Страница 96 из 99
Эпилог
Эпилог.
Сегодня одиннадцатое июня две тысячи двадцать третьего года. Именно в этот день, почти век назад, я сделал свой, может быть и не до конца осознанный, выбор, шагнув на портальную площадку древней межмировой транспортной системы в совсем другом Мире. Смешно, в своём Мире я прожил чуть больше двадцати лет, а в этом уже семьдесят шесть лет, но продолжаю называть именно тот Мир «родным». Ладно, это к делу не относится. В этом Мире раскопки Аркаима начались, с моей подачи, теперь уже, в далёком шестьдесят восьмом, и я принимал в них самое активное участие, пусть и под «личиной» студента третьекурсника Московского Архивно-Исторического Института. В этот раз на раскопках были задействованы сотни самых разных людей из более чем десяти государств. Да, обнаружение Аркаима стало мировой сенсацией — городище, ровесник Трои и старше Рима почти на тысячу лет. В общем, открытие Аркаима стало праздником для историков и археологов. Учёные, студенты и просто энтузиасты совершали исторические открытия, а я искал совсем иное и… нашёл. Правда, в этот раз не было никакой мумии древнего Искателя или Хранителя, была… самая обыкновенная «портальная арка», размером чуть больше стандартных двухстворчатых дверей, да и стояла она совсем даже не в тайном помещении, а, можно сказать, в самом центре городища, на площади. Местные учёные недолго ломали голову над её назначением, быстренько определив в ней «ритуальное строение». Ведь ученые обнаружили удивительную особенность города — он был спроектирован с учетом положения Солнца, Луны и звезд и мог использоваться как обсерватория. Благодаря этому Аркаим получил неофициальное название «Город солнца». И вот, спустя более чем полвека я всё же решился воспользоваться порталом в Аркаиме. Много лет я изучал руны на арке и пришёл к разочаровывающему выводу — портал этот чисто внутрипланетный, то есть не имеет выхода на другие Миры и Реальности и, в отличии от портальной системы Искателей, он чисто магический, да и дальностью похвастаться, тоже не может, что-то в пределах ста километров. Скорее всего этот портал является частью планетарной портальной сети древних… ну не знаю кого, может быть тех же легендарных атлантов или ариев, а может каких-нибудь лемурийцев. Ясно одно, никакой опасности он не представляет.
Сейчас Аркаим это огромный музейный комплекс, сказал бы под открытым небом, но нет, под стеклянным куполом, который только на короткое время ночью пустеет, отдыхая от толп туристов. Почему аж целый комплекс? Так потому, что в Челябинской области таких городищ нашли уже больше трёх десятков, все они построены, словно бы, по единому проекту. Часть из них уже исследована и изучена, накрыта стеклянными куполами и принимают туристов, в другой части всё ещё работают учёные, а третья ждёт своей очереди и своих исследователей. Проникнуть в закрытый музей, особых проблем мне не составило, как и добраться до арки. Пришлось, правда, повозиться, чтобы наполнить руны энергией, но тут мне повезло, совсем недалеко обнаружилось парочку, пусть и слабеньких, природных энерголиний. Полчаса и руны засияли, в истинном зрении, энергией, ещё пара минут и арку заполнило тёмное зеркало перехода. Два шага, всего два шага и я оказываюсь в тёмном, покрытом чуть ли не полуметровым слоем пыли, помещении. Дышится, хоть и не свободно, но и особых проблем нет, хотя воздух и затхлый. Мощный электрический фонарь рассеивает мглу и высвечивает грубые каменные ступени, ведущие куда-то вниз. Ну что же, отступать, как говорится, некуда, поэтому начинаю спускаться в неизвестность.
Всего сорок две ступеньки, затем короткий проход, ещё шесть ступенек и я молча опускаюсь на последнюю, а передо мной, в постепенно разгорающемся свете, проступают контуры такого знакомого Портального Зала. Мне грустно и тяжело, но в то же самое время и радостно. Да, теперь я могу в любой момент покинуть этот Мир, и мне для этого даже не нужно проделывать весь этот путь заново, достаточно оставить в этом Зале портальный маячок, но…
Шестьдесят шесть лет я прожил в этом Мире, отдал ему, можно так сказать, своё сердце и Душу. Давно уже почти все кого я знал, все мои друзья и знакомые, покинули этот бренный Мир. Остались единицы, которых можно пересчитать по пальцам — Сталин, Берия, Судоплатов, Воронов и мои бывшие ученицы, ну и те учёные, которым я в своё время установил нейросети.
Берия в шестьдесят первым, инсценировал свою смерть и отошёл от дел. Судоплатов, проделал это ещё в пятьдесят восьмом и… перебрался на постоянное место жительство в США, где курирует им же созданную разведсеть. Сталин, официально ушёл на пенсию в шестьдесят девятом, передав пост Генерального Секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР Машерову и до сих пор жив-здоров, выглядит лет на тридцать и обосновался где-то в Грузии, точнее в Закавказском Федеральном Округе. А вот Воронов всё ещё на службе, в наглухо засекреченном Управлении МГБ, он вообще, начиная с шестьдесят шестого года исчез со всех радаров и даже в официальных бумагах ни он, ни его «Управление П» нигде не упоминается.
После памятного Девятнадцатого Съезда ВКПб-КПСС чуть было не вспыхнула новая Гражданская Война. Кровь пролилась, конечно, особенно в Средней Азии и на Кавказе, но грамотные, а главное, своевременные действия МГБ и Армии, позволили обойтись, что называется, малой кровью и к пятьдесят второму году административная реформа по преображению СССР закончилась. Вся страна к тому времени превратилась в одну грандиозную стройку.
Первый спутник СССР запустил в Космос в пятьдесят пятом и это был не просто шарик, передающий радиосигнал, а полноценный спутник наблюдения с постоянным радиоканалом связи с Землёй, точнее с Центром Управления Полётами. Первым человеком Земли, побывавшим в Космосе, стал так же Гагарин, очень уж Сталину понравилась его улыбка, но свершилось это уже в пятьдесят восьмом. В шестидесятом я опустил арварский бот на космодроме «Байконур», где его и изучали советские учёные вплоть до семьдесят четвёртого года, когда на его основе был построен первый многоразовый космический корабль, который в последствии стал основой для Лунной Базы.
Уже в шестьдесят втором году в СССР началось планомерное сокращение посевных площадей, как говорится, назрел кризис перепроизводства зерновых, а продавать пшеницу, рож, ячмень и прочее Союз категорически отказывался, предлагая уже готовую муку или комбикорма.