Врачебная история

Лифт остановился на пятом этаже и Давыдов резко вышел, вместе с ним лифт покинули еще три человека. Двери закрылись и Настя резко выдохнула, вокруг сразу стало много места. Двое оставшихся людей сочувственно ее оглядели, она развернулась к зеркалу, красное лицо в испарине, вся помятая, выражение испуганное, глаза размером со стекла очков. Пожилой мужчина в белом халате дружелюбно подмигнул Насте.

— Что-то вас девушка совсем тут зажали, в следующий раз вы хоть голос подайте, вас же не видно…

— Похоже в следующий раз я пойду по лестнице — буркнула Настя.

Выйдя на седьмом этаже Настя резво подошла к посту медсестры. На ее удачу, там она встретила Веру Павловну, поздоровалась и попросила проводить ее в туалет для персонала. Старшая сестра, оценив ее потрепанный внешний вид, удивленно подняла брови:

— Вы как будто марафон бежали.

— По счастью нет, всего лишь попала в локальный час пик в лифте.

— А да, бывает у нас такое, слава богу не часто. Но сегодня распределяют новых ординаторов, да еще и проверка министерская, народу много. Ничего, Богдан Тахирович еще не пришел, так, что вы не опоздали. Он категорически не любит «опаздунов». Если он подойдет, пока вы будите приводить себя в порядок, я предупрежу, что вы уже здесь. Как закончите, проходите сразу в кабинет заведующего, Кирилл Дмитриевич у себя.

В туалете Настя быстро умыла лицо холодной водой. И скинув кофту оценила состояние блузки, по счастью, пятен от мокрых подмышек она не обнаружила и градус настроения повысился. Пригладив волосы, она прикрыла глаза и несколько раз глубоко вздохнула.

Я умная, талантливая, уверенная в себе. Мне ничего не грозит. Ну не возьмет меня к себе Давыдов и что? Не съест же? Все поправимо, кроме фатальной ошибки, приведшей к смерти пациента! Последний раз оценив свой вид, Настя перекинула кофту через руку и решительно направилась к кабинету заведующего.

Постучав, она замерла и дождавшись сухого «войдите» распахнула дверь в кабинет. Кирилл Дмитриевич сидел в кресле за столом в пол обола ко входу и смотрел в окно.

— Анастасия Игоревна, доброе утро! Проходите, присаживайтесь — он указал на стул перед столом — Вы сама пунктуальность-он по-доброму улыбнулся.

— Давыдов задерживается на пару минут, хотите кофе?

— Доброе утро Кирилл Дмитриевич, спасибо, от кофе я откажусь, а вот воды бы с удовольствием выпила.

— Куллер в углу, стаканчики там же, не стесняйтесь — он широким жестом показал куда-то в угол по диагонали от стола. Там стояла капсюльная кофемашина, микроволновка и куллер.

— У нас немного суета сегодня, вы же не торопитесь?

— Нет не тороплюсь, Вера Павловна уже поделилась, что у вас внеплановая проверка, понимаю, что мое собеседование не самая первостепенная задача -девушка слегка улыбнулась.

Кирилл задумчиво разглядывал Настю. Красивая, как куколка, маленькая, но очень ладная. Со слов Добронравова еще и талантливая. Опасное сочетание, ох опасное. Богдан будет в бешенстве. По виду, девочка кроткая, но кто знает, какую стерву в ней разбудит его старинный приятель и по совместительству гениальный хирург Давыдов.

Добронравов заранее посветил Свиридова в то, что Давыдов будет обязан взять ординатора. Его терпению пришел конец, каким бы одаренным не был хирург, в его обязанности входит наставничество, как бы Давыдов не увиливал от нагрузки, Добронравов больше не намерен закрывать глаза на своенравие Богдана.

Несмотря на то, что что центр многое выигрывал, имея неординарного хирурга в штате, он так же и проигрывал страховым компаниям, которые пользовались тем, что Богдан принимал решения, которые спасали жизни пациентов, но совершенно не соответствовали согласованным протоколам. Каждый такой случай трепал нервы юристам центра, а через них и заместителю глав врача.

Нежелание Богдана возится с «зеленой бестолочью» было притчей во языцех, но так же и тем самым рычагом давления, практически единственным, которым обладал Добронравов. Поэтому, несмотря не отсутсвие какого-либо желания Давыдова к наставничеству, заместитель уже второй раз волевым решением настаивал, взять подопечных. Пять лет назад, зная шовинистические наклонности Давыдова, к нему прикрепили двух, довольно перспективных молодых ординаторов. Эксперимент был не сказать, что успешный, Богдан тогда знатно потрепал всем нервы, но подготовленные им врачи блестяще выпустились спустя три года, заняв достойное место среди успешных молодых специалистов. Сейчас, как будто на зло, Добронравов, настаивал хотя бы на одном ординаторе, но девушке. Свиридову он сообщил свои планы перед аттестационной комиссией, и попросил внимательно присмотреться к Вороновой Анастасии Игоревне. По завершению комиссии, где девушка показала один из лучших результатов, Добронравов вызвал к себе обоих хирургов и объявил в приказном порядке, что на ближайший год Давыдов становится наставником талантливому ординатуру.

Богдан тогда лютовал, он доказывал, что тратить свои силы на женщину, бесперспективное решение, выскочит замуж, уйдет в декрет, даже пытался торговаться и обменять ее на ординатора мужского пола. Но Добронравов стоял твердо, либо Давыдов соглашается на собеседование Анастасии, либо пусть погашает колоссальную неустойку страховой. Решающим фактором стало то, что Кириллу пришлось подтвердить ценность кадра.

Вчера день прошел в напряженных спорах, Свиридов, будучи старшим в их долгих и сложных взаимоотношениях сумел найти аргументы, которые склонили Давыдова провести сегодня непредвзятое собеседование. Сейчас же, глядя на хрупкую фигуру Анастасии, его обуревали сомнения. Богдан был непредсказуем в своих реакциях и суждениях.

Прошло уже больше обещаных пары минут и Кирилл начал сомневаться, что Богдан придет. Когда напряжение в комнате стало очевидным, дверь распахнулась и на пороге возникла крупная мужская фигура.

Настя резко дернулась на звук и застыла. Немая сцена длилась буквально секунду, она не мигая зависла на почти черных глазах Давыдова. Свиридов пытался поймать реакцию друга, но прочитать что-либо по его лицу было не возможно.

— Богдан Тахирович, проходите — Свиридов попытался немного разрядить напряжение в комнате — мы вас уже заждались, Анастасия Игоревна, оставляю вас на милость, надеюсь, вашего будущего наставника, думаю, мое присутствие при вашем разговоре будет лишним. Кирилл поднялся со своего кресла и стремительно вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь, которую не закрыл Богдан.