Страница 26 из 93
На пороге стоял плотный среднего роста мужчина в бежево-зелёной униформе, фуражке с надписью «Polizei», с нашивками, смахивающими на нацистские. Сзади него маячили бледный, как мертвец, портье, и охранник в черной мешковатой форме.
— Лейтенант Бодмер, федеральная полиция. Нам поступило сообщение о проникновении в ваш номер. Скажите, что-то у вас украли?
— Ничего не украли. Этот мерзавец, видно, поджидал меня, чтобы убить. Но я его спугнул. Он залез в номер по раздвижной лестнице. Я ее опустил. Она должна рядом лежать со зданием.
— Господин Туманов, вы в Мюнхене всего пара дней, — нахмурился полицейский. — И у вас уже есть враги? Вы кого-то подозреваете?
— Когда я был на симпозиуме, ко мне подошёл немец. Томас Шустер. Стал угрожать, что убьёт меня.
Это было вранье. Шустер мне не угрожал, просто оскорблял. Но не говорить же этим немцам, что я сидел на унитазе, когда этот мерзавец грозился со мной расправиться?
— «Томас Шустер», — записал офицер. — Это мог быть он?
— Нет. У Шустера светлые волосы, и он выше и шире в плечах. Но с ним был парень, — соврал я. — Вот он больше похож.
— Понятно, — сказал полицейский, оглядел трясущегося от страха портье, охранника, и с мрачной миной предложил мне: — Господин Туманов, вы можете подать в суд на отель.
— Зачем? У меня же ничего не украли.
— Все равно. Вам нанесли моральный ущерб.
— Нет. Не буду, — я бросил быстрый взгляд на служащих отеля, и те сразу расслабились.
Когда все ушли, я, наконец, улёгся в кровать. Горничная сменила постельное белье, и я с удовольствием дышал этим ароматом свежести, с нежной отдушкой лаванды и сирени. Глаза у меня слипались, я провалился в сон, несмотря на ночное происшествие.
Снилось мне нечто совершенно неприличное и эротическое. Будто бы я вхожу в полутёмную комнату в моей квартире, и кто-то стоит у окна. Оборачивается и я вижу, что это Хельга в почти прозрачном неглиже, которое показывает всё её прелести, упругую высокую грудь, широкие бедра и очень тонкую талию. Она оказывается рядом, и я ощущаю тепло ее дыхания, провожу ладонью по бархатной коже. Женщина дрожит от предвкушения. И мы сливаемся в сладостной близости.
Резкий телефонный звонок портье заставил сон разлететься на куски. Я лежал весь мокрый, словно после бани, в кровати. И перед мысленным взором таяла прекрасная картинка, оставляя в голове лёгкий туман. Я присел, потёр лицо. Разум 80-летнего старика заставляет воспринимать женщин лишь как прекрасные живые статуи, восхищающие своими формами, а молодое тело требует разрядки. И чем больше я воздерживаюсь, тем сильнее меня охватывает невыносимое вожделение.
Но я вскочил на ноги, стал делать энергично зарядку, стараясь сбросить все это желание к чёртовой матери. И кажется, немного полегчало. Принял контрастный душ и, переодевшись, отправился в столовую. Но ни Мартынова, ни Тузовского там не оказалось. Я решил, что они или все ещё дрыхнут, или вообще продолжают веселиться.
На этот раз на завтрак принесли мясную запеканку с яичницей-глазуньей, яблочный сок, салат из свежих огурцов. Пиво я пить не стал, перебрал вчера слишком сильно. Да и не хотел туманить голову. Решил захватить с собой бутерброды. Начал нарезать ломтями свежие булки и перекладывать их кусочками сыра и колбасы. Но тут же вздрогнул, когда рядом оказалась официантка, одетая в национальный костюм.
— Я вот хочу взять с собой на экскурсию, — меня начал заливать жар от смущения.
Но она лишь очень любезно улыбнулась и предложила:
— Я принесу вам ланч-бокс.
Исчезла и через пару минут принесла внушительный многоуровневый контейнер, куда помогла уложить все сэндвичи, что я состряпал. Дополнительно подала пару бутылок «Фанты» и минеральной воды. И я уже потянулся за кошельком, чтобы дать чаевые, но не успел. Она быстро ушла. А я уложил все в сумку и вышел на крыльцо. Майское солнышко заливало тёплым, радостным светом окружающий мир. Лицо обдувал лёгкий ветерок. И вдохнув свежий воздух, напоенный ароматами цветущих лип, каштанов, сирени, я постарался выбросить из головы мрачные события этой ночи.
Ровно к десяти часам к входу в отель подъехал туристический автобус, ярко-синий, с шильдиком Setra S80 над решеткой. Небольшой, но довольно-таки уютный. Когда взбежал по ступенькам в переднюю дверь, то сразу увидел одетую в ярко-красную курточку Хельгу, которая сидела сразу за кабиной водителя. И на мгновение на меня обрушилось смущение, словно мы реально с ней этой ночью занимались любовью. Она улыбнулась мягко, но как-то отстранённо, официально.
— Доброе утро, Олег, — произнесла она по-русски.
— Guten Morgen!
Чуть поклонившись, взял руку, поднёс к губам.
Оглядев салон, предсказуемо я обнаружил членов той тургруппы, которые летели со мной в самолёте, а потом я их встретил в ТЦ «Людвиг Бек». Увидел не только Аллу, но и ее ухажёра Костю. Но к моему удивлению, он не пилил меня злым ревнивым взглядом, наоборот, оглядывал с каким-то странным интересом.
Я поздоровался со всеми, нашёл пустое местечко в середине салона, уселся у окна, поставив рядом сумку с фотоаппаратом и бутербродами.
Заурчал мотор, автобус тронулся с места, но поехал в противоположную сторону от Романплатц. Покатился между трёхэтажными провинциальными домами, выкрашенными в светло-охристый цвет, чьи однотипные фасады разбавлялись разной формой окон — арочных, украшенных лепниной, прямоугольных. И услышал голос Хельги, усиленный микрофоном:
— Доброе утро, господа! С вами ваш гид Хельга Фогель. Наш автобус отправляется сейчас в великолепный дворцовый ансамбль — бывшую резиденцию баварских королей — Нимфенбург.
Она начала рассказывать историю этого комплекса.
«
Здесь сошлись вместе любовь итальянской принцессы, шик королевских приёмов и мощь баварской династии Виттельсбахов. Я проведу вас по залам, где проходили коронации и балы, строили козни своим врагам и любовались красотой окружающей природы. Я расскажу вам истории о власти, моде и страстях. И Нимфенбург предстанет перед вами, не как музей, а как живая история.»
Ехали мы совсем недолго, минут пять. Этот самый комплекс оказался совсем рядом с нашим отелем. И немудрено, что мы начали именно с него. Но когда автобус остановился, и мы выгрузились, я понял, что потратим мы здесь как минимум полдня, настолько огромной оказалась территория с парками, прудами, старинными зданиями.
Хельга спустилась вниз последней, прошла мимо нашей группы и начала рассказывать вновь: