Страница 13 из 424
— Он не чувствует угрозы с южного направления… Значит резня в Большой Степи достигла максимума.
— Правильно, мой император. Александра всё рассчитала.
— Скажи, Георг, друг мой, какая она?
— Молода, красива, просто…. И аура вокруг неё странная. Её люди верят в неё до фанатизма.
— Получается, что Великий Князь Литовский и король Польский попал в тиски?
— Именно, мой Император. И ещё, с юга на литвин напали кочевники. 40 тысяч войск. Они осадили Киев. Весь юг Литвы в огне. Сигизмунд не сможет бросить против Александры все свои силы. Учитывай армию самой Москвы, сосредоточенную на спорных землях.
— Значит так, Георг, начинай выдвижение наших войск к границе с Польшей. И необходимо сообщить всем имперским князьям о том, чтобы начали сами выдвигать свои отряды туда же. Будем ждать Александру. Начав войну с Литвой, что она хочет? Какую конечную цель преследует? — задался вопросом Максимилиан.
— Захватить земли Литвы и увеличить свои владения. Заодно наказать их, чтобы другим не повадно было зарится на её владения. Новая граница пройдёт по линии Невель-Полоцк-Браславль-Вилкомир-Ковно с выходом к Неману. Здесь всё понятно. Но я подозреваю, Александра хочет забрать и часть земель Тевтонского Ордена, расчленив Мазовецкое княжество Пястов. И предлог для этого ей дала Анна Радзивилл, начав компанию против Ливонской королевы. Эта глупая курица возомнила о себе слишком многое. Всё мечтает какого-то из своих деток усадить на какой-нибудь королевский престол. Таким образом, возродив хиреющую королевскую династию Пястов. И её не смущает, что Пясты потеряли корону 150 лет назад и никто в Польше их не видит в качестве монархов. — Ответил Георг.
— Расчленить Мазовию? Как интересно! Мне это нравится. А что хочет она забрать у тевтонов?
— Я думаю весь север Ордена. Всё балтийское побережье. Кёнигсберг, Либаву, Мемель, а так же земли, которые Польша получила от Ордена по Торуньскому мирному договору в 1466 году, а это Мальборг и Данциг.
— То есть, она хочет отрезать Польшу и Литву от Балтики?
— Совершенно верно, мой император.
— Какая умная и амбициозная девочка. Главное, чтобы у неё сил хватило не только захватить, но и переварить эти куски.
— Я почему-то в этом не сомневаюсь. Но посмотрим. — Ответил маркграф Мейсена и усмехнулся. Максимилиан кивнул ему.
— Ну если это будет так, тогда нам сам бог велел, забрать у Польши весь северо-запад. С городами Калиш, Познань, Плоцк, вплоть до Грюнвальда. Грюнвальд это уже Орден, но я думаю с Александрой мы сможем договорится.
— Зачем тебе Грюнвальд, Максимилиан? Так далеко на северо-восток?
— Зато заткнём поляков, которые до сих пор гордятся и тыкают всем своей победой под Грюнвальдом. Сто лет прошло, а они всё пыжатся. И даже в расчёт не берут, что империя не участвовала тогда на стороне тевтонов. Хотя не скрою, многие имперские вассалы полезли туда с дуру, за Орден, рассчитывая на хорошую добычу. Границу с Ливонией сделаем по линии Хелмно-Грюнвальд. Я не хочу упустить такой шанс.
— На счёт Грюнвальда не знаю. Особенно если Александра захочет в качестве наказания, забрать север Мазовии. А вот всё остальное вполне осуществимо, Максимилиан…
Шведское королевство. Стокгольм. Королевская резиденция. Сентябрь 1514 года.
