Страница 214 из 424
— Кого?
— Предателей. Те, кто предают. Клятвопреступников.
— Их все ненавидят и презирают. Я не нарушу свою клятву.
— А твои дети, бий?
— Они тоже. Если кто из них перейдёт на сторону врага Искандер Султан, он будет проклят и вычеркнут из семьи и рода. Станет изгоем, которого будут преследовать, пока не уничтожат.
— Хорошо, бий. Я тебя услышала. Собирайся, едем к Великой Княгине и Королеве Ливонии.
— Прямо сейчас? Я привёз подарки…
— Не надо подарков. Их подаришь позже. Я знаю, что здесь с тобой двое старших сыновей?
— Да.
— Они тоже пусть едут. Остальные твои люди остаются здесь. Едем я, мои люди и ты с сыновьями.
Шейх-Мухаммед взглянул на своих сыновей, находившихся здесь же в шатре.
— Хасан, Ямгурчи, седлайте коней. Едем к Искандер Султан…
Франция. Замок Блуа. Долина реки Луары. Конец августа 1515 года от Рождества Христова.
Франциск стоял возле окна, на втором этаже замка. Смотрел в окно. В большую комнату зашла молоденькая жена короля, Клод по прозванию Французская. Несколько дней назад Клод родила мужу их первого ребёнка — дочь, которую они назвали Луизой. Франциск обернулся.
— Клод? — Спросил он. Принцесса подошла к мужу. Смотрела ему в глаза. Положила правую ладошку Франциску на руку.
— Франциск, ты в последнее время ходишь какой-то встревоженный что ли? Тебя что-то беспокоит?
— Есть такое. Понимаешь, когда я был в Ливонии, у Королевы Александры, она сказала мне, чтобы я не влезал в итальянские войны. Что ничем хорошим для меня это не закончится.
— Франциск, но ты уже влез в Италию. У тебя 50 тысяч кавалерии и 60 тысяч пехоты на пути к Милану.
— Всё верно, Клод. Против меня и венецианцев выступили четыре армии. Папская армия под командованием Джулиана Медичи, брата Папы Льва. Испанцы из Кордоны. Миланская армия Массимилиано Сфорца и швейцарские баталии. Сфорца и швейцарцы заняли два важнейших горных ущелья Мон-Сени и Мон-Женевр. Они думали, что французская армия пойдёт там. — Франциск усмехнулся. Покачал головой. — Нет. Не пошла. Старый лис Тривульцио обошёл ущелья. Вопрос в том, подоспеют ли венецианцы к Милану вовремя или нет⁈ Ведь их будет караулить под Вероной испанская армия из Кордовы.
— А если не успеют подойти? — Спросила Клод.
— Тогда всё может закончится плохо. Скоро, даже, наверное, уже Сфорца и швейцарцы поняли, что Тривульцио их обманул. И тогда они бросятся к Милану. Туда же может подойти со своей армией и Медичи. А для меня потеря армии в сто тысяч, это катастрофа. Сфорца и швейцарцев надо разгромить по одиночке. Не дать им соединится с армией Медичи и, тем более, не дать соединится с испанцами.
— Дорогой, и что же делать?
— Ждать, Клод. Нам только и остаётся, что ждать. Сейчас всё будет зависеть от Тривульцио, Ла Паписа и виконта де Лотрек, командующих моей армией.
В комнату постучались, потом к королю и его жене заглянул Гильом Гуффье, сеньор де Бонниве и Буаси. Приближённый Франциска, друг его юности. В будущем маршал Франции и командующий французскими войсками в итальянских войнах 20-х годов 16 века. Клод недолюбливала этого франта, поморщилась, но промолчала.
— О, Гильом, заходи. — Махнул Гильому Франциск.
— Ваше Величество! Ваше Высочество! — Гильом церемониально поклонился. — Сир?
— Ты же в курсе, что Тривульцио сумел обойти швейцарцев и Сфорца?
— Да, сир. Он совершил блестящий манёвр.
— И всё же, Гильом, ситуация довольно опасная. А меня ведь Королева Александра предупреждала, чтобы я не лез в Италию.
— Сир. Вы меня удивляете. Что может женщина, пусть и королева, знать о военной науке? Её дело рожать детей… Прошу прощения, Ваше Высочество. — Гильом вновь церемониально поклонился Клод Французской. Молодая женщина ничего не ответила, но в её глазах сразу же появилось высокомерие и презрение к вельможе. Но тот не обратил на это внимание.
— Гильом. — Франциск не улыбался. Смотрел на своего товарища юности недовольно. — Ты забываешься. Королева Ливонская разгромила на голову османский корпус и 40 тысяч кочевников. А до этого нанесла поражение Императору Максимилиану. Причём, поражение нанесла, будучи в окружении и имея войск гораздо меньше, чем у имперцев. Или ты забыл, что именно тогда Георг фон Фрундсберг, по прозвищу «Мясник» попал к ней в плен?
— Прошу прощения, сир. Да, я слышал об этом. Но если честно, Ваше Величество, я сомневаюсь, что там осуществляла командование именно Королева Александра. В битве с имперцами, армией русских командовал Князь… Эээээ… У русских такие сложные для цивилизованного языка имена.
— Князь Воротынскофф. — Напомнил Франциск.
— Вот он. Так что победу одержал этот князь, а не Её Величество Александра Комнина.
Франциск покачал головой.
