Страница 18 из 26
Мы замираем в сантиметрах друг от друга. Я не отдергиваю руку.
Стёпа просыпается, когда кабинка касается платформы. Он капризничает, трет лицо и отказывается идти сам, вялый после слишком короткого сна. Мирон несет его на руках до самой парковки у магазина.
Мы подходим к внедорожнику, когда я слышу знакомый, режущий слух грохот пластиковых колесиков по асфальту.
У капота стоит мать.
— Асенька! — её визгливый голос разрезает шум улицы.
Она бросается к нам, волоча за собой огромный чемодан. На шее у нее идут красные пятна — верный признак надвигающейся истерики.
— Мама? — я останавливаюсь. Сердце глухо ударяется о ребра, в горле пересыхает. — Что ты здесь...
— Я жить к тебе приехала! — орет она, отпуская ручку чемодана, и тот с треском заваливается набок. — Квартиру за долги выставляют! Коллекторы двери обрывают! Мне одной всё это расхлебывать?! Одна беременная неизвестно от кого, прячется по подсобкам, а вторая единственного нормального мужика из-за гордости на порог не пускает!
Она осекается. Её взгляд скользит по мне, останавливается на Мироне, проходится по его лицу, и в глазах тут же вспыхивает узнавание, смешанное с жадным, цепким расчетом.
Мирон рядом со мной каменеет.
Стёпа крепче вцепляется в воротник его ветровки и смотрит на меня снизу вверх.
— Мам, — шепчет сын, — а зачем бабушке такой большой чемодан?