Страница 123 из 309
Сейчас, кажется, на нашего Барона орал Марко Цурье, всерьез опасающийся, что древнее чудовище вылезет из своего гроба посреди одного из самых густонаселенных городов планеты, Сингапура, от чего у всех начнется очень веселая жизнь. У некоторых, правда, недолгая. Гритт орал в ответ, что у него попросту не было никаких прав останавливать Ди Вайна, и что он сделал Цурье огромное одолжение, позволив психу на корабле выйти за рамки юрисдикции Апсародая. А еще, «рыцарь Цурье, вампиры не могут провести шестьсот лет в ящике, а затем выскочить из него! Это сказки!». Нормальный рабочий процесс.
– Домой хочу… – поделилась с нами Юки, – Я вспотевшая и воняю.
– Это хорошо, – серьезно кивнул я, – Оборотень сразу тебя заметит.
– Не пугай девочку! – обняла Хатсбург напрягшуюся японку, – Всё будет нормально!
– Кар!!!
Кажется, наш вампир только что чуть не перекрестился от этого звука. Подняв голову, я увидел двух воронов, сидящих на очень тоненьких веточках дерева.
– Кажется, они у меня бесконечные.
Марий без особого труда смог договориться с Цурье, целиком и полностью слив ему тему с румынским графом. Они, покумекав втроем с Алебастром, сделали так, что мы к этому цирку перестали иметь хоть какое‑то отношение, сделав обнаружение Ди Вайна и его груза чистой операцией самого рыцаря. Фотографии? Он их получил от агента на борту, когда корабль был уже вне пределов юрисдикции Басолана. Громкое дело, неожиданный ход, шанс на восстановление статуса старшего рыцаря для Цурье и, самое главное, понимание Марко, что мы под него не копаем, а просто живём свою трудную жизнь, в которой случаются случайности.
– Разумеется, он что‑то заподозрил, – делился с нами довольный молодой лидер, только что провернувший весьма неплохую политическую комбинацию, – Но плевать. Главное, что мы свалили с этой темы, утащив с собой заслуженное вознаграждение!
– Которое запаримся реализовывать, – неожиданно хмуро и здраво заявила Эрика, – Вам не кажется, что банчить древними японскими монетами, привлекая внимание итальянцев, не стоит?
– Подойдем к этому вопросу осторожно, торопиться некуда, немного денег у нас есть. Алебастр узнает, как их можно реализовать, – пожал плечами чересчур довольный барон, – Сейчас давайте сосредоточимся на главном. Нам предстоит узнать, как Норма отреагирует на Юки.
– Может, тогда я на квартире переночую…? – робко попросила кицуне, явно морально не готовая к встрече с оборотнем.
– Не малодушничай, мы присмотрим. Просто не удирай от неё как от Петра, желающего твои трусы. Волки любят догонять .
А Хатсбург – успокаивать. Правда, это у неё обычно получается чуть хуже, чем догонять… у пингвинов. Зато она неплохо дерётся в замкнутом пространстве машины.
Шутки шутками, но уставшие, поработавшие, перенервничавшие и невыспавшиеся мы всё равно смогли как‑то собраться, чтобы обезопасить возможные осложнения, ждущие нас дома. Они предполагались только с одной стороны, так как Алебастр выполнил все свои предварительные угрозы, чуть ли не влюбившись в новоназванную Норму. По его мнению, которым он очень охотно поделился с нами по телефону, девушка‑оборотень была «образцовым человеком», лучшим на свете, просто замечательным. Она радовалась при виде альва, не разговаривала с альвом, выполняла все распоряжения альва…
– Всё понятно, ты у нас подземный Гитлер, – решительно кивнул Гритт, выслушав спич по смартфону, – Тебе нужны рабы. Ладно, обвяжи ей вокруг пояса веревку покрепче, но не фиксируй. Просто будешь контролировать второй конец, оттащишь, если начнется трансформация. Спрятаться успеешь.
Чем дальше в лес, тем лучше себя показывает наш командир. Хотя, тут нужно подумать. Какой здравомыслящий человек остановит машину возле вечернего кабака, чтобы дать всей команде освежиться пивом, особенно неким нервничающим белобрысым японкам? Ясно же, что решение очень здравое, но…
– Это всё твоё плохое влияние! – высказалась довольная брюнетка, плюхаясь назад на сиденье и хозяйски придвигая к себе поплывшую Широсаки.
Ну да, во всем виноват Красовский, а тридцать килограммов золота, что у нас в двух затасканных сумках – это лишь награды судьбы за невероятную святость окружающих.
///
Юки сильно нервничала, но, после того как влила в себя три кружки пива, гипотетическая опасность, угрожающая ей дома, сбавила обороты и перестала давить на сознание. Всё‑таки, девушка же не одна в этом жестоком мире? Никто не даст ей навредить? Так‑то да, но вот что делать с желанием подружиться с этой самой… Нормой? А вдруг не получится? Вопрос куда серьезнее, чем мог бы показаться. Всё‑таки, у их команды нет времени и сил решать все проблемы… вежливо и гуманно.
Широсаки не была настолько наивной дурочкой, как могла показаться со стороны. Её глаза, уши и мозги работали прекрасно. Понять, что они устроили с итальянцами просто ради того, чтобы улизнуть с Армэном поднимать груз, не стоило никакого труда. Это было опасно, очень опасно и рискованно. Но она же промолчала? Она им доверяет? Да. Как и сейчас.
С этими мыслями кицуне робко просочилась в родную обитель, инстинктивно прячась за спиной старшего и готовясь, в случае чего, пуститься наутёк. Смелость, пиво и рациональные мысли тут же покинули её голову, стоило только ноздрям захватить немного изменившегося воздуха. Приятный, слегка мускусный, аромат, наполнивший холл, легко улавливался чутким носом лисы.
Оборотень.
Все перевертыши, любые их разновидности, не переваривают кицуне. Доктор, занимавшаяся Широсаки, рассказала ей об этом в подробностях. Речь не шла о зашкаливающем уровне ненависти, какую проявил тот парень на знакомстве её с командой, но, тем не менее, отчетливая инстинктивная неприязнь к лисам всегда демонстрировалась перевертышами изначально. Этот шаблон менялся, агрессию можно было сдержать, но далеко не во всех случаях. Оборотни, чересчур привыкшие полагаться на своё звериное начало, предпочитали открыть охоту на кицуне, чей запах въелся им в ноздри. В самых запущенных случаях, это не давало им покоя, пока на их клыках не оказывалась кровь японских лис.
С чем это было связано, никто не знал. Сами кицуне верили в то, что приземленные тварные создания чуют в них небесное или демоническое начало, от того и ненавидят сущности, стоящие выше них. Юки подобную точку зрения не понимала, так как являлась насквозь земным существом, лишенным хоть каких‑то чудесных способностей. Ну, за исключением того, что кушала много, а поправлялась плохо.