В королевских покоях за большим дубовым столом сидел молодой мужчина. Ему на этот момент было всего 22 года. Звали его Стен Стуре Младший. И он уже являлся регентом Швеции. Перед Стуре лежала карта. И свитки. Вздохнув, мужчина откинулся на спинку стула. Вот уже больше 100 лет Швеция не имела своего короля и находилась в позорной, как считали многие шведы, Кальмарской унии, в которую входили Дания, Норвегия и Швеция. Последний шведский король из династии Фолькунгов, Альбрехт Мекленбурский был свергнут шведской аристократией в 1389 году. Королевская власть к этому времени в Швеции совсем деградировала. Страной правили аристократические рода, по своему усмотрению. Так как прямых потомков мужского пола из династии Фолькунгов не осталось, то королевой была объявлена датская королева Маргете Первая. Она вообще являлась последним потомком древних королевских династий всех трёх королевств — Дании, Швеции и Норвегии. Маргете сумела привлечь на свою сторону шведскую аристократию и объединила все три страны в тройственную унию, союз, получивший название Кальмарской. По соглашению в случае пресечения королевской династии, новый король должен избираться при участии и согласии всех трёх королевств — Дании, Швеции и Норвегии. Однако датчане с самого начала стали это игнорировать и выбирали королей по своему усмотрению. А это не нравилось шведам и норвежцам. Начались распри, перераставшие порой в военные столкновения. Напряжение постепенно нарастало. Часть шведской аристократии и крестьянство всё больше тяготилось датскими королями. Да, в Швеции движущей силой было именно дворянство наравне с крестьянством — свободными бондами. Крестьянство здесь было свободно, в отличии от остальной Европы. Почему так произошло? Всё дело в том, что крестьянству часто приходилось брать в руки оружие, чтобы защитить свою родину как от внешнего врага — тех же датчан и прочих, так и от внутренних. В Швеции было сильно продатское лобби среди аристократии. Которых такое положение дел устраивало. Самое главное для них, это отсутствие сильной королевской власти. Что пагубно сказывалось на национальных интересах самой Швеции, зато позволяло обогащаться части аристократии, ориентированной на Данию. Стен Стуре Младший как раз и опирался на крестьянство, бюргеров и часть национально ориентированного дворянства, как до этого его отец Стен Стуре Старший, который почти 30 лет был регентом Швеции и подготовил её к независимости. Именно под руководством Стена Стуре Старшего шведы сумели нанести датчанам сокрушительное поражение в битве под Брункебьергом в 1471 году. Однако несмотря на это, Стену Стуре Старшему тогда не удалось добиться для Швеции независимости. Его дело продолжил сын. Вот и сейчас он сидел в королевском дворце Стокгольма, работал с документами. В зал зашла молодая девушка. Стен поднял взгляд. Улыбнулся. Девушка подошла к нему и обняла.
— Кристина, как там наша малышка? — Спросил он. Кристина Нильсдоттер Юлленшерна, была на два года младше своего мужа. Поженились они три года назад. Совсем недавно у них родилась дочь — Илиана. Кристина не уступала своему супругу. Она была хорошо образованная, умна и деятельная. Кристина очень любила своего мужа и была не только женой и матерью его детей, но и соратницей. В последствии показала себя блестящим политиком, заняв место в 1520 году своего погибшего мужа. В том, что её Родина обрела независимость, была и её немалая заслуга.
— Я накормила её. Она спит. — Кристина села рядом с супругом. — Стен, датчане не успокоятся. Чтобы с ними справится, нужно ликвидировать всю продатскую партию в парламенте.
— Я это знаю. Но у нас пока нет сил для этого. Кстати, интересные новости приходят из Европы. Ливонский Орден приказал долго жить. Ты понимаешь, что произошло, дорогая?
— Я знаю, Стен. Вместо одряхлевшего церковного образования рыцарей-монахов, появилось светское государство. Но самое главное здесь не это. Главное Стен, кто надел корону Ливонии!!!
— Некая Александра Комнина. Принцесса Византии. Странно, Византии нет уже 60 лет, а принцессы есть и даже две.
— Вот именно.
— А что тебя так волнует, Кристина? Мало ли где правили королевы?