Поиграли и хватит

Так же беззвучно вернула панель на место. Короткие перебежки — от куста к кусту, — и вот я уже припала к стволу дерева. Прислушалась у дверцы, обитой алюминием, но ничего не услышала. Ветерок усиливался, что было очень некстати: шум листвы путал меня, все время заставляя шарахаться. А настоящую опасность можно и не расслышать..

Пожалуй, с этой дверью стоит попытаться. Замок не предвещает особых хлопот. Только сначала надо взглянуть на здешний «парадный подъезд»: а вдруг там открыто, дежурит швейцар и играет музыка?..

Музыка и вправду играла: сквозь еще одну дверь, обитую металлом — но большую, выкрашенную коричневой краской под цвет кирпича и, разумеется, запертую, — еле пропиликивало радио, передававшее что-то скрипичное. Небольшое окошко, расположенное с той же стороны, что и вход в подвал, было единственным. Конечно, это и есть комнатушка Бикбулатова; по другую сторону от двери, должно быть, размещаются лыжи, а лыжам окна ни к чему.

Окно было занавешено чем-то плотным, темно-синим. Через это «что-то» пробивался свет настольной лампы — такой же слабый, как и голос радио. Но отчего-то этот тихий свет, тихая музыка и кажущаяся безжизненность вселяли тревогу. «Пора бы уж и гэбистам появиться», — вяло подумала я.

Мне потребовалась целая вечность (минут десять), чтобы с великой осторожностью — где крадучись, а где почти ползком — обогнуть сооружение и вернуться к погребку, защищенному деревом. Свой рюкзак я сбросила здесь еще раньше и теперь, достав из него набор отмычек, приступила к делу.

Должно быть, я слишком увлеклась. Потому что голос, раздавшийся, как показалось, над самым ухом, стал для меня полнейшей неожиданностью:

— Зачем так тяжело работать, дэвушка? Ты двер стучаль, я тебье открываль. Так просто!

Этот голос.. Хриплый, свистящий шепот, он не обещал мне ничего хорошего в ближайшем будущем. Но он, безусловно, был мне знаком. «Когда люди так говорят — „шу-шу“, — узнать голос трудно..» — пронеслись в памяти слова Тины. Неужели Рэй так дурачится, коверкает язык?

Ну да, это он! Я медленно-медленно повернула голову на четверть оборота, скосила глаза..

— Без глюпост, Танья! У меня большой пушка, он сделайт твой красивый голова большой некрасивый дырка. Я это не хочу. Давай руки за голова, ну!

Мне пришлось подчиниться, потому что пушку я разглядела сразу. Она была иностранная, крупнокалиберная и к тому же с глушителем. Дуло, зловеще поблескивающее в ночи, и в самом деле нацелилось прямехонько мне в затылок. Еще я разглядела длинный черный плащ с шарфом, который тоже выглядел черным (но я-то знала, что он зеленый!), черную шляпу и бледное лицо со шрамом. Даже слишком бледное. И гримаса, застывшая на нем, была какая-то слишком дьявольская.

— Ты собираешься меня убить? Но я ведь хотела только поговорить с Женей.

Попробуем потянуть время..

— Женья нет дома. Он скоро придет, но ты его не увидишь.. дэтэктив. Плохой для тебья ден, Танья!

— Где Ольга?

Монстр захихикал. От этого смешка— шепотка — глухого и какого-то «механического» — у меня волосы встали дыбом.

— Зачем она тебье? Тоже вопрос спрашивать? Хи-хи.. Ольга, Женья.. Все вы будете умират сегодня. Иди дом, Танья. Не бойса: ты будешь умират тихо, спокойно. Иди лево!

«Лево» означало, что я должна пройти к двери флигеля кратчайшим путем — мимо тополя, а не в обход, где протоптал тропку «Женья». Так как в голосе преступника уже появились нотки нетерпения, я вынуждена была сделать полшажка в указанном направлении, стараясь поймать боковым зрением высокую фигуру в черном. «Попытать, что ли, счастья?..» — мелькнула безумная мысль. Если повезет, можно сбить его с ног. Ну, а дальше-то что? Я вспомнила его тело в стальных комочках мускулов, звериную грацию, молниеносную быстроту атакующего хищника.. Да этот парень просто раздавит тебя, дуреха! Если не пристрелит еще раньше.. А не будешь рыпаться — у тебя еще есть шанс дождаться гэбистов.

Понятно теперь, от какого такого «сафари» у него на шкуре столько меток. «Хочу, — говорит, — тебя запомнить, мне надо..» Черный юмор! Знал же, мерзавец, что придется в конце концов меня убирать.

— Ты что, хочешь спат здесь? Мне времья мало!

— Брось придуриваться, Рэй. Я знаю, что это ты!

— А я люблю шутка, Танья. Я веселый..

Но почему-то я не услышала подтверждающего хихиканья. Вместо того за моей спиной прошелестел как будто порыв ветерка, и.. его сменили еще какие-то звуки, очень странные. Я не выдержала и обернулась, все еще держа руки на затылке. И тут мне самой пришлось издать странный звук!

Мне показалось, что на голову шпиона, где лишь несколько секунд назад прочно сидела шляпа, обрушился кусочек черного неба, сгусток ночного мрака. У меня на глазах, вытаращенных от изумления, фантом этот принял формы еще одного человека в черном, который легко взвалил себе на плечо безжизненное тело моего супостата. Черный шлем-маска с прорезями для глаз сплошь закрывал его голову и лицо.

— Идем, Танья: кажется, нас приглашали в дом.

И этот тоже говорит шепотом!

— Кто вы, черт возьми?!

— Джеймс Бонд! — огрызнулся «ниндзя». — И прихватите, пожалуйста, его «беретту», вон она валяется. Только осторожно, вдруг там найдутся отпечатки.

Как же я сразу не догадалась: это моя ФСБ меня бережет. Круто сработали, ничего не скажешь. За каких-то полчаса так подготовить операцию по захвату этого ублюдка.. Ну, ребята, снимаю шляпу перед вами! И зарекаюсь впредь перебегать вам дорожку, хоть бы даже и не со зла.

Шляпу, вернее, свою кепчонку я сняла мысленно, а на деле беспрекословно исполнила приказ своего спасителя насчет пистолета и двинулась вслед за ним к двери шпионского прибежища. Вот теперь я ясно видела голову, болтающуюся за широкой спиной в черном плаще. Мне показалось даже, что, побежденный, Рэй стал как будто более щуплым, точно из него сразу вышла вся сила. Вот так-то, мой «леопард»: нашелся охотник и на тебя!

Дверь оказалась открытой. Человек в черном толкнул ее ногой и протиснулся в крошечную комнатушку-сторожку с нищенской обстановкой. Печурка-«буржуйка», обшарпанный кухонный стол с электроплиткой и еще какой-то утварью, пара стульев и тумбочка, на которой и горела настольная лампа, да железная кровать, застланная грязно-синим одеялом — точно таким, каким было задраено и окошко. Вот на эту кровать «ниндзя» и сбросил свою ношу. Извлек откуда-то из-под плаща пару наручников и со знанием дела приковал поверженного хищника к металлической спинке. Я наблюдала за этой процедурой, стоя у двери, но, кроме могучей спины и двух пар рук в черных перчатках, мне ничего не было видно.