— А я ведь разговаривал с этим князем, Гильом. И не только с ним. И поверь, именно потому, как Королева Александра расставила свои войска, свою артиллерию и решило исход сражения. А вот против осман и кочевников, она воевала уже сама. Сама возглавляла войско. Что на это скажешь, Гильом? А её война в Литве? А сражение с Гриффичами и с поляками? И наконец, ты слышал, Гильом, что её эскадра разгромила датскую? Причём, в датской эскадре было больше боевых кораблей, чем у Александры.
— Ливонской эскадрой командовал Адмирал Пандольфо Малатеста. А он опытный командующий. В своё время командовал флотом Венеции.
— Да, это верно. Но учитывай, что сама Королева находилась там же на флагмане. И ещё, что немаловажно. Пандольфо применил новую тактику ведения морского боя. А мне тут вести пришли из Ливонии, что эту тактику придумала именно Королева Александра. А Пандольфо уже действовал исходя из этого. А сейчас в Риге и других портовых городах Ливонии начато строительство новых кораблей. Как мне сообщают, это будут большие корабли, имеющие мощное дальнобойное вооружение. Мне даже сообщили название этих кораблей, Александра назвала их галеонами. Ты слышал о таких кораблях?
— Нет, сир.
— Я тоже не слышал, Гильом. И никто о них не слышал. Но я уверен, что и к этим кораблям приложила свою ручку Королева Александра.
Клод Французская с насмешкой и торжеством в глазах смотрела на Гильома Гуффье, сеньора де Бонниве и Буаси. Франциск рассказывал ей о Королеве Ливонии. И она сама, не зная почему прониклась к этой женщине огромной симпатией. И очень хотела бы пообщаться с ней лицом к лицу. Вот только как это сделать, Клод не знала. Ехать в Ливонию? Да кто же её отпустит? Франциск точно не отпустит. Да к тому же маленькая Луиза. И сейчас глядя на Гильома, Клод молча говорила: «Вот видишь, сеньор де Бонниве и Буаси, значит удел женщины не только рожать детей, но ещё она может воевать, как Орлеанская Дева, громить своих врагов и строить большие корабли». Но говорить вслух Принцесса Франции ничего не стала. Да, как это не парадоксально, но Клод Французская, несмотря на то, что её муж уже являлся Королём Франции, она такого титула не имела. Клод была коронована, как Королева только в 1517 году от рождества Христова. Старшая дочь покойного Короля Франции Людовика ХII и Герцогини Анны Бретонской, Клод, после смерти матери унаследовала герцогство Бретонское, став одной из самых богатых невест Европы. Замуж её выдали в 15 лет за её же кузена, герцога Валуа, Франциска. Брак был чисто династический. В этом браке Клод прожила 9 лет. И все годы брака была беременной. Клод родила мужу трёх сыновей и четырёх дочерей, это не считая многочисленных выкидышей, которые случались у неё часто. Умерла она в возрасте 24 лет. Совсем молодой. Причины смерти до настоящего времени не ясны. Есть только версии. По одной из них молодая Королева Франции умерла от костного туберкулёза, которым страдала её мать, Анна Бретонская. Однако эта версия до сих пор не подтверждена. По другой версии, она умерла от сифилиса, которым наградил её супруг, имевший многочисленных любовниц-фавориток. Но и эта версия представляется сомнительно, так как после Клод Французской, Франциск был ещё женат на Элеоноре Австрийской. И его вторая жена не страдала сифилисом, и прожила до 1558 года от Рождества Христова и умерла от приступа астмы. Да и сам Франциск прожил довольно долго, до 1547 года. Согласно третьей версии, которая представляется наиболее вероятной, Клод умерла от истощения организма постоянными беременностями и случившимся у неё выкидышем, с большой кровопотерей. В 16 или 17 лет у неё стал развиваться сколиоз, из-за чего она стала очень сильно сутулится. После одной из неудачных беременностей, которая дала осложнения на зрение, в следствии чего она стала косить на один глаз. К концу жизни Клод, несмотря на то, что была молода, всего 24 года, выглядела старухой. У неё была нездоровая полнота, практически потеряла зубы и волосы. По характеру она была спокойной, тихой молодой женщиной, которую воспитывали в строгости и благочестии её матери Анны Бретонской. Саму Клод, после смерти её родителей, при дворе не жаловали, даже не смотря на то, что она будучи герцогиней Бретонской, Миланской, Бургунской, графиней Блуа и синьорой части территорий Венецианской республики, которые находились под контролем французских войск, принесла Франциску огромное состояние в качестве приданного. Но при этом сама жила довольно скромно. А ближе к её кончине над ней даже стали открыто смеяться, указывая на её косоглазие, нездоровую полноту, хромоту. А мать короля, свекровь молодой королевы, которая исполняла обязанности регента, открыто издевалась над молодой женщиной. Клод не интересовалась политикой, в отличии от своей младшей сестры Рене Французской, которая поддержала Реформацию и перешла в протестанство. Да, судьбы юной Королевы Франции, Клод Французской, была печальна и она бы умерла в 24 года, как это произошло в реальности, из которой пришли Александра и Елена. Но в этой реальности история уже совершила свой кульбит, перескочив на иную колею. Что дало юной Королеве Франции шанс всё изменить и прожить гораздо дольше. И не просто дольше, но жизнью, богато насыщенной событиями и людьми. Дало шанс изменить, в первую очередь себя, измениться самой, как внешне, так и внутренне. И из тихой, благочестивой молодой женщины, не любившей показываться на людях при дворе, превратиться в жёсткую с железной хваткой, властную и в тоже время обладающую авантюрным характером настоящую Королеву Франции. Но это было ещё впереди…