Александра. Большая игра 2

«Здравствуй, Сань. Как ты там? Соскучилась по тебе, по нашим посиделкам. У меня уже живот обозначился не слабо. Папан довольный ходит, как и маманя. Про Ваську вообще молчу. Достали меня, Лена курочку съешь, кваску попей. Полежи, отдохни. Блядь, (зачёркнуто) иногда не знаю куда сбежать. Хорошо отдушина есть, мои мастерские. Хотя там уже не мастерские. Великий Князь ещё земли прирезал. Расширяемся. Маркус, сволочь, спирт гонит, в ущерб производства взрывчатки. Иногда палкой его гоняю. Но соображает, сволочь такая. Тут недавно с ним, так сказать дискуссию устроили. Это по поводу теории горения. Выяснял, почему шимоза более взрывоопасна, чем тротил. Предложил в тротил спирта добавлять. Я не могу с него. Клоун фламандский. Кстати, Маркус новые духи сделал. Очень даже, скажу я тебе. Мне нравится их запах. Чем-то на 'Шанель № 5» похож. Спросила у него, он случайно не племянник Коко Шанели? Так он начал выяснять какую Коко я имела ввиду? Начал перечислять их. Трындец, одним словом. А ещё кобель он изрядный. Нет, ко мне не лезет, но тут к одной купчихе зачастил. Хоть она и вдова, но молодая, тридцати нет. Выдали её замуж девчонкой ещё. муж лет на пятнадцать старше её был, да сгинул на Балтике. Пираты его корабль с товаром взяли. А самого грохнули. Это потом Рукавишников твой сказал. Так вот, Маркус где-то мандолу стащил, не знаю где, может в Литовской слободе. Одним словом, пришёл он к её терему, начал серенаду петь о большой любви. А тут три её старших брата с дубьём вышли. Гнали они его через половину Москвы. Там полгорода ржало над ним. Братьев купчихи только караул Корпуса остановил. Я потом Маркусу примочки ставила. Жалко если бы его забили там, как пса помойного. Но урок он получил. К нам потом сам Великий Князь приезжал, справлялся насчёт взрывчатки для бомб. Так вот он сказал мне и папану нашему, что братья купчихи челобитную ему написали, что опозорил Маркус сестру ихнюю. Дитё у неё будет. Не порядок это. А сам, Василий то твой, усмехается. Спросил, что делать будем? А что делать, ясен пень, папан сказал, что раз так, то оженить надо фламандца нашего. Маркус конечно, жениться не хочет, но куда он денется с подводной лодки. Короче, свадьба уже назначена. Жалко, что тебя не будет. Или, Сань, может плюнешь на всё, приедешь? А то всё воюешь и воюешь. Когда навоюешься? Ты же женщина. Славушка по тебе скучает. Дашенька. Славка с Андрейкой почти совсем перебрались в Кремль. С Дашкой всё время. Сам Великий Князь их забрал. Маманя стала больше в Кремле бывать. Вместе с внуками. Но Корпус не забывает. Всё проверяет. Продукты сама смотрит какие привозят. Сукно и всё остальное. Спуску никому не даёт. Да и Фёдор Мстиславович, свёкр наш с тобой тоже всё в делах. Тут недавно Маркус трактат написал по теории горения. Дал мне прочитать. Вообще он талант, всё по делу написано, хорошо мои уроки усвоил. Я прочитала, послала посыльного в твою канцелярию при Корпусе. Велела принести мне штампы. Поставила на трактат два штампа: «Совершенно секретно» и «Для служебного пользования». Маркус как штампы увидел, сразу погрустнел. А папан посмотрев, одобрил: «Молодец, дочка. Нечего басурманам такое знать!» Потом Маркуса сводил в свои застенки, показал дыбу. Маркус всё осознал.

Сань, скоро зима. На коньки так хочется встать, но куда я с пузом? Не дадут ведь. А у тебя как? Видно уже? Сань два месяца как ни как. Тебе приезжать надо срочно. Кстати, Великий Князь на Орше стоит. Второй месяц уже. Но в Москву наезжает. Спрашивал меня, пишу ли тебе и пишешь ли ты мне? Я заверила его, что любишь ты его. Довольный был, только грустный. Я вообще удивляюсь, как ты могла его окрутить? Его же все боятся. Стоит ему только на кого зыркнуть недовольно, как бедолага бледнеть начинает и чуть ли не в штаны ссаться. А ты с ним даже ругаешься. Нет, он мужчина, конечно, симпатичный, брутальный такой. Но вот его взгляд, любого как бетонной плитой придавит, а ведь тебе ничего не говорит. Видела, как он в один из приездов, с детьми общается. Славку с Андреем учил как правильно держать саблю. Дашка тут же с ними сидела на ковре. Соску сосала и смотрела то на отца, то на мальчишек. К нянькам не идёт ни в какую. Та ещё коза вредная. Маман рассказывала, как мальчишки на руках её носят. Умора. Сами от горшка два вершка, но туда же. А она, вцепится в Славку или в Андрея и всё. Только какая из нянек попытается её забрать, соску выплевывает, кричать начинает и ручками своими машет, мол уходи отсюда.

