Страница 35 из 58
Смотря на Кирю, я прекрасно понимала, что для него первостепенной задачей было посадить всех из «Востока», а уже потом вытаскивать моих клиентов из тюрьмы.
Однако сейчас он согласился пересмотреть план. Мы просидели в отделе еще пару часов, но так и не пришли к общему мнению. У Кири все сводилось к задержанию Балуева, что я, конечно, браковала.
— Все, сдаюсь, – Киря поднял руки вверх, – не могу больше. На сегодня хватит.
— Хорошо, тогда завтра отдыхаем, а послезавтра попробуем переманить курьера на свою сторону.
Однако долго радоваться выходному мне не пришлось. На лестнице меня остановил Стасюк:
— Татьяна Александровна, я отсмотрел камеры в торговом центре, где вы сфотографировали партнера Виталия, и нашел кое-что весьма интересное.
— Ну пойдем посмотрим, что ты там нашел.
На записи было около десяти вечера. Ателье, в котором я заказала смокинг, закрывалось. Персонал прощался с тем вежливым портным и уходил.
— Думаю, он не только портной, но и владелец.
— Очень может быть, но что в этом необычного?
— Смотрите дальше.
Из ателье выходит опирающийся на трость портной, так же как остальные, прощается и садится на скамейку. Примерно через две-три минуты к нему подсаживается тот мужик из торгового центра, которого я приняла за уборщика, и они долго разговаривают.
— Ну и что? Может, они просто знакомые?
— Это тот самый тип, которого вы сфотографировали, а если мы приблизим, – он увеличил картинку, – то увидим что?
— Ну не томи уже, что мы увидим?
— Что это Лесничий.
Присмотревшись, я поняла: портной и вправду был один в один похож на Лесничего с фотографий. Интересно, почему я сразу не сообразила? Впрочем, понять это можно. В ателье было не так чтобы очень светло, да и я к этому типу не присматривалась особо. А здесь, на улице, освещение нормальное, и сходство сразу становится заметным. И еще непонятно, почему он опирается на трость. В его личном деле не было упоминания о ранении или других травмах ног. Сейчас ему около сорока, так что вариант с возрастными проблемами тоже отпадает. Ну и еще один вопрос: кто же такой советчик Виталия и почему он связан с Лесничим?
— Про травмы мне ничего не попадалось, – заметил Стасюк, словно прочитавший мои мысли. – Может, маскировка?
— Вполне возможно. Трость привлекает внимание к себе, отвлекая от физиономии носителя, – согласилась я. – Думаю, Леснику есть от кого скрываться. С таким врагом, как Балу, нужно всегда держать ухо востро, тем более мы еще не до конца знаем, только ли с ним у него были конфликты. В то время существовало еще три-четыре группировки, так что врагов он себе мог нажить и оттуда.
И в самом деле. Отрастить бороду и прикупить трость было отличной маскировкой. На таких людей ты не обратишь внимания в толпе прохожих или на улице.
— А он неплохо устроился, в таком дорогом ателье должны неплохо платить, – заметил Стасюк, довольный от своего открытия.
— А чего ты хотел? Наверняка в тюрьме работал в швейном цехе, вот и умения пригодились. А вообще, не думаю, что он туда просто так устроился. Не такой он человек, чтобы просто так взять и пойти работать.
— Надо бы поподробнее узнать о нем, например у владельца? Только моей зарплаты хватит максимум на пуговицы от костюма.
— Не преувеличивай, я ходила туда, там вполне божеские цены. Даже кое-что себе заказала.
— Тогда, Татьяна Александровна, может, вы и сходите? Зайдете, как будто просто мимо проходили и решили спросить, как идут дела с вашим заказом. Что скажете?
— Не стоит. Спугнем еще, – фыркнула я. – Пусть пока чувствует себя спокойно. Теперь мы знаем, где его искать. А вот со слежкой по камерам – продолжай, хорошо? Кстати, камера не пишет звук?
— Нет, к сожалению, не пишет. Мне тоже было бы интересно послушать, о чем они говорили.
— Их дуэт явно ни к чему хорошему не приведет. Балу от них точно добра ждать не придется.
— А что, если они вдвоем хотят убить Балу? Уборщик втерся в доверие к Виталию, через него вытягивает всю информацию о ходе дела и передает ее Лесничему. Как только мы найдем его слабое место, они ударят туда, и все наши старания пойдут коту под хвост.
— Я тоже думала об этом и запретила Кирьянову даже думать о задержании Балуева. Его нельзя спугнуть, но и нельзя позволить другим напугать его. О ходе дела теперь будем знать только мы и Тимур. Виталию будем сообщать только самый минимум, чтобы эта информация никуда не просочилась. Думаю, скоро он разузнает о партнере Виталия, и тогда уже можно будет строить какие‐то догадки об их мотивах. Пока мы просто тычем пальцем в небо.
— Еще одна странность, почему они оба устроились работать в этот торговый центр?
— Думаешь, они оба туда устроились? – задумчиво проговорила я. – Ой, не факт, Саша! Этот, который косит под уборщика, может там и не работать. Ошивается поблизости от Лесничего, например. Слушай, распечатай мне нормальную фотку того, второго, который уборщик. Загляну я в ТЦ и попробую узнать, что он из себя представляет. – Я помолчала. – Не могу думать, – я села и закрыла глаза руками, – с утра ничего не ела, и сил осталось немного.
— Может, вам кофе налить? Недавно друг в Турцию летал и привез оттуда немного.
Пока он ходил за водой и ставил чайник, я стала размышлять. Если бы они хотели следить за Балуевым, то попытались бы устроиться недалеко от мастерской или его офиса, чтобы держать его в поле зрения, оставаясь в тени. По понятным причинам, в сами автомастерские они бы не пошли.
Нужно думать последовательно. Допустим, этот тип и правда работает в торговом центре уборщиком. Уборщик – это человек неприметный, ему открыт доступ почти во все помещения и склады, он может пользоваться служебным лифтом, а также быть в торговом центре с открытия до закрытия. Если и есть идеальный сборщик информации, это он. С другой стороны, какую-такую информацию он в торговом центре может получить? Это не авторемонтная мастерская Балу, где и впрямь ценными сведениями можно разжиться.
Но почему Лесничий пошел портным в ателье? Выходить из павильона он не может, за исключением обеда, к помещениям, через которые можно было бы следить и подслушивать, у него доступа нет, да и в целом эту работу никак нельзя было связать с фигурой бывшего криминального авторитета. Единственным плюсом была хорошая оплата. Если ему нужны были деньги, чтобы подкупить шестерок Балу, это имело смысл. И все же мне казалось, что дело в другом.
— Чего ты маячишь туда-сюда? – Стасюк ходил в разные стороны и мешал думать.