Страница 30 из 50
— Боже мой, ну конечно! Как же я сразу не сообразил: матрешка! У нее был брелок для ключей в виде матрешки, школьная подружка подарила. Крошечная такая, но очень симпатичная.
— И этот брелок был с ней в субботу?
— Ну разумеется. Дочь всегда брала с собой ключи. А.. что такое? Что такое, Таня?!
— Пока ничего, Лев Анатольевич. Ничего, кроме того, что я вам уже сказала. Вы еще не надумали исповедаться?
Он лишь отрицательно покачал головой. А вслух сказал:
— Спасибо вам, Таня. Умоляю: будьте осторожны! И.. простите меня, если сможете.
— Бог простит, Лев Анатольевич.
Я кубарем скатилась с шестого этажа. Что же это за день такой у меня сегодня, господи? Всех пугаю, терзаю и довожу до полного исступления.. И себя в том числе. Черт бы побрал эти душещипательные беседы! Я, в конце концов, не священник, а частный детектив! Хоть бы завтра, что ли, для разнообразия, довелось помахать ногами или за кем-нибудь погоняться..
На улице стояла холодная и бесфонарная ночь, какую всегда хочется поскорее оставить за спиной. Поэтому три квартала до своей укромной подворотни я преодолела на одном дыхании. Если бы оказалось, что мою машину угнали, это было бы самым большим разочарованием в моей жизни: пришлось бы ловить такси.
Забравшись в уютный салон и включив свет, достала свой блокнот, чтобы спрятать в него добытые фотографии. По иронии судьбы он открылся на страничке с данными Рэя Лионовски — той самой, которую мне еще предстояло заполнить. Ба, а это что такое?! Я точно помню, что, кроме адреса и телефона моего клиента, еще ничего на ней не писала!
Через всю страничку — по диагонали — мелким размашистым почерком Тины Брогус было начертано: «Get you have come».
Судьба продолжала насмехаться надо мной. Ну, это уж слишком! С меня хватит.