Страница 57 из 74
— Люблю этот дворец, — вздохнул император. — Здесь слышно, как бьётся сердце города.
Его реплика не требовала ответа, поэтому я промолчал.
Император сделал ещё глоток чая и заговорил о деле:
— Мы ведь не можем доказать, что это и в самом деле призрак Михаила Александровича Долгорукова?
— Не можем, — согласился я. — Документов у призрака нет, а внешнее сходство не является доказательством. Мало ли кто на кого похож. Да и магию иллюзий нельзя сбрасывать со счетов.
— А что говорит сам призрак? — поинтересовался Его Величество.
— Почти ничего. Просит, чтобы мы его пощадили и называет меня убийцей и мучителем.
— Никакой благодарности за спасение, — понимающе кивнул император. — Очень похоже на князя Долгорукова. Но это тоже не доказательство.
Он взял из вазочки печенье и стал задумчиво крошить его на стол.
— Я не могу отменить церемонию, — сказал он. — Даже отложить её нельзя, сразу поползут нехорошие слухи. Что будем делать, Александр Васильевич? Может быть, устроить князю и призраку очную ставку? Сделаем это неожиданно. Вдруг князь не выдержит и во всём сознается?
— А если нет? — возразил я. — Если уж он сумел сам себе перерезать горло, значит, нервы у него достаточно крепкие. Жалобными воплями призрака его не пронять. Он просто будет всё отрицать.
— Пожалуй, — кивнул император. — Придётся придумать что-то более убедительное. Расследование не должно оставить никаких сомнений, в противном случае лучше его и не затевать. Что вам подсказывает ваш знаменитый дар, Александр Васильевич? Что нам делать?
— Прежде всего, надо понять, как произошла подмена. Узнать все детали, все подробности. Для этого я попробую разговорить призрака. Наверняка к этой подмене имеет отношение обряд, следы которого Леонид Францевич нашёл в доме Долгорукова. Я точно узнаю, что это за обряд и как он действует.
— Это же какой‑то османский обычай? — припомнил император. — Кажется, они таким образом отделяют сущность от тела?
— Именно так Леонид Францевич и говорил, — кивнул я. — Но, может быть, у этого обряда есть ещё какое‑то назначение? Я это выясