Страница 348 из 424
Английские же правовые акты, предусматривали другое. По ним право на наследство не имели бастарды, это раз, второе основным наследником умершего являлся его старший сын. Остальные законные сыновья получали по остаточному принципу или вообще ничего не получали. И это было неплохо, так как наследство не дробилось на мелкие части и в тоже время давало достаточно рекрутов для армии и флота.
Налогов и податей, разных сборов было достаточно. Интересен был военный налог. В XI веке в Англии и вообще в Европе его называли «деньги Саладина». Так назывался налог, введённый на финансирование крестовых походов. Этот налог то вводился, то отменялся. В настоящий момент, он был отменён. Я собиралась ввести его вновь. При этом отменить целый ряд бредовых на мой взгляд других налогов и сборов. Например, налог на скот. Без налога разрешалось иметь крестьянами определённое количество крупного и среднего скота. Сверх этого количества, всё остальное облагалось налогом. Его стоило отменить. Так же такая ересь, как налог на женитьбу. Хочет крестьянин женится, заплати налог сюзерену. Именно благодаря этому налогу родилось такое понятие, как право первой брачной ночи. В реальности этим правом пользовались довольно мало. Толку дворянину с зачуханной крестьянки было мало. Гораздо лучше ему было получить реальные деньги. В крайнем случае, получить лишний раз продукцией. К тому же такое поведение осуждалось церковью и светскими властями, как это не странно. По принципу, ты же дворянин, тебе разве не западло валяться с грязной крестьянкой??? Поэтому налог на женитьбу надо отменить к чёртовой матери. Мне надо, чтобы народ женился, выходил замуж и активно плодился, как в Святом Писании. Или, например, мостовой налог. Это надо было платить за проезд по мосту. Ересь? Ересь страшная, так как создаёт искусственные препятствия для свободного движения товаров. Так же отменить необходимо и внутри таможенные сборы, которые до сих пор существовали со времён, когда Уэльс состоял из нескольких королевств и княжеств. Я вообще, когда узнала об этом, была шокирована. Королевств и княжеств уже давно нет, а внутренние таможенные сборы есть. Бред какой-то. Так же планировала часть налогов снизить. Какие на треть, какие на половину.
— Матушка. — Ко мне в комнату, которую я приспособила под рабочий кабинет, заглянула Ксюша. — Мы всё сделали для организации бала. — Стояла и улыбалась. — Там уже все собираются. Офицеры армии и флота. Даже местные пришли…
— Пришли? Или…
— Ну, мальчики их попросили… Некоторых.
— Кто? Божен с Богданом?
— Ну да. Никиша ещё и Илья с солдатами. Аббас с Аайно здесь были, тебя охраняли.
— Понятно. Я знаю, как они просят, с плетью в руке и волчьей улыбкой на лице. Иди давай. Я сказала позже, значит позже.
Господи, девочкам только бы танцевать. У меня тут работы непочатый край. Хочу ознакомиться предметно с валлийскими законами принятыми при Хивеле Добром. Внимательно ознакомиться, вникнуть. Какие-то убрать, как анахронизмы, какие-то оставить. Плюс внедрить английскую систему права. Создать симбиоз. А это значит, что надо много работать. Только девочкам это прямо не скажешь. Ведь они считают, что быть Королевой, это сплошные праздники и развлечения. Ксюша смотрела на меня вопросительно и требовательно.
— Матушка???
— Ксюша, начинайте бал без меня. Я же сказала. Или мне повторить?
— Прости, Матушка. — Ксения присела в реверансе и вышла. Фрося, которая сидела на стуле и вышивала очередную рубаху Божену, фыркнула.
— Плясуньи. Им бы только плясать, Матушка.
— Пусть пляшут. Они молоды. Ты, кстати, тоже.
— Я мужняя жена, Матушка. Мне не до плясок. — Ответила Фрося. Я усмехнулась.
— Вижу. Всё рубахи своему ненаглядному вышиваешь?
— Ну да. Божен у меня красивый мужчина. А в моих рубахах будет ещё красивее. — Кивнула она.
— А на ложе тоже красивый? — Я засмеялась. Фрося покраснела, но тоже засмеялась.
— Красивый, Матушка, и ярый. Иной раз полночи спать не даёт.
