Страница 34 из 58
По той же причине обращаться в милицию, а уж тем более — в КГБ явно не следовало. Если нет желания познакомиться с прогрессивными советскими методами пресловутой «карательной психиатрии». Артем такого желания явно не имел. Следовательно, на убийцу Хрущева мог с наибольшей эффективностью охотиться только он, Артем. Пассажир поезда невесело рассмеялся: получается, что он сам, по доброй воле стал эдаким «антикиллером во времени». На ум сразу же пришел замечательный роман Даниила Корецкого «Антикиллер», не только остросюжетный, но и проблемный — отражающий саму суть бандитского беспредела «лихих девяностых».
Однако лирику в сторону — до лучших времен.
Артему важно было понять: с кем он имеет дело. Этот Вальдос — расчетливый убийца или же психопат-фанатик? Как далеко он пойдет в своем стремлении «изменить мир» с абсолютно непредвиденными событиями и совершенно не прогнозируемыми последствиями. Цель у размышлений Артема была одна: как остановить убийцу Хрущева?
Как он вообще станет действовать?.. Вот сам Артем также попал в СССР 1955 года, но даже он со своей богатой на остросюжетные приключения биографией оказался дезориентирован первое время. Правда, у Вальдоса есть неоспоримые преимущества: молодость, пластичность психики, а следовательно — высокая адаптивность. Понятное дело, что поедет он в Москву, поближе к своей непосредственной цели. И станет отслеживать дела и перемещения Хрущева, сам оставаясь в тени до самого последнего момента. Но, вместе с тем, неведомый «убийца Хрущева» крайне слабо способен ориентироваться в повседневных бытовых мелочах. Вот на незнании советской повседневности его и стоит ловить.
Артем с верхней полки стал просто глядеть в окно, давая возможность мозгам отдохнуть от напряженных размышлений. За окном расстилался обычный среднерусский пейзаж. Перелески сменялись широкими полями, мелькали железнодорожные переезды и почти игрушечные домики поселков и небольших городков. «Широка страна моя родная!» Теперь и ему, Артему Викторовичу Лиходееву выпал уникальный шанс не только пожить в Стране Советов в бурное время послевоенного становления, но и оказать собственное — кто знает, может, и весьма серьезное влияние.