Страница 83 из 99
— Готов. Но, предупреждаю сразу — ничего ваши врачи не поймут и оборудование я вам не отдам, даже для изучения.
— Почему?
— Уровень развития. — коротко ответил я. — Даже Содружество не доросло до этих технологий и расти им ещё не одну тысячу лет, что уж тут говорить о земной медицине, даже самой лучшей.
— Ясно. Лаврентий, надо будет внести кое-какие правки в нашу операцию. Согласуй детали с товарищами Надеждиным, Судоплатовым и Вороновым. А теперь, Товарищ Надеждин, ответьте мне на один вопрос, только предельно честно… почему вы так не любите коммунистов? — а вот такого вопроса и никак не ожидал, поэтому задумался, правда, не на долго.
— А с чего вы взяли, что я не люблю коммунистов? Я к ним отношусь достаточно ровно. А вот Коммунистическую Партию… да, не люблю. Да и за что мне её любить? За развал Российской империи? За развал Красной Империи? За геноцид русского народа? Вспомните, ещё Ленин говорил, что одна из основных задач революции — это освобождение порабощённых народов от Великорусского шовинизма. В принципе, претензий к рядовым коммунистам у меня нет, они честно работают, честно сражались и даже к вам, я имею сегодняшнюю Партию, претензий у меня не так уж и много, хотя и есть, а вот к вашим приемникам… именно поэтому я и ждал этой встречи. Есть у меня надежда, что если вы сохраните власть и проживёте хотя бы на десять лет больше, то история моей Родины пойдёт по другому пути.
— Товарищ Надеждин, но ведь это только ваши слова, никаких реальных доказательств деградации и измены Партии у вас нет. Как вы сами говорили, родились вы и выросли уже в капиталистической России, а не в Советском Союзе.
— Да, но мои родители родились в СССР и выросли там же и… если честно, то они очень сильно сожалели, что Союз распался, а обвиняли они в этом именно КПСС, точнее её верхушку.
— КПСС?
— В начале октября, на девятнадцатом съезде, ВКПб переименуют в КПСС — Коммунистическая Партия Советского Союза… — начал я и, неожиданно для всех добавил. — Вот ведь дебил! — в помещении повисла «могильная» тишина. Я даже сначала не понял в чём дело, но только посмотрел на Сталина… — Извините, товарищи, но это я про себя. — и тут же в моих руках материализовался старый потёртый рюкзак, в котором я и зарылся, чтобы через десяток секунд радостно воскликнуть. — Вот он!
— И что же это такое? Спросил меня Судоплатов, глядя на небольшой чёрный прямоугольник в моих руках.
— Смартфон! С этим устройством я отправился в своё путешествие между Мирами. Но не это важно! Важно, что в нём находится немало информации, по большей части, конечно, она личная, ну, фотографии, видео, музыка и прочее. Важно, что к этому прибору у меня есть две флэшки, ну, это такие накопители информации, а на них просто огромное количество книг, как художественных, так и всяких разных прочих, в том числе и документальных, всевозможных справочников, учебников, монограмм, воспоминаний и мемуаров. В общем, на этих флэшках хранится целая библиотека, не полная, конечно, всяких там «женских романов», либеральной мутотени, «Майн Кампфов» и прочего там нет, к сожалению, флэшки имеют ограниченный объём и мне пришлось серьёзно эту библиотеку почистить, но и так, почти сто двадцать гигабайт информации, да вам с ней лет десять разбираться придётся и это земная информация, часть которой вы сможете использовать немедленно. Кстати, есть тут и полные «Материалы ХХ съезда КПСС» и речь Хрущёва. Думаю, вам будет интересно почитать. Экран, конечно, небольшой, но наиболее интересную информацию можно будет и переснять.
— И вы, товарищ Надеждин, готовы передать нам это устройство? — вкрадчиво, словно кот, заприметивший мышь, спросил Берия.
— Конечно. — ответил я, включая смартфон, а затем доставая из рюкзака сетевую зарядку и зарядку на солнечных батареях, а также и коробочку с флэшками. — К сожалению, земная техника не столь надёжна, как техника Содружества, но пару-тройку лет смартфон проработает, а я подумаю, как перенести информацию на более долговечный носитель.
— «Самсунг». — прочитал Сталин. — А почему «Самсунг»? почему не какой-нибудь «Полёт» или «Светлана»?
— Это изделие корейской фирмы. К сожалению, наши до таких технологий так и не доросли, а те наработки, что были созданы в СССР, похерили в девяностые. Скажу вам больше, когда я покинул Землю, почти вся подобная техника, в том числе и бытовая, были китайского производства. Даже то, что выходило с российским брендом, в основном собиралось из китайских комплектующих Китай, в моё время, это если и не первая, то вторая экономика в Мире, а Российская только лишь на шестом месте, хотя, надо признать, экономика России всё же развивается и растёт, правда, в основном, за счёт экспорта природных ресурсов, а вот в технологиях мы отстали и очень сильно.
— И почему же? — спросил Сталин.
— Да были такие «государственные деятели», которые считали, что нам не нужны свои технологии, а что надо, так «купим». Вот и развалили всё, до чего могли дотянуться. В моё время даже ходил такой анекдот, не анекдот, а, скажем так, народное мнение — «то, что Сталин строи, за тридцать лет демократов у власти так и не смогли до конца разворовать и разрушить».
— А что ещё про товарища Сталина говорил народ в ваше время? — заинтересованно спросил Вождь.
— Что он «сажал тех, кого надо было вешать», что «Сталин — это лучшее, что случилось с Россией в двадцатом веке», что «Сталина на вас нет», но это, в основном, к правящей верхушке относится. Да много что говорили, и это не смотря на водопад помоев, что лился их каждого утюга, не смотря на все «разоблачения кровавого режима» и тому подобное. В общем, даже спустя семьдесят лет после вашей смерти, народ ещё помнит. И это ещё одна причина, почему я здесь. Поверьте, я мог бы легко устроиться где-нибудь в США или Канаде, Австралии или Европе и жить себе припеваючи.
— Значит… помнит… народ, значит… не зря. — тихо, почти про себя сказал Сталин, а потом уже в полный голос добавил. — Мы с вами ещё не раз встретимся, товарищ Надеждин. Скажите, этот ваш… камушек, его можно перемещать?
— Конечно можно, товарищ Сталин и я буду рад встретиться с вами ещё раз.
— Это хорошо. И ещё одна просьба, товарищ Надеждин, научите товарища Воронова обращаться с этим вашим устройством и подумайте, как сохранить имеющуюся в нём информацию, это вы очень правильно подумали. А теперь давайте отдохнём и… надо подумать о том, что вы нам сегодня рассказали.
Берия и Судоплатов ушли вместе с Сталиным, а я с Вороновым, захватив смартфон, через портал, отправился в Успенку.