Страница 86 из 131
Глава 26 (Настя)
Настя искренне верила, что сны — это реакция подсознания на события, происходящие в реальной жизни. В первый раз ей приснился медведь после собеседования. В тот день она первый раз увидела Богдана. Тогда же она испытала очень сильные, но полярные эмоции: страх, неуверенность, но одновременно и яркое сексуальное возбуждение. Именно этот безумный коктейль породил медведя, как визуальное воплощение, объединяющее все эмоции. Судя по сегодняшнему сну, подсознание решило связать в её голове образ Богдана с медведем, получается, эмоционально она зависит от него? Значит ли это, что влюблённость перерождается в нечто большее?
Решив, что нет необходимости с утра забивать голову психологий, Настя собралась на работу, сегодня предстояло суточное дежурство, а это значит, у неё будет время всё обдумать.
Как она и предполагала, женщину, которую срочно госпитализировали из диагностики, подготовили к операции. Она была внесена в список на 10:30. Настя как раз села заполнять бумаги, спеша успеть до планёрки, когда из коридора понеслись звуки скандала. Грозный мужской голос, в котором она с удивлением узнала Богдана, и визгливый женский, с истеричными нотками, о чём-то спорили.
Настя выскочила в коридор, когда Богдан прогремел:
— К Свиридову в кабинет, немедленно!
— Вы ничего не докажете!— Настя с удивлением поняла, что женский голос принадлежал одной из уборщиц.
Её звали Светлана Валерьевна, ей было около сорока пяти лет. Она хорошо делала свою работу, никогда не отказывала, если напарницы просили поменяться сменами. Настя знала, что Светлана Валерьевна, любила выпить чай с медсёстрами и обменяться последними сплетнями. С ординаторами и, тем более врачам, она держалась вежливо, но отстранена. Тем удивительнее был гнев Давыдова, не иначе как Светлане не повезло опрокинуть что-то из инструментов. Настя испытала лёгкое сочувствие к провинившейся, но тем не менее верила, что Богдан не стал бы срываться по пустякам.
— Богдан Тахирович, может, нужна помощь?— Настя робко попыталась разрядить обстановку.
— Анастасия, не вмешивайтесь, лучше проведайте пациентку перед операцией…— Богдан обжёг Настю взглядом и, развернувшись на пятках, двинулся за уборщицей к кабинету Свиридова.
Ей не понравилось, как Богдан осадил её, но делать поспешные выводы не стала. Лучше получить ответы в спокойной обстановке, возможно, всё совсем не так, как кажется.
К планёрке все собрались в ординаторской, не хватало только Богдана и, собственно, Заведующего. Настя одиноко сидела в углу дивана, когда к ней подсел Расул. Остальные были заняты своими делами. Екатерина демонстративно переписывалась с кем-то по телефону, отойдя к окну. Степан, наконец-то сжалился и помогал Максиму с обходными листами. Дмитрий Борисович, после ночной смены, развалился в кресле и отчаянно зевал, пытаясь не упускать нить разговора с Алексеем Ивановичем и Верой Павловной.
На них никто не обращал внимания, чем и воспользовался Расул. Тихо, так чтобы расслышала только Настя, но тем не менее сохраняя достаточную дистанцию, он обратился к ней с вопросом:
— Давай сегодня вместе на обед сходим?
Настя повернулась и удивлённо смотрела на Расула. Он ей нравился больше, чем нагловатый Степан, но тем не менее она никогда не давала повода к более неформальному общению, чем необходимо для работы.
— У меня сегодня обед с собой.
— Тогда просто выпьем кофе?— голос Расула звучал спокойно, однако Настя уловила в его взгляде тщательно скрытый мужской интерес. И это было проблемой.
— Расул-это плохая идея, прости, я не смогу.— Настя постаралась, чтобы голос звучал мягко, но твёрдо.
— Почему?— Расул не пытался как-то физически контактировать, однако его взгляд, был настолько вещественным, что казалось, он держит её за руки.
— Я в отношениях…
Её слова прервал утробный рык, раздавшийся где-то за её спиной. Расул внимательно смотрел ей за спину. Несколько секунд его тело было напряжено, как будто перед прыжком.
— Понял…— Он моргнул и расслабленно встал с дивана, протягивая руку, тому, кто стоял за Настей.
Сообразить, кто рычал, было несложно, слава богу, всё происходило так тихо, что никто больше не услышал. Что понял Расул, Настя тоже догадывалась, но была уверена, что он не будет разносить слухи по отделению.
Мужчины пожали друг другу руки, как будто скрепили достигнутую молча договорённость, и Расул ушёл на своё место.
Свиридов, зашедший немного позже, привлёк к себе внимание громким приветствием. Богдан всё также молча занял место на подлокотнике дивана возле Насти. Его рука, как бы случайно, расположилась на спинке прямо за ней. Настя ощущала жар его тела, отчего руки и шея покрылись гусиной кожей.
Она сердилась, сначала Богдан щёлкнул её по носу в присутствии обслуживающего персонала, потом проявил неуместные собственнические замашки, хорошо ещё, что никто не заметил.
Планёрка и обход прошли, как обычно. Ни Свиридов, ни Богдан никак не прокомментировали утренний инцидент с уборщицей. Умом Настя понимала, что сейчас ни время и не место устраивать разборки, но сконцентрироваться на предстоящей операции не получалось. А это плохо, Богдан обязательно заметит её рассеянность и сделает ещё одно замечание.
Зайдя в предоперационную, Настя постаралась выбросить все лишние мысли. Она сосредоточенно тёрла руки мылом, когда услышала тихий голос.
— Что случилось, Тася?— Богдан стоял за её спиной и внимательно рассматривал её лицо со сведёнными на переносице бровями.
— Ничего!— резче, чем требовалось, ответила Настя.
— Так не пойдёт!— Богдан развернул её на себя.— Рассказывай, быстро!
— Богдан, давай не сейчас!
— Именно сейчас, Тася. Задержка операции на несколько минут не критично, а вот нестабильное состояние хирурга — очень даже критично!
— Я разозлилась. Сначала ты поставил меня на место в присутствии уборщицы, потом агрессивно среагировал на Расула…
— Прости, если тебя задел мой тон, я был в бешенстве…Это Светлана Валерьевна продала журналистам фотографии карты Ковалёва.
— Уверен? Как ты это понял?
— Уверен, да она и сама уже призналась. Её выдала дамская сумочка.
— Как это?
— Ты можешь себе позволить сумочку за сто тысяч рублей?
— Нет, конечно!
— А Светлана Валерьевна приобрела такую недавно, причём за наличные. С Расулом…знаю, что не прав, но он так смотрел на тебя…