Страница 234 из 319
– Кто? Лом? Отбывал наказание за плохое поведение вместе с Доцентом и Шнырём, пока я их не отпустил. Доцент решил его прирезать по‑тихому, но Лена помогла его откачать. Пока восстанавливался – прятался тут от Доцента. А что, какие‑то проблемы?
– Он же хотел меня убить! – Антон не сдержался и повысил голос.
– А, ты про это. Забудь. Считай, что он исправился.
– Да как⁈ Почему ты так спокойно об этом говоришь? Он. Хотел. Меня. Убить!
– Не убил же. Заканчивай давай. Говорю же, Лом изменился, проблем не будет.
– Я ему не верю! – мрачно произнёс Антон.
– А тебя никто и не просит ему доверять. Мне то ты веришь?
– Тебе – да, – выдавил из себя пиромант.
– Ну вот. А я тебе говорю, что ему на тебя плевать. Если сам не полезешь первым, то ты ему нафиг не сдался.
– Всё равно…
– Быстро вы, – махнул я возвращающимся ребятам, после чего обратился к Лому. – Что с лицом?
– Да… херня какая‑то, Коль. Мы тело доцента уволокли туда же, где я тела тех двоих оставлял.
– Ну и?
– Да их там нет. Странно, куда могли деться?
– Потом разберёмся. Давайте быстрее, поддержание портала открытым ману оказывается жрёт. Лом, ты с нами?
– Да, – неожиданно кивнул тот. – Раз ты решил вопрос с Доцентом, то пора и мне выполнить свою часть сделки. Завтра с утра сразу же заявлю о том, что это он пытался меня убить, и что я жив.
– Спасибо, – поблагодарил я парня. – Давайте тогда, на выход!
Когда ребята ушли, я прошаркал в спальню, рухнул на кровать и мгновенно провалился в сон без сновидений, даже не раздевшись и не умывшись.
Разбудил меня звонок телефона. Не открывая глаза, я в слепую нашёл его и автоматически сбросил вызов. Через пару секунд он зазвонил вновь. Я снова скинул. Снова звонок.
Я со стоном открыл глаза, чтобы посмотреть, кто там так настойчиво до меня дозванивается с самого утра.
Это была мама. Кто бы сомневался…
Я нажал ответить на вызов и прислонил трубку к уху.
– Да, мам, привет.
– Коля, сынок, ты что, ещё спишь?
– Похоже, уже нет. Что случилось?
– Я так переживаю! По телевизору показывают какие‑то страшные новости про Игроков, про маньяков! Ты ведь не ввязываешься во всё это?
– Всё в порядке, мам, – устало ответил я. – Я нормально. Просто работаю.
– Ты ведь не ходишь в эти ужасные Разломы? – продолжала она. – У Галины Ивановны есть знакомая, у которой родственник там погиб! Он пошёл в какой‑то там портал и не вернулся! Сыночек, брось ты это опасное занятие! У тебя ведь образование есть! Ты учёный!
– Мама, я не учёный, – напомнил я. – Диссер я так и не защитил, а из музея меня уволили, помнишь?
– Уволили? Ты же сказал, что сам ушёл!
– Одна фигня.
– Коляш, ну, ты же что‑то другое можешь найти! Работу, не связанную с этими ужасами! Приезжай домой, поживи у нас недельку, мы с папой тебя уже столько времени не видели! Я хоть накормлю тебя нормальной едой. Ты ведь, наверное, совсем не нормально питаться перестал! Одни пельмени поди ешь?
В этот момент пиликнуло уведомление о пришедшем сообщении, я посмотрел на экран и прочитал: «Срочное уведомление: вызов в Дисциплинарный Совет в связи с новыми обстоятельствами Вашего дела. Явка обязательна. Сегодня, в 14:00».
– Мама, я приеду, – сказал я, снова прижимая трубку к уху. – Обязательно приеду. Как только появится свободное время. Обещаю.
– Когда? – не унималась она. – Ты уже почти полгода обещаешь!
– Ну не полгода, не надо! На следующей неделе, – выпалил я, чтобы хоть как‑то её успокоить. – Если не будет ничего срочного, то точно приеду.
– Хорошо, сынок, мы будем ждать. И, Коля… Я люблю тебя. Береги себя.
– Я тоже, мам. До встречи.
Я сбросил звонок и уставился в потолок. На следующей неделе. Не факт, конечно, что у меня получится, учитывая, что на меня постоянно наваливается то одно, то другое, но и не пообещать я не мог. Хотя бы для того, чтобы она перестала волноваться.
Часы показывали 11.23. Вот это я поспал, так поспал! Неудивительно, что у меня желудок сводит от голода.
Два с половиной часа пролетели как‑то слишком быстро, и вскоре я уже спешил на заседание.
Среди членов комиссии снова оказалась Ирина, причём выглядела она донельзя довольной. Ещё в зале присутствовал Лом, который не обманул и решил выступить свидетелем.
– Николай Андреевич, проходите, – сказал председатель комиссии, когда я вошёл в зал. – Как Вы наверное в курсе, по Вашему делу появились новые обстоятельства. Константин Валерьевич, который, как оказалось, жив и здоров, решил выступить в Вашу пользу.
Я сел на своё место и посмотрел на них, ожидая продолжения.
– Ещё, благодаря Ирине Александровне, стало известно, что убийства в городе совершал Игрок с псевдонимом Доцент, – продолжил председатель. – Тот же самый, который, по Вашим словам, был замешан в убийстве Александра Горелова по прозвищу Шнырь и попытке убийства Константина Петрова по прозвищу Лом.
– Всё так, – ответил я. – И ещё в ритуальных убийствах десятков людей и Игроков.
Лом встал и произнёс:
– Я могу подтвердить, что обвинения Николая в убийстве двух игроков были ложными. Как я уже вам рассказал, Доцент сперва попытался убить меня, а потом… сбежал вместе со Шнырём, оставив меня умирать. Если бы не помощь Коли… Николая, то меня бы уже не было. И Шныря убил тоже он, я в этом уверен.
– Не доказано, – влез со своим протестом Антон Юрьевич.
Зал загудел. Члены комиссии обменялись взглядами.
– Ирина Александровна, у Вас есть, что добавить? – председатель обратился к Ире.
– Да, – кивнула она. – Вы все ознакомились с видео, предоставленными группой Романа. Нам ясно видно, что Дмитрий Петрович Рыжий, он же Доцент, и есть тот самый кровавый маньяк, которого мы ловили всё это время. Учитывая его статус, я считаю, что обвинения с Николая Андреевича должны быть сняты. Тем более, что доказательств вины Николая Андреевича так и не были предоставлены.
– Спасибо, Ирина Александровна. У Вас всё? В таком случае, перелагаю проголосовать за снятие всех обвинений, – произнёс председатель.
Четыре руки поднялись за, одна против. Против, разумеется, был Антон Юрьевич, но его мнения оказалось недостаточно.
– Николай Андреевич, все обвинения с вас сняты, – объявил председатель, глядя на меня. – Можете быть свободны.
Я вышел из зала, чувствуя облегчение. Лом вышел следом и хлопнул по плечу:
– Я же говорил, что всё будет нормально.
– Спасибо, – я коротко улыбнулся.