Оправдать любой ценой

Глава 3

— Здравствуйте, да, это снова я, – на той стороне трубки послышался сонный голос адвоката, – хотел бы уточнить, как идут дела с обжалованием приговора?

Адвокат промямлил что‐то бессвязное про сложность дела и отсутствие железных доказательств невиновности.

— Вы мне об этом рассказывали в прошлый раз. Я не спрашиваю вашего мнения о деле, пожалуйста, скажите мне, что вы сделали, чтобы вытащить моего брата из тюрьмы?

Опять что‐то непонятное про поданные заявления о пересмотре дела, упорную отработку версий, опрос свидетелей, но, как всегда, ничего конкретного.

— Я вас услышал. Хотел бы еще уточнить по поводу дополнительного свидания для оказания юридической помощи. Как это можно организовать?

В ответ лишь короткое «Читайте законы».

Послышались гудки. Озадаченный Виталий убрал телефон и решил, что от этого адвоката нужно избавляться. Толку ноль, хамит, а продвижения в деле как не было, так и нет. Но пока избавляться от него нет резона: парень достаточно крут, на подобных делах, можно сказать, собаку съел. А в контры с Балу далеко не каждый тарасовский адвокат готов включиться. Этого‐то найти удалось с трудом.

Сегодня после свидания с братом он должен встретиться с частным детективом Татьяной. Уж она‐то точно что‐нибудь полезное разузнала.

Виталий закинул пакеты, собранные для брата, в машину и поехал к тюрьме. Процедура досмотра стала для него обыденной и более не смущала его.

Войдя в изолятор, он весьма удивился. Вместо привычного телефона и брата за стеклом он увидел, что посередине комнаты стоит стол, за которым сидят Татьяна и Тимур. Это было небольшой благодарностью от Кирьянова за пойманного Колунова.

— Здравствуйте, – Виталий кивнул Татьяне и пожал руку брату, – ну, как ты? И как так получилось?

— Да у меня все как обычно. Знаешь ли, тут мало разнообразия, – Тимур пытался шутить.

— Это я решила, что так будет лучше. Зачем нам тратить время и встречаться после, если можно поговорить втроем? – улыбнулась Татьяна.

Оба одобрительно кивнули, и Татьяна начала рассказывать:

— Недавно задержали Колунова Петра Андреевича. Вам знаком этот человек?

— Нет, такого не знаем.

— Он обворовывал машины и, возможно, раньше состоял в «Востоке».

— Попробую узнать, благо теперь у меня есть такая возможность, – согласился Тимур.

— Было бы очень неплохо. Это только догадки, но есть вероятность, что Балу собирает всех востоковцев.

— Зачем ему это нужно?

— Наверняка хочет восстановить группировку за счет старых друзей.

— Если это так, то у него ничего не получится. Все члены «Востока» отзываются о нем как о скоте, который легко может подставить и предать. От него в любой момент нужно ждать удара в спину. Они не пойдут за ним, по крайней мере, из тех, кто считался авторитетным и имел уважение в банде. Максимум несколько шестерок, но не более.

— Интересная информация, но знает ли об этом Балу? – Татьяна старательно записывала все в блокнот.

— Напрямую ему об этом вряд ли кто‐то осмелился бы сказать, разве что Лесничий, но тот сначала сидел в тюрьме, а после освобождения главой «Востока» уже стал Балу. Думаю, между ними до сих пор есть вражда, – сказал Тимур, за пару недель в тюрьме он очень много общался с сокамерниками и не только с ними, поэтому у него было много интересного для Татьяны.

— Поэтому Балу и собирает востоковцев. Ему нужны шестерки, которые будут выполнять его приказы, а он – покрывать их темные дела, – кивнула Татьяна.

Теперь весь пазл сложился. Осталось самое сложное – найти доказательства причастности работников автомастерских к «Востоку» и притянуть Балу, как это написано в законе, к статье о «реабилитации организованной преступной группировки».

— Мы установили камеры на месте их сбора, так что будем знать об их планах. Сегодня поеду в автосервис, где работал Колунов. По возможности постараюсь установить камеры и там. Если вам будет чем поделиться со мной, передайте это через охрану. Найдешь Андреева или Шихова. Оба два метра ростом, светловолосые и молодые. Знакомые ребята. Если что нужно будет, не стесняйся обращаться к ним, – сказала Татьяна.

— Держись, брат. Уже недолго осталось. Скоро мы вытащим тебя и будем жить как раньше, – кивнул Виталий.

— Да ничего, я здесь уже как дома, – грустно улыбнулся Тимур.

С последней встречи Тимур довольно сильно изменился. Если сначала ему приходилось выдавливать из себя хоть какую‐то улыбку, чтобы успокоить брата, то сейчас он, казалось, искренне шутил и выглядел более спокойным и уверенным. Хотя и внешне он тоже изменился. Появилась некоторая сгорбленность из-за ежедневных нагрузок и мешки под глазами от недосыпа. Но он все равно не унывал. Это вдохновляло Татьяну и Виталия работать больше и усерднее, чтобы справедливость восторжествовала и виновный получил по заслугам.

Свидание окончилось, и все разошлись по своим делам. Татьяна побежала в участок, чтобы поговорить со Стасюком, который накопал информацию о некоторых работниках автосервисов Балу.

А у Виталия была запланирована еще одна встреча. Недавно в почтовом ящике он обнаружил небольшой клочок бумаги с датой и временем. Каждый раз, когда нужно было встретиться, его «партнер» намекал на это довольно оригинально. Например, он мог написать об этом на стене подъезда или, как в прошлый раз, разбить стекло камнем с запиской. Все это походило на детские шалости и игры, но приходилось мириться, ведь они были в одной лодке.

Пока Виталий набирал в навигаторе адрес кафе, его брат вернулся в камеру. Как только он, шурша тремя пакетами, вошел, все помещение наполнилось радостным гулом. Казалось, на всем этаже слышали улюлюканье и смех.

Охранник постучал по двери и прикрикнул на заключенных. Немного притихшие сокамерники тут же обступили Тимура.

— А ну-ка разошлись, – рявкнул Сельвестр, не слезая с верхней койки, – налетели, гиены. Эти черти понятно, но вы‐то куда?

Он укоризненно посмотрел на Якута и Психа. Север, который мгновением раннее вскочил с постели, медленно опустился обратно.

Сильвестр подошел и сел напротив Тимура.

— Какие вести с воли?

— Да так, по мелочи поговорили, – Тимур протянул пачку «Парламента» и жестом пригласил к столу остальных, – слух пошел, что Балу бывших востоковцев в свои мастерские собирает.

— Брешут, – коротко выпалил Псих, пересчитав всех четверых, – мы и есть «Восток». Как видишь, нам еще долго сидеть.

— А Лесничий?