Сань, приезжай. Пора тебе уже. Соскучились мы все по тебе. Твоя несносная Ленка. Целую тебя и обнимаю. 10.10.1514 года. Подпись'

Сложила свиток. Некоторое время сидела закрыв глаза. Словно наяву видела Ленку с животом, свекровь, свёкра. Василия, Великого Князя, как он учит мальчишек держать оружие. Дашеньку. Мальчишек. Даже не заметила, как слеза побежала у меня по щеке.

— Матушка-Государыня, что-то случилось? — Услышала Ксюшу. Открыла глаза и посмотрела на своих сержант-дам. Они все три и плюс Фрося смотрели на меня тревожно.

— Нет, Ксюша. Ничего не случилось.

— Почему плачешь тогда? — Это уже Агнешка задала вопрос.

— Письмо сестры читала. Соскучилась я по детям. По сыну, по племяннику, по дочке… По Дашеньке, Великой Княжне. По свёкру со свекровью. По сестре Елене… По Василию. Увидеть их всех хочу. Обнять.

— Тогда может прекратить поход? Домой вернуться? — Спросила Ксения.

— Нет. Поход закончится тогда, когда я достигну всех своих целей. Иначе не стоило и начинать.

Достала письмо Великого Князя. Развернула его. Я читала его раньше, но не удержалась, чтобы прочитать опять. Василий писал по новой азбуке, которой мы его учили с Еленой. С ошибками, конечно, но всё же.

'Здравствуй, Сашенька. Как ты себя чувствуешь? Все мысли о тебе. Как дитё, что носишь в себе? Умоляю тебя и заклинаю, побереги себя, Сашенька. Ты обещала мне наследника. Я жду и надеюсь. И поторопись, нам венчаться нужно. Митрополит дознался о том, что ты не праздна. Постоянно головой качает, когда с ним вдвоём остаёмся. Пеняет мне, что не удержался я. А как я мог удержаться, если люба ты мне больше всего на свете. Да ещё сама меня обнимаешь. Знаю, грех это. Только вот язык не поворачивается назвать любовь нашу блудом. Ибо от сердца это идёт, а не от похоти тела. Очень жду тебя.

Войско стоит на Орше. Реку не переходим. Литвины и ляхи тоже стоят на Орше, напротив нас. И тоже реку не переходят. У нас, как ты и говорила ни войны, ни мира. Но силы на Орше Сигизмунд держит изрядные. Скованные они тут. На юг к Киеву уйти не могут и на Северо-Запад против тебя. Тут ко мне посольство отправляли. Спрашивали, что я тут делаю и что намерен делать? Ответил им, что охраняю рубежи Руси, коей я властитель. И на земли исконно русские пришёл, а не на литовские или польские. Попытались спорить, что якобы земли эти уже более ста лет Литве принадлежат. Посмеялся я. Сказал, что такое сто лет или двести, когда Русь больше, чем восемь столетий стоит. И всё это города русские, православные. Смоленск, что недавно вернулся под длань русскую. Полоцк, Вязьма, Козельск, Воротынск, Брянск, Чернигов, Киев, наконец, что есть матерь городов русских, а не литовских или польских. Ты бы видела глаза посольских, когда я русские города перечислять начал, что захвачены Литвой. Они решили, что я собрался воевать их, вплоть до Киева. А тут, давеча, вести пришли ко мне. Император немецкий, Максимилиан, войско своё на Польшу двинул. Вот я и хочу посоветоваться с тобой. Стоит ли мне сейчас на самом деле войну начинать? До Киева дойти? Забрать назад наши исконные русские, православные земли, что заповедованы нам равноапостольным князем Владимиром Красно Солнышко. Великими князьями Ярославом Мудрым и Владимиром Мономахом. Больно момент хороший. У Максимилиана войско великое собралось. Так что есть возможность Литву то разорвать.