Достояние народа

Часть 2 Глава 27

Михаэль прочëл о том, как Ядвига послала письмо в аппарат президента и округлил глаза от удивления.

– Дальше почерк другой. Судя по нему, писал дедушка Николас, – воскликнул он.

– Читай скорее, – нетерпеливо попросила Аленита.

Десятое января две тысячи шестьдесят пятого года.

Дорогой дневник, Ядвиги не стало. Я продолжу писать за неё, а потом открою ненадолго библиотеку и положу тебя в тайник, к остальным тетрадям.

Сегодня моя любимая не поехала на работу, потому что выходной. Она вышла из дома в ближайший магазин, и её сбила машина. Водитель скрылся с места преступления.

Очевидцами были мои соседи. Они видели, моя супруга не случайно попала под колёса, на неё намеренно наехали. Разумеется, приехала жандармерия, записала показания.

Я был в недоумении. Кому могла помешать моя скромная жена? У неё жизнь была сосредоточена в двух точках – семья и работа.

Жандармы час назад заявились к нам домой, и всё прояснилось. Они искали какие-то бумаги, запрещëнные книги. Изъяли все гаджеты, принадлежащие Ядвиге. Всё цифровое фото мы хранили на флешках, и в последнее время супруга их прятала. Может быть, на тех устройствах не только фотографии. В кабинете, в столе есть тайник. Именно там всё лежит.

Я спросил, могут ли отпустить наших дочерей на похороны мамы. Мне ответили, чтобы я кремировал её без них. Если хочу жить, то должен сидеть и помалкивать. Вот оно что, моя жена не молчала, она хотела сделать лучше для страны, мечтала возродить женщин в достаточном количестве.

Я ещё надеялся на справедливость, но Гюнтер сказал, что я наивный. Правительству невыгодно, чтобы мы жили, как раньше. Если женщин будет мало, мужчинам можно спокойно диктовать свою волю. Когда запустят лотерею, люди кинутся покупать билеты, они станут говорить, что наше правительство поступило мудро и с заботой о них.

Раз не отпустят детей на похороны, то завтра я уже кремирую Ядвигу. Её прах захороню туда, где могилы всех Браунов.

– Вот же сволочи! – крикнула Аленита.

– Ещё какие. Сто лет прошло. За это время по схеме Ядвиги мы уже продвинулись бы в восстановлении численности женщин. Не было бы этой дурацкой лотереи, – возмущëнно сказал Эрик.

– Согласен с вами. Давайте читать дальше, тут немного осталось.

Пятнадцатое января две тысячи шестьдесят пятого года.

Дорогой дневник, я не знаю, что мне делать. Сердце болит, и душа разрывается на части. Я скучаю по любимой.

При жизни я часто признавался Ядвиге в любви, а она мне отвечала. Наше чувство не остыло спустя столько лет. Она и наши дети были для меня всем. Ещё родители, разумеется. Я помню, как семья Ядвиги приняла меня и до самой их смерти у нас были тëплые отношения. Теперь в моём сердце осталась только скорбь и ненависть к нашему правительству.

Одноклассник нашего Гюнтера пошёл служить в жандармерию. Он по секрету шепнул нам, что убийцу Ядвиги никто не ищет и не собирается. В деле о наезде на неё написали, что моя жена решила сама покончить с собой. Как так? Ядвига всегда была жизнерадостной и любила жизнь. Разумеется, всё сделали для того, чтобы замять дело. Это и соседи говорят, но шëпотом, чтобы им тоже не прилетело.

С первого февраля ужесточат законы. Уже выходит указ за указом. Добавляют тюремные сроки на всё. Теперь самое мягкое наказание за критику правительства. Дают всего лишь двадцать лет тюрьмы. В других случаях наказание выше. За убийство человека только смертная казнь. За воровство только пожизненное заключение.

Ядвига смотрит сейчас на всё это с небес и плачет, а я рыдаю здесь, на земле, от той несправедливости, что у нас творится.

Дальше Николас писал, как скучает по супруге. Он рассказывал, как через полгода после смерти Ядвиги запустили первую лотерею. Мужчины прыгали от счастья и готовы были ножки президенту целовать. Ещё через полгода стали выращивать детей для тех, кому старше сорока.

– Последняя запись, – сказал Михаэль и продолжил читать.

Двадцатое марта две тысячи шестьдесят шестого года.

Я уже писал, что несколько месяцев назад у меня обнаружили рак. Болезнь развивается стремительно. Простите, дорогие потомки. Почерк корявый и неровный.

Я пишу слабеющей рукой, а сам думаю о том, что скоро уйду к любимой и увижу её на небесах. Мы обязательно встретимся с Ядвигой, и я снова скажу, как обожаю моего гения.

Мой сын теперь покупает лотерею. Он надеется выиграть девушку. Если не получится, Гюнтер обещал мне после сорока лет вырастить себе малыша в инкубаторе, ведь в его разработке принимала участие и его мама.

Ещё я взял с него клятву показывать старый альбом и рассказывать о предках. Пусть из поколения в поколение тайно передаются знания о семье Браун. Флешки трогать не разрешил. Я не знаю, что там ещё, кроме фото. Сейчас их доставать крайне опасно. Если кто-то читает это, знайте, что они в ящике стола. Нужно только аккуратно отклеить верхушку у якобы толстых стенок.

Прощайте, мои потомки. Надеюсь, мы с женой всё сделали правильно и не посрамили род Браунов. Ещё молю Бога о том, чтобы никого из вас не забрали в закрытую школу. Идёт слух, что там так промывают детям мозги, что становится страшно за будущее этой планеты.

Передаю дневник сыну. Сегодня ночью он откроет библиотеку, спрячет его и снова всё замурует. Книги, что хранятся там, теперь настоящая ценность.

– Вот и всё, – сказал Михаэль и вытер слëзы с глаз.

Аленита и Эрик подбежали к нему и обняли.

– Какая у Ядвиги и Николаса была любовь. Они даже долго прожить друг без друга не смогли, – всхлипнув, произнесла девушка.

– Такая любовь достойна уважения, – поддержал Эрик.

– Я горжусь своими предками. Они были сильные и выдающиеся люди. Жаль, я пошёл в далёкого деда лëтчика и меня интересует только небо, а не учебники.

– Они интересуют меня. Ты завтра уедешь на работу, а я начну восполнять знания. Ещё нужно найти флешки и посмотреть, что там. Купи мне ноутбук, Михаэль! – затараторила Нита.

– Я сейчас покажу тебе пароль от моего ноутбука. Там нет ничего такого, что я постеснялся бы показать вам. Пора спать. Мне нужно выспаться. Ещё уснуть бы после того, что я узнал.

Аленита отстранилась и пошла в спальню Михаэля. Старший супруг быстро показал пароль от ноутбука. Эрик обещал завтра научить пользоваться. Потом легли спать. Девушка закрыла глаза и мысленно обратилась к предкам Брауна.