Страница 167 из 232
Я вздрогнул от радости, ибо совсем забыл об этом, и, не сознавая, что делаю, обнял Дракайну и поцеловал ее. Она не противилась, но губы ее оказались холодны, точно галька на дне того быстрого ручейка, где я когда-то в детстве плескался и шлепал босиком.
– Пойдем, – сказала она. – В палатке Пасикрата нам никто не помешает, если завязать тесемки полога. У меня припасено неплохое вино, а рабы принесут нам поесть. Мы можем не выходить оттуда до самого утра.
Я последовал за нею, даже не вспомнив о том, что обещал Кердону. В палатке было тепло, темно и тихо. Дракайна скинула свой пурпурный плащ и спросила:
– А ты помнишь, Латро, как выглядит женщина?
– Конечно! – воскликнул я. – Я не помню лишь, когда в последний раз занимался любовью с женщиной.
– Что ж, взгляни на меня. – Она стащила через голову свой хитон.
Округлые бедра ее были точно легкий изгиб морской волны, а груди вздымались горделиво, точно белоснежные купола дворцов, увенчанные красными халцедонами. Вокруг талии у нее была повязана змеиная шкурка.
Заметив мой взгляд, она коснулась ее и пояснила:
– Я не могу снять это. Но, по-моему, в этом особой необходимости нет?
– Нет, – согласился я и поцеловал ее.
Она засмеялась и принялась тормошить и ласкать меня.
– Разве ты не помнишь, Латро, как мы сидели с тобой рядышком на холме, когда были на этом острове в первый раз? Ах, как я желала тебя тогда! Но теперь-то уж ты мой.
– Да, твой, – сказал я, понимая, что лгу ей, хоть и сгораю от страсти.
Я жаждал ее, как умирающий в пустыне жаждет глотка воды, как изголодавшийся жаждет хлеба, как слабый жаждет величия и царской короны.
Но, увы, не как мужчина жаждет женщины. И ничего с этим поделать я не мог.
Она посмеялась над моей слабостью, и я почувствовал, что с удовольствием удушил бы ее, однако она своим странным взглядом точно отняла силу у моих рук; мне показалось, что их и вовсе оторвали от тела…
– Я еще приду к тебе – когда взойдет луна, – сказала она. – Тогда ты будешь сильнее. Жди меня.
И вот я сижу у костра и записываю все это в свой дневник, надеясь когда-нибудь разобраться, что же со мной произошло. Ночная бабочка трепещет крылышками у самого огня. Я смотрю на нее и жду, когда же наконец взойдет луна.