— А разве это плохо, когда муж ярый такой, спать не даёт? Когда любимый мужчина любит тебя на супружеском ложе? Божен молод. Я бы удивилась, если бы он не домогался тебя. Подумала бы, что сила мужская у него иссякла. Вот тогда точно для молодой жены горе бы настало. — Мы обе смеялись.
— Ага, иссякнет у него. Он же вон здоровый какой. Бугаина. Как прижмёт, обнимет, что иногда думаю косточки мои не выдержат. — Улыбаясь ответила Ефросиния. При этом у самой глаза заблестели.
— Но ведь сладко же, Фросенька?
— Сладко, Матушка. Ничего слаще этого нет. Даже мёд диких пчёл, по сравнению с этим горчит… Матушка. — Фрося понизила голос. Придвинулась со стулом ко мне ближе. — Грешно, наверное, такое говорить, но ведь жена под мужем должна лежать тихо и благопристойно. Принимать мужа своего в себя, как в Святом Писании сказано…
— И что? — Мне стало интересно.
— Стыдно мне говорить, Матушка. Хочу у тебя совета спросить. Не откажешь?
— Спрашивай.
— Грешно это, да только я не могу тихо лежать. Стоны сладострастные сами у вырываются. Иногда даже кричу от этого. И руки мужа сами обнимают. И поцелуи ему дарю страстные. И… На встречу плоти его, что во мне двигается, лоном своим поддаюсь. То не я, тело моё само к нему тянется. Грех распутства это или как? — Фрося совсем покраснела, как помидор. И смотрела на меня умоляюще.
— Не грех, милая. Ведь он муж твой перед богом и людьми. Не грешно это, Фрося. — Я обнял её. — Именно так жена и должна любить мужа, со страстьюю в голосе и теле, которое отзывается на ласки мужа. Запомни, дорогая, всё что происходит между мужем и женой на ложе их, не грешно, всё допустимо между ними… Скажи, вы с Боженом любите то друг друга только лицом к лицу, когда он на тебя ложиться?
— Ну да. А как ещё то, Матушка? Правда он иногда хочет по другому… — Ефросиния помолчала немного, но потом решилась. — Он хотел меня на колени поставить, и чтобы я руками в постель нашу упёрлась, а он ко мне сзади пристроился. Но я не согласилась. Я что, нехристь какая? — Фрося перекрестилась. Я засмеялась. Покачала головой.
— Фрося, это абсолютно нормальное желание твоего супруга. Положение называется мужчина сзади. И нехристи тут не причём. Знаешь, далеко на юге, где нет зимы и вечное лето, есть такая страна Индия, которую с трёх сторон омывает теплый океан. Так вот, там девочек учат искусству ублажения мужчины. Называется это искусство Камасутра. Это древнеиндийский трактат о чувственной любви и чувственных наслаждениях. В трактате говорится, что видов чувственных наслаждений девять, а способов возлежаний на супружеском ложе, при которых мужчина и женщина предаются любви шестьдесят четыре. И возлежание, когда мужчина лежит на женщине лицом к лицу, всего лишь один из этих шестидесяти четырёх. Есть положения тел мужа и жены, которые гораздо более чувственные, чем то, что вы с Боженом постоянно пробуйте. Положение, когда мужчина сзади, ты себе уже представляешь. Попробуй, удиви супруга. Я уверена, что тебе самой понравится. А ещё можешь попробовать, позу «наездница».
— Это как? — Фрося смотрела на меня широко раскрытыми глазами.
— Божен ляжет на спину, а ты сядешь на него. Примешь в себя плоть мужа и будешь двигаться на нём.
— То не грех будет, Матушка? Божен не подумает обо мне, что я гулящая?
— Не подумает. А если спросит, кто тебе о таком сказал, скажешь, что я. Но это ещё далеко не всё. — Я начала рассказывать ей о других способах и видах наслаждений в плотской любви. Как самой получать наибольшее наслаждение и как максимально ублажить мужа. Фрося то краснела, то начинала возбуждённо дышать. То облизывала губы. Глаза её, по мере того, как я ей рассказывала, всё больше начинали блестеть. — Поверь, милая, что после такого, Божен вообще ни на кого смотреть, кроме тебя, не будет. Так как ты и будешь для него единственной сладкой ягодкой.