Любовь с процентами

Антон исчез за дверью своей рабочей комнаты, и я, отбросив все условности, решилась: украдкой стрельнув глазами по сторонам и убедившись, что коридор пуст, я на цыпочках подкралась к двери директорского кабинета. Она была последней в коридоре. А рядом, сбоку, я заметила какую-то деревянную конструкцию. Это был хозблок, построенный здесь, видимо, совсем недавно: само здание было каменным. Дверь его была не заперта, и я осторожно скользнула в узкое пространство и оказалась среди швабр, тряпок, ведер и каких-то коробочек.

Пристроившись там поудобнее и прислушавшись, я поняла, что мне очень даже повезло: слышимость была хорошая. Судя по голосам, беседующих было двое, и тема разговора сразу заставила меня подобраться. Хотя практически сразу мне стало ясно, что начальству еще не доложили о гибели сотрудника, все же речь шла о нем.

— Неделин так и не появлялся? – произнес один голос.

— Нет, – второй звучал более глухо, но все равно слова можно было разобрать.

— Куда он подевался?

— Да черт его знает! Я думал, ты его куда послал.

— Я бы послал, – с досадой проговорил первый. – Я бы его так послал! У меня работа стоит, клиенты недовольны, а он куда-то запропал.. Ты адрес его знаешь?

— Записан где-то. Но я у него не был никогда. Он вроде возле парка живет.

— Ну, тогда пошли к нему кого-нибудь. А то сам пойдешь мне девочек искать, да и мальчиков тоже! И чтобы все было как надо. У Неделина уж больно здорово получается.

— Талант, – коротко заметил второй. – Да ладно, Дима, не суетись. Сейчас позову кого-нибудь. – Наверное, он выглянул в коридор, так как дверь скрипнула, и крикнул: – Марина, Наташа, зайдите, пожалуйста!

Через некоторое время в кабинет зашла Наташа. По крайней мере, ее голос я узнала.

— В чем дело, что случилось? Почему у тебя такой вид? – сразу накинулись на нее двое мужчин. – Что вы там не поделили?.. У нас к тебе дело есть, небольшое. Ты знаешь, где Станислав Неделин живет?

— Да, но..

— Вот и прекрасно, – мужской голос звучал безапелляционно. – Сходи к нему, узнай, что случилось, и, лучше всего, приведи его сюда. У меня к нему есть поручение.

— Его нет, он убит, – еле слышно проговорила Наташа.

— Кто убит, Наташенька? Я тебе про Станислава говорю!

— Станислав убит, – голос Наташи прозвучал громче и даже как-то окреп.

— Что? Как?! Когда?! – голос мужчины прозвучал просто ошарашенно.

— Киллер, – коротко всхлипнула Наташа.

— Что – «киллер»? – рявкнул все тот же голос. – Объясни четко и спокойно: почему ты говоришь, что Неделин убит?

— Тут женщина приходила, – всхлипывая, сказала Наташа. – Она представилась частным детективом.. Так это она сказала, что Станислава убил киллер.. Застрелил то есть..

— Как застрелил? – возник в разговоре другой голос. – Почему застрелил?

— Ерунда какая-то, чушь.. – вторил ему первый.

Потом наступила пауза, в которой слышались только всхлипывания Наташи. Ей, кажется, снова стало плохо.

— Воды дай ей, что ли, пусть успокоится! – раздраженно воскликнул тот, кого звали Димой.

— Сейчас.

Послышался звук наливаемой в стакан воды, и через полминуты – облегченный вздох.

— Все, спасибо, Наташа, иди пока что к себе.

В комнате воцарилась минутная тишина: видно, они ждали, пока выйдет Наташа.

А я в своей каморке еле дышала, боясь пошевелиться. Руки и ноги у меня затекли, и я еле удерживалась, чтобы не чихнуть из-за обилия пыли. Но мне необходимо было дослушать разговор двух мужчин до конца.

— Слушай, Дима, это мне совсем не нравится! – голос был растерянным и в то же время – каким-то зловещим. – Это неспроста! Никто не будет нанимать киллера, если это обычная бытовуха.

— Подожди, Толя, успокойся, – возразил его собеседник. – Давай подумаем, что случилось? Для меня это такая же неожиданность, как и для тебя. И я вообще не понимаю, кому это надо? Хотя.. Может, кто-нибудь прознал о Стасовых делах, ну, и там.. ревнивые мужья, жены, любовники и прочее? Народ у нас горячий!

— Да брось ты! – оборвал его второй.

— Чего – брось! Ты думай о том, кем его заменять!

— Найдем, – пробурчал Толя.

— И подумай, что ты делать будешь, когда сюда менты придут.

— А что мне делать? Положительную характеристику дам парню, и все. До бóльшего все равно никто не докопается.

— Ладно, мне пора, – вздохнул Дима. – Пойду я. А ты разруливай здесь все. Я позвоню завтра..

Я понимала, что речь идет о чем-то весьма интересном и не предназначенном для посторонних ушей. Однако что это было конкретно, понять я пока что не могла.

«Рассказать Мельникову? – подумала я, выходя осторожненько из своего укрытия. – Пусть занимается этими так называемыми «Стасовыми делами»..

Но сейчас необходимо последовательно идти по следу, а с Мельниковым поговорить я успею и позже. И первым моим шагом должен стать разговор с Наташей, на которую известие о смерти Станислава произвело такое сногсшибательное впечатление.

Зайдя через минуту в комнату рекламных агентов, я увидела, что там почти все осталось без изменений. Только лица теперь у всех были хмурые. Красавчик Антон при моем появлении вяло улыбнулся. Но я сразу же подошла к Наташе.

— Вы не могли бы со мной поговорить? – мягко спросила я.

— Могла бы, – сразу же ответила та.

— Может быть, выйдем отсюда?

— Можно..

Она, как сомнамбула, встала и пошла к двери. На полпути обернулась и сказала, обращаясь ко всем в комнате:

— Пойду отпрошусь. Все равно я работать не могу.

Меня такой вариант вполне устраивал, и через пять минут мы с Наташей выходили из агентства. Поблизости скучал мой «Ситроен», которому довелось проехать всего пару кварталов: я позвала Наташу все в то же летнее кафе, где несколько минут тому назад беседовала с Антоном. Наташа против этого не возражала.

— Вы хотели поговорить о Станиславе? – спросила она, как только мы сели за столик.

— Да, я хотела бы узнать, какие у вас были отношения.

— У нас? – в васильковых глазах Наташи отразилось смущение.

— В коллективе, – уточнила я, внимательно наблюдая при этом за девушкой.

— Станислав был, ну как вам сказать.. – Наташа на минутку задумалась. – В общем, своим.

— Это как понять?

— С ним было легко, причем абсолютно всем: и нам, и начальству, и клиентам. Все постоянные клиенты старались работать только с ним. Даже с Антоном у него были хорошие отношения.

— А что, ваш Антон такой страшный?

— Нет, скорее скользкий, – качнула головой Наташа. – Если раз ты ему хоть в чем-то откажешь, то становишься для него «человеком-невидимкой»: тебя нет, ты – ноль.