Страница 40 из 58
В принципе, террорист-либерал и раньше, в марте 1990 года рассылал ультиматумы кандидатам и членам Политбюро. Потом напечатал листовки, где призывал соотечественников физически устранять политическую верхушку страны, он обвинял руководителей СССР в отказе от либеральных ценностей. Желающих сделать это не нашлось, поэтому Шмонов решил организовать теракт самостоятельно.
Расстояние между демонстрантами, трибуной мавзолея Ленина и трибуной, где находились президент СССР Михаил Горбачев и глава Верховного Совета СССР Анатолий Лукьянов «и другие официальные лица», сократилось до 47 метров. Тогда Александр Шмонов сделал три стремительных шага из толпы демонстрантов и поднял обрез…
Резкое движение заметил простой милиционер, старший сержант Андрей Мыльников. Он бросился к террористу-либералу и двумя руками схватился за обрез, задрав его стволы вверх. Тем не менее, Шмонов, все-таки, успел дважды нажать на спуск — хороший стрелок, ничего не скажешь! Раздался раскатистый грохот выстрелов: первая пуля ушла в воздух, а вторая — в сторону ГУМа. Шмонова арестовали и впоследствии отправили в психиатрическую лечебницу. Оттуда он вышел спустя пять лет — инвалидом II группы.
Горбачев и Лукьянов на трибуне мавзолея вообще не поняли, что произошло.
В вечернем сообщении ТАСС 7 ноября 1990 года значилось: «Во время праздничной демонстрации 7 ноября на Красной площади в районе ГУМа прозвучали выстрелы. Задержан житель Ленинградской области, произведший из обреза охотничьего ружья два выстрела в воздух. Пострадавших нет. Ведется расследование».
Нет, перспектива стрелять по Хрущеву из обреза Влада отнюдь не прельщала. Не зря же он взял себе такой звучный псевдоним-анаграмму Вальдос — «Освальд наоборот»! Он рассчитывал изменить историю Советского Союза точным снайперским выстрелом. Но не мог же будущий политический террорист и убийца главы государства записаться в ДОСААФ!.. Вот, только где найти подходящую винтовку? Сначала Влад-«Вальдос» хотел использовать именно мелкашку: за тихий звук, компактность и приемлемую прицельную дальность до 200 метров. Но все же посчитал малокалиберную винтовку маломощной для действенного выстрела на поражение по человеку.
Конечно, в представлении Влада, идеально использовать винтовку, а лучше — карабин. Совсем идеально — СКС, самозарядный карабин Симонова! Оружие относительно компактное, но мощное — под автоматный патрон 7,62×39 миллиметров. А 10 патронов в неотъемном магазине обеспечивали довольно высокую огневую мощь самозарядного карабина.
Но проблема та же, что и со снайперской винтовкой СВД: хотя СКС и был принят на вооружение в 1945 году, в том то и дело — спустя 10 лет он так и оставался в массовом порядке на вооружении Советской Армии. Хотя постепенно и заменялся более привычным и эффективным автоматом Калашникова. И все же карабин оставался армейским стрелковым оружием «второй линии», на флоте, для связистов, артиллеристов. Словом, для тех военных, кому автомат — избыточен. И на «гражданку» СКС не передавался, это произойдет позднее: начиная с конца 1980-х годов. Вот тогда им и вооружатся охотники-промысловики, геологи.
А пока, как узнал уже здесь — в 1955 году Владислав, самым распространенным и, пожалуй, единственным более-менее доступным мощным оружием оставался карабин Мосина образца 1944 года. Этим неприхотливым и довольно мощным полуавтоматическим оружием снабжались как раз профессиональные охотники-промысловики и геологи, он состоял на вооружении охраны в МВД, и в небезызвестной системе ГУЛАГ.
Но вот где найти этот карабин, вопрос оставался открытым. Завербоваться в геологическую партию или подделать документы и стать профессиональным охотником и украсть карабин?.. Но на это требуется сравнительно долгое время, которого у будущего убийцы Хрущева как раз и не было.
Можно разжиться нелегальным в СССР «огнестрелом» на местах боев: в Западной Украине, в Белоруссии, да и в России тоже. В принципе, Великая Отечественная завершилась не так уж и давно: всего-то десять лет назад. Разумеется, в своем «прошлом-будущем», в Москве XXI века Владислав знал о «черных археологах» или «черных копателях», которые ищут исторические артефакты на местах боев. Но вот их время в СССР 1955 года еще не настало и настанет нескоро. Заниматься «черным копательством» в одиночку Владислав не решился, и на то имелись весьма веские причины. Во-первых, нужно действительно иметь очень серьезную научную историческую базу, собственно, быть профессиональным историком и заниматься периодом Великой Отечественной войны. Во-вторых, нужна не только лопата, но и металлодетектор. А все миноискатели в СССР в 1955 году находятся в армии. В-третьих, это подозрительно для местных жителей, и они сообщат о странном незнакомце в лесу с миноискателем и лопатой «куда следует». В-четвертых, это попросту опасно! Слишком велик риск подорваться на какой-нибудь мине или проржавевшем от времени, но не утратившем свою взрывную мощь снаряде.
Но с другой стороны, если нельзя воспользоваться нелегальной археологией, то вполне можно попробовать поискать в абсолютно легальных коллекциях и фондах исторических и краеведческих музеев. Особенно, где-нибудь на периферии: в той же Псковской, Брянской, Белгородской областях или на Украине, в Белоруссии и в Молдавии. Ведь в 1955 году — это не отдельные государства, а союзные республики единой огромной страны СССР.
Владислав так и сделал. Представившись молодым ученым-историком, он и попал в один из таких провинциальных музеев. Как оказалось, он не прогадал.
Будущему убийце Хрущева показалось, что он попал в сказочную пещеру Аладдина, полную несметных сокровищ. Обширный и глубокий сухой подвал бывшего купеческого особняка был буквально заставлен ящиками с музейными экспонатами. Здесь были кипы пожелтевших архивных документов, какие-то статуэтки, выцветшие красные знамена и транспаранты, призывающие идти в светлое будущее или бороться за урожай. Пыльная одежда, старые сервизы, какие-то украшения и наборы дореволюционного столового серебра, антикварная мебель, большей частью поломанная.