Страница 25 из 145
Рядом с отцом Эвана стоял тот самый мужчина, которого она заметила на заправке не больше часа назад. Пухлый, заросший и с нервирующей улыбкой. Махавший ей. Появившийся из ниоткуда и исчезнувший в никуда. От вида его лица среди семейных фото у Конни по спине пробежал холодок.
Стоя в полосе света, падавшего из ванной, она вздрогнула от внезапного звука в коридоре – того же, что раньше заставил ее остановиться. За той же дверью. На этот раз ошибиться было невозможно. Конни посмотрела в сторону кухни на другом конце коридора. Мать Эвана, наверное, по-прежнему была снаружи с остальными и проверяла, все ли в порядке.
Звук, который только что услышала Конни, был голосом.
Но не просто голосом.
Выскользнув из света ванной в полумрак, Конни приблизилась к нужной двери. Ее дыхание участилось. Она зажала забинтованный палец в кулаке, встала перед закрытой дверью и прислушалась.
Следующий вздох застрял в горле, когда тот самый шум повторился – голос, всхлип, плач.
Чья-то безнадежная попытка закричать.
Холод, охвативший Конни возле фотографий, вернулся в десятикратном размере. На этот раз ее затрясло. Она посмотрела на дверную ручку, пол под ногами внезапно сделался неустойчивым, словно наклонился. На Конни нахлынуло ощущение ужасной неправильности. Она бездумно боролась с ней, пытаясь убедить себя, что не слышала того, что на самом деле явно слышала.
Затем шум повторился. Глухой, напряженный крик.
Конни посмотрела на кухню. Оттуда по-прежнему ни звука. Она одна.
Она обхватила дверную ручку и повернула. Створка свободно распахнулась. Бесшумно. Конни встретила темная лестница. Лестница, которая вела в подвал.
«Крысы. Мать Эвана сказала, что в подвале крысы».
Как бы это ни было смешно, она принялась гадать: не могли тот звук издать крысы? Писк попавшего в беду грызуна?
«Не будь дурой. Это не крыса».
Дженис могла вернуться в любую минуту. Конни секунду раздумывала: не отказаться ли от своей затеи? Выбежать на улицу к остальным и сказать, что услышала нечто странное. Нечто невозможное. И все же какое-то ужасное сомнение подсказывало ей, что они уже все знают…
«Потому что они знают. Они же сказали, что там внизу крысы».
Конни сделала шаг по лестнице. Затем другой. Простые деревянные доски скрипели под ногами. В ответ на это из темноты навстречу ей поднимались другие звуки. Ерзанье. Суета. Приглушенные стоны. Сердце Конни колотилось. Дыхание становилось все чаще и чаще. Пока девушка спускалась, шум сделался громче, активнее, в нем по очереди появлялись беспокойство, страх, ужас. Конни еще никого не видела, и никто не видел ее, и все же при ее приближении эти голоса уже звучали на грани мольбы, взывали к богу.
Она сошла с нижней ступеньки и почувствовала, как что-то коснулось ее лица. Холодная цепочка. Конни схватила ее. Потянула. Одинокая лампочка отбросила конус тусклого света под ноги, и Конни оказалась перед связанными людьми на холодном цементном полу. Большинство из них она узнала.
Это были точные копии самозванцев, которые находились наверху.