в прибор самую обычную симку, купленную в магазине… и, разумеется, не это вынуждало кицуне чувствовать себя несчастной. Скорее мысли, да.
О личной жизни.
– Быстрее! Сюда кто‑то идет! – прошипел кто‑то голосом напряженной вампирессы.
Очнувшаяся лиса прокляла себя, тут же начав выползать. Ей тут же дружески помогли, буквально выдернув из‑под машины, а затем две девушки пустились в короткое, не привлекающее внимание окружающих, бегство до первых чахлых кустов. В них маленькая японка тут же начала слегка получать по заднице – вампиресса выбивала из неё пыль и грязь. Осведомившись, всё ли нормально, и получив утвердительный кивок от Юки, Эрика с облегчением выдохнула, выводя подругу назад, в люди.
Миссия была завершена.
– Домой? – поинтересовалась кицуне, усевшаяся на пассажирское сиденье кое‑как поставленной на колеса «барчетты».
– Еще чего! – хмыкнула брюнетка, севшая за руль и натягивающая на свою грудь ремень безопасности, – С нас сняли поводки! Марий и Петр пьянствуют с поляком, называя это консультацией, а мы займемся кое‑чем интересным…
– К Момо поедем? – обрадовалась лисица, но рано. Отрицательно мотнув головой, Хатсбург втопила газ в пол, срывая машину с места.
– Нужна страховка к их будущим блестящим идеям, – брюнетка если и знала о правилах дорожного движения, ведя их маленькую машинку, то успешно скрывала этот момент, едва входя в повороты на выезде от города, – поэтому мы с тобой кое‑куда съездим… кое‑чего посмотрим… Достань‑ка прицел из бардачка, глянь линзы. Чистые?
Джентльменство парней в данный момент слегка бесило Эрику. Она предпочла бы влепить этой Агнешке пулю в потроха, а затем уже искать ту флешку, которая так нужна им (не она, а деньги!), и вампирессе, в принципе, было глубоко плевать, что монахиня, несмотря на свой паскудный характер, вообще‑то пули от них не заслуживает никак. Это на сейчас, рассуждала здравомыслящая брюнетка, совершенно безрассудно ведя машину, а потом? Когда барон опрокинет польскую манду через бедро, а та, в ответ, возьмется за ружье? Нет, ребята, при всем уважении и при всех наших правилах, таких закидонов никому не надо.
– Если придётся отстреливаться от этой курвы, то окружающие могут не понять, что мы имели в виду, раз стреляем, в мать её, католическую монахиню, – процедила Эрика слушающей её, но какой‑то грустненькой Юки, – Только вот шансы, что кончать сучку придётся так или иначе – довольно большие. Я постараюсь прикинуть пару мест, где это можно сделать поудобнее. Кстати, а что ты такая кислая?
Этот вопрос стал для японки, ни разу в жизни не бывшей на родине, последней каплей. Она подтянула коленки к груди, обняла ноги, а затем запричитала, перестав обращать внимание на лихачество подруги. Юки самозабвенно токовала минут десять о своей нелегкой жизни, даже не обратив внимание на то, что подруга остановила транспорт. В себя кицуне привел смачный щелбан по лбу.