Страница 184 из 309
Глава 8 Два зайца одной пулей
– Русский, я думала, что ты джентльмен… – сонное бормотание Эрики заставило меня проснуться и открыть глаза.
– Я джентльмен, – пробормотал я, глядя на открывшееся мне зрелище. Оно было скорее смешным, чем эротичным, невзирая на обнаженное женское тело, лежащее рядом.
– Джентльмен не пытается трахнуть даму, которая спит! – возмущенно, но еще не открывая глаз, припечатала Хатсбург, – Впрочем, продолжай, мне нравится…
– Это не я, – подумав, выдал признание, а затем уточнил, – Это Соня.
– Не ты… Что⁈
Ну да, забравшийся на девушку кошачий медведь, сейчас игриво ворочающий мордой её левую грудь, никак не мог откликаться на имя Петра Васильевича Красовского.
– Продолжай, Соня, продолжай. Ей нравится.
Хорошее утро, веселое, особенно под мелкое пакостливое хихиканье преступницы, и впустившей зверя в мою берлогу. Возможно, мне не стоило шутить на тему того, что вампиресса теперь истинная «дочь ночи», ибо возлегла с черным зверем, потому что возмездие за эти слова было не только неизбежным, но и они сами вызвали удивленный взгляд совершенно чернокожего альва, на который бурным смехом отреагировал пьющий кофе барон… забрызгавший нас всех.
Затем, когда все себя привели в порядок, Марий неожиданно выдал:
– Планы меняются, девочки и мальчики. Раньше я должен был отправиться с Эрикой вместе с ватиканцами, теперь вместо неё беру Юки. Петр, Хатсбург – на вас дальнейшие поиски колдуна. Загляните к Кси Тинг, она хотела видеть нашего русского друга.
– Не то, чтобы я против, – утершаяся вампиресса, удерживающая за шею почти удравшую японку, задумчиво прищурилась, – Но почему…?
– Да всё просто, – тут же сдал замешкавшегося барона альв, – Католики подтянули монахинь, а ты Агнешке не нравишься. Почему‑то.
– Действительно, – покивал я, демонстративно оглядывая фигуристую девушку откровенно оценивающим взглядом, – Почему?
Кому может не нравиться высокая, длинноногая, широкобедрая атлетичная брюнетка с идеально белой кожей и совершенно правильным лицом? Да еще с такой грудью, от которой тащатся даже бинтурон…
Ну вот, опять в меня бросили полотенцем.
– Скажи ей, – посоветовала лидеру вампиресса, подтаскивая к себе японку так, чтобы прошептать ей на ухо на всю комнату, – Что мы все спим с Петром!
Вместо того, чтобы по привычке залиться краской, Широсаки неожиданно возразила:
– Тогда она будет ненавидеть его еще сильнее! И бояться за Мария!
Бросив на Гритта томный взгляд, я умудрился уронить всех присутствующих, кроме Алебастра и Нормы, в гомерический хохот.
Чуть позже, сдав лидера и повесившую нос японку, узнавшую, что они уезжают аж на три дня, хмурым монахиням во главе с Агнешкой, мы с Эрикой погрузились в «барчетту», поехав в гости к мадам Тинг.
Апсародай встретил нас уже привычной жарой и пустынными дневными улицами. Все порядочные люди сейчас праведно спали в своих постелях, чтобы потом всю ночь работать на свой кусок хлеба, а мы были вынуждены купаться в зное. Пусть даже за кусок хлеба с маслом. Некоторое время мы ехали молча, Эрика просто довольно щурилась в окно, жмуря глаза за темными очками, но затем задумчиво проговорила:
– Наша белая подлиза со вчера выглядит удивительно довольной и спокойной, русский. Уж кому как не мне знать, что ты её не трахнул, но признайся – что‑то между вами случилось, пока стирались?
– Да ничего особенного, – хмыкнул я, – Просто помыл её, а она потом при мне превратилась из лисы в человека.
– Оо… – меня игриво пихнули в плечо, – Ты зарабатываешь доверие гигантскими шагами!
– Я не специально.
– Хм, – внезапно моя напарница напряглась, выглядывая в окно куда‑то вверх, – Скажи это своему ворону. Возможно, он тоже не специально. Хотя вот ему я не верю!
– Сложно верить птице, которая при попадании в неё пулей рассыпается на целую кучу исчезающих перьев. Лучше расскажи, что ты сделала Юки, что та до сих пор дергается, вспоминая этот эпизод?
– Ой, брось. Маленький женский секрет. Вот такусенький, – мне показали расстояние между двумя пальцами, только не совсем маленькое, а такое, приличное. Размером с автоматный патрон семь шестьдесят два. А затем добавили, что маленькие лисички должны четко осознавать последствия за излишнюю хитрозадость и отмороженность.
Вникать глубже в эту тему я не захотел, почему‑то вспомнив, как Юки щупала мои пальцы, бормоча довольно подозрительные вещи. Нет уж, оставим себя в неведении. Нужно думать о реальном деле.
Средний Город был куда живее Старого, особенно китайский квартал. Жизнь тут, казалось, не утихала в принципе. Деловитые китайцы, мало обращая внимания что на прохожих, что на друг друга, копошились, занятые исключительно своим делом. Везли тележки, перекрикивались с соседями, готовили или поглощали еду у перевозных вагончиков, попивая горячую воду. Последнее вызывало у меня немой вопрос, пристрастие этих людей глотать пустую воду «ради здоровья» – совершенно отсутствовало у этой нации в другом мире. Там они хотя бы лупили чай…
Войдя в предбанник мыльного дома, Хатсбург удивленно хлопнула глазами на «секретаршу» Кси Тинг, эффектную девушку в красном ципао, которая только и помещалась тут со своей стойкой. Та, совершив ту же операцию по отношению к вампирессе, с узнаванием взглянула на ввалившегося в тесное помещение меня.
– Вас уже ждут, господин Красовский, – поклонилась китаянка, – Ваша сопровождающая подождет тут?
– Это моя напарница, мы идём вместе, – удивил я её ответом.
Причем, удивительно сильно удивил, аж тавтологией запахло.
Секрет удивления раскрыла сама Кси Тинг, когда мы к ней ввалились, пройдя по длинному коридору, из многочисленных дверей которого выглядывали десятки работниц, не отводящих взгляды от шагающей Эрики. Старушка, пыхтящая своей неизменной сигаретой, уставилась на вампирессу немигающим взглядом, а затем, спустя долгие пять секунд, покачала головой.
– Ну вот что вы за наемники? – задала она определенно риторический вопрос, – Компашка моделей! Я же вижу, у неё всё натуральное! Девочка, да во всем городе второй такой кобылы не будет!
– Это комплимент? – задумчиво спросила меня Эрика.
– Мощный комплимент, – покивал я, – Это же хозяйка мыльного дома. Она понимает в женской красоте.
– Тогда спасибо, – брюнетка уставилась на китаянку, не меняя выражения лица, – Но я, обычно, на людях не появляюсь.
– Не берут? – пакостно улыбнулась Кси Тинг.