Страница 120 из 424
— Почему? — Прохрипел он, глядя на меня. Толмач перевёл мне.
— Потому, милый, — усмехнулась я в ответ, — что ты должен отвезти Старцу Горы моё послание. А пока лежи, отдыхай. Восстанавливайся, засранец. Как только ты готов будешь ехать, уедешь и увезёшь имаму моё письмо. И не вздумай что-то делать. За тобой будут смотреть. Ты уже провалил свою задачу. Не выполнил то, что тебе велел имам. И не выполнишь никогда. Тогда хотя бы отвези ему моё послание…
Глава 13
Я начинаю свой дебют.
Свой город сплавили с Ладьёй.
На остров станет он Турой.
Теперь с него нас не собьют.
Жертвую пешку, ведётся Магистр?
Гамбит мой надёжен
Хоть и не быстр.
Zay…
Московская Русь. Москва. Кремль. Середина мая 1515 года от Рождества Христова.
Сидела в своём кабинете с Дашей и Костиком. Дашенька стояла рядом со мной, сына я качала на руках. Мальчишки, Славка с Андрейкой, в этот раз находились у бабушки с дедом.
Красота! Красота!
Мы везем с собой кота,
Чижика, собаку,
Петьку-забияку,
Обезьяну, попугая —
Вот компания какая!
Пела я, когда ко мне зашёл Великий Князь. Посмотрел на меня и детей. Дашенька, увидев отца, прижалась ко мне. Насупила бровки. Я взглянула на мужа вопросительно.
— Я смотрю, у вас всё хорошо, Саша⁈
— Василий, у нас вообще, лучше всех. А что такое, милый?
— Только что гонец прискакал. Начали сплав плотов, связанных из брёвен, из которых будут строить крепость на острове близ Казани. Всё, как ты и хотела.
— Хорошая новость. С плотами, надеюсь, плывут не только плотники и каменщики, но и воины?
— Да. С ними, на стругах, идёт полк коим командует Иван Симский-Образец, по прозвищу Хабар. Хороший воевода. Я ему чин окольничего пожаловал. С казанцами он уже не раз схватывался. Десять лет назад Нижний Новгород от них успешно оборонил. Против литвин тоже себя хорошо показал. Вот ему и поручил, и постройку крепости, и её оборону до подхода основного войска.
— Хорошо. Он знает, что с момента прибытия на остров у него есть всего месяц для постройки крепости?
— Знает. Он сделает. Я не сомневаюсь.
— А когда основное войско выдвинется? — Задала вопрос, хотя и так это знала.
— Полки ещё только подходят на исходную, откуда начнут движение к Казани. Не знаю, Саша, хватит ли воев нам? — Василий сел рядом со мной и взял Дарью на руки. Посадил её себе на колени.
— А что не так? — Спросила его.
— Не забывай, я с Литвой мирного договора не заключил. По сути, мы находимся с Сигизмундом в состоянии войны. Поэтому мне на западном направлении приходится полки держать. Дорого, Саша, воевать. Боюсь, скоро казна пуста будет.
— Я же сказала, с севера над Литвой будет нависать Ливония. У меня тоже с Сигизмундом мира пока нет. А с запада на поляков давят имперцы. А Сигизмунд не только Великий Князь Литовский, но и король польский. Он сейчас все войска к Кракову стягивает. А насчёт казны, так за Анну Радзивилл первая часть выкупа пришла в Венден. Вернее, за одного её сына. За старшего. Правда не вся. Сильно уж они плакались, что по миру их пустить могу. Я снизила немного сумму выкупа. По триста тысяч серебром за каждого из мальчишек. Вот триста и пришло. Анна просила и её отпустить, под честное слово.
— Отпустишь? — Вопросительно посмотрел на меня Великий Князь.
— Ещё чего не хватало. Нет, конечно. Не верю я им. Тем более, полякам. Им верить, это себя не уважать. Обманут, как пить дать, да ещё похвалятся будут, как они Ливонскую волчицу ловко обманули.
Василий засмеялся. Прокачал головой.
— Слышал я, что тебя в Литве, да и в Польше стали звать Ливонской волчицей. И не только там. В большой степи тебя тоже волчицей зовут. Даже детей тобой пугают уже.
— Ну и хорошо. Пугают, значит боятся. А боятся, значит уважают. Уважают сильных, Василий, ты же сам знаешь. А слабых никто не уважает. Эра милосердия ещё не скоро придёт на эту землю. А Анна пусть ещё у меня в Вендене посидит. Тем более, из неё оказывается не плохая поломойка получилась и прачка. — Я засмеялась. Василий смотрел на меня шокировано.
— Александра, ты что творишь? Она же Княгиня! Так нельзя! Княгиню из уважаемого и влиятельного рода в поломойки и прачки!
— И что, что она Княгиня? Ты забыл, что я выше её на несколько порядков? Я Багряннородная Цесаревна. Порфирогенита. Королева и Великая Княгиня. Так что ничего, так они быстрее деньги соберут.
— Неужели Анна согласилась полы мыть и подштанники стирать?
— Согласилась. Куда денется с подводной лодки?
— Какая ещё подводная лодка? — Василий смотрел на меня удивлённо.
— Да это так, словосочетание. Означает, что хочешь-не хочешь, но придётся делать то, что от тебя требуют. Есть ещё выражение: «Не умеешь — научим. Не хочешь-заставим». Голод не тётка, Василий. Жить захочешь, ещё не так раскорячишься. Я не намерена устраивать разносолы тем, кто шёл на меня войной. Хотела отнять у меня то, что принадлежит мне. А меня оскорбляла и поносила всякими погаными словами. Вот и отвечает сейчас за эти слова. В следующий раз думать будет не куриными мозгами, а нормальной головой. Не беспокойся, Василий. Войск на южном направлении у тебя хватит. Сейчас не те времена. С тобой почти весь Корпус уходит, кроме младших кадетов. Всю свою артиллерию забирают. Я вчера гонцов послала в Крым к Мансуру и Ширину. Велела им начать выдвижение к Волге. Татары Урусобы с тобой идут. Казанские бии, что присягнули мне.
— Меня и тревожит это. Как бы казанцы эти не переметнулись к своим соотечественникам. — Вздохнул Великий Князь.
— Не переметнуться. Там особо обиженные, как на хана, так и на знатных казанцев, особенно из числа влиятельных ногайских родов, которые обижали их. Скот забирали, пастбища отжимали. Эти своих соотечественников особо рьяно резать будут. Тем более, я пообещала им вернуть их кочевья и ещё прирезать к ним земли. А ты сам должен знать, никто так кроваво и жестоко не режется между собой, как родственники, ставшие друг другу смертельными врагами. Вот и пусть режутся.
— А казаки твои? С Дона придут?
— Эти придут, но пойдут не с тобой на Казань, а пойдут на Урал, в Сибирь, кошмарить сибирцев с их никчёмным ханом. Зря я что ли Строганова на Урал отправила? Он там уже остроги ставит, в качестве опорных пунктов. Пора начинать наступление и экспансию в Сибирь. А то ты всё не решаешься. Ибо, как сказал один умный человек, величие и мощь России будет прирастать Сибирью.
— Ты уже не первый раз повторяешь это слово, Россия.
— Россия, это Русь, только выросшая из княжеских детских одежд во взрослые, царские, а потом и в имперские. Мы же Третий Рим или как?