Поддразнивание варвара

Забавно, что эта мысль мне не очень нравится. Может быть, я тоже запуталась в этой ситуации. Тот факт, что у нас был действительно отличный секс — с наркотиками или без них — делу не помогает.

Поэтому я сажусь и жду, когда Таушен заметит, что я проснулась. Когда он это делает, я одариваю его улыбкой.

Он выглядит удивленным, увидев мою реакцию, и его собственная улыбка постепенно появляется на его красивом лице, и это разбивает мне сердце. Бедный парень. Он так чертовски одинок.

— Мы можем начать сначала? — спрашиваю я его, сохраняя улыбку на лице, чтобы смягчить свои слова.

— Начать все сначала? — эхом отзывается он, явно не понимая, что я имею в виду. Вместо этого он практически карабкается к огню, хватает одну из выдолбленных костяных чашек и наполняет ее. — Давай я налью тебе чаю. Ты голодна? У меня есть для тебя на завтрак обугленное мясо.

Пальчики оближешь. Просто от того, что я слышу это в таком тоне, у меня пропадает аппетит, но я знаю, что он «поджарил» это для меня. Это просто еще один признак того, что он действительно старается изо всех сил. Я беру чай, который он мне предлагает, и пробую еще раз.

— Когда земляне признают, что они облажались, иногда они пытаются начать все сначала. — Я одариваю его своей самой обаятельной улыбкой. — Привет, меня зовут Брук, и я Скорпион. В настоящее время я посещаю другую планету, чтобы найти себя, и мне нравится горячая еда, теплые одеяла и долгие прогулки по снегу. — Я протягиваю ему руку для рукопожатия. — А ты?

Он осторожно берет мою руку в свою, изучая ее, словно ожидая, что я что-то сделаю.

— Я что?

— Представься, — говорю я ему.

— Но ты знаешь, кто я. — Таушен прищуривается, глядя на меня, не понимая. — Ты как-то ударилась головой? Как тогда, когда Пашов потерял память?

— Мы просто начинаем все сначала. Как будто мы только что встретились друг с другом в первый раз. — Я убираю свою руку из его, потому что он прикасается к ней слишком фамильярно для простого рукопожатия. — Между нами многое произошло. Это мешает тому, как мы себя ведем. Было бы лучше, если бы мы просто начали все сначала, тебе не кажется?

— Начнем все сначала? — Он произносит слова медленно, словно пробуя их на вкус, а затем его взгляд встречается с моим. — Итак… ты хочешь притвориться, что мы никогда раньше не встречались?

— Что-то в этом роде. Мы будем вести себя так, как будто прошлого не было, поэтому мы можем начать новое будущее вместе со свежими мыслями.

Его челюсть упрямо сжимается, и он качает головой.

— Я не хочу этого делать.

Раздраженная, я вздыхаю.

— Почему нет? — Почему он все так усложняет? Он что, решил меня разозлить?

— Потому что я не хочу забывать о том, что произошло между нами. — Выражение его лица серьезное. — Я знаю, это была ужасная ночь для тебя, но это была лучшая ночь в моей жизни. Я никогда этого не забуду.

И вот так просто все мое раздражение улетучивается.

— О, Таушен. — Я похлопываю по одеялам рядом с собой. — Присядь и давай поговорим, хорошо?

Он опускает свое большое тело на меха рядом со мной, и если он сидит намного ближе, чем, вероятно, следовало бы, я не обращаю на это внимания. Я складываю руки на коленях, пытаясь придумать лучший способ затронуть эту тему.

— Я действительно хочу дружить с тобой, — мягко говорю я ему. — Но я не уверена, что мы на одной волне.

— Дружить? — Таушен хмуро смотрит на меня сверху вниз. — Я хочу быть парой.

— Да, в этом-то и проблема, с которой я столкнулась. Я не готова быть чьей-либо парой.

— Если бы это был резонанс, у тебя не было бы выбора, — упрямо говорит он.

— Что означает, что я действительно рада, что это не так. — Я качаю головой, нахмурившись. — Почему ты так зациклился на резонансе? Это потому, что с тобой этого еще не произошло? Ты молод. Это произойдет. Тебе просто нужно дать этому время…

Пока я говорю, его лицо становится все более замкнутым, выражение напряженным.

Я делаю паузу, изучая его.

— Что такое?

— Не имеет значения, сколько у меня времени, — категорично говорит Таушен. — Резонанса со мной не произойдет.

— Это неправда, — протестую я, испытывая боль за него. Ясно, что он очень этого хочет. — Ты этого не знаешь. Никто не может предсказать будущее.

— Рокан может.

Ладно, тут он меня подловил.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Всякое всегда может случиться. — Я протягиваю руку и беру его за ладонь, сжимая ее. — Это случится с тобой. Я обещаю.

Выражение его лица сменяется выражением агонии.

— Ты не знаешь, о чем говоришь.

Разве нет? Есть ли что-то в кхае, чего я не понимаю?

— Что ты имеешь в виду?

— Меня никогда не выбирали. Никогда.

Страстность, с которой он это произносит, заставляет меня думать, что под поверхностью скрывается нечто большее, старая гноящаяся рана. Это то, что сделало его таким озлобленным? Я помню комментарий Харлоу о том, что когда-то он был веселым и нетерпеливым, как щенок.

— Расскажи мне, что произошло.

— Ничего, — сердито говорит он. — Именно это и произошло. Когда человеческие женщины прибыли в наш мир, я подумал, что, наконец, у меня появится шанс. Что у меня могла бы быть пара, семья и все то, о чем я так долго мечтал. То, что я очень хотел. Другие находили отклик, а я — нет. Я думал, что все в порядке. Что еще будет время, и я найду отклик у одной из женщин. У меня была одна самка на примете, которая мне нравилась больше остальных. Ти-фа-ни, и она была прекрасна. И я боролся с другими за ее внимание только для того, чтобы она нашла отклик у Салуха.

— И это разбило тебе сердце.

— Еще больнее было то, что меня не выбрали. Ти-фа-ни — прекрасная самка, и Салух — хорошая пара для нее. — Он качает головой. — Я подумал, что, возможно, мой кхай ждал другую. Но потом Джо-си нашла отклик, и свободных женщин больше не осталось. В моем племени было так много людей, у которых не было пар, что я не чувствовал себя покинутым. Было много охотников, которые жаждали найти себе пару, и пещера охотников была полна. Но потом нашлись Ле-ла и ее сестра, и я снова обнадежился. — Он качает головой.

Я знаю Лейлу. Она замужем за Роканом. А Мэдди замужем за Хассеном. Обе вполне счастливы.

— Значит, тебя снова обошли стороной.

Взгляд Таушена отрешен.

— Я думал, что, возможно, дождусь Фарли, но по мере того, как она становилась старше, я подозревал, что мой кхай никогда не увидит в ней пару. Она мне как сестра.

— А потом мы приехали, а ты все еще не нашел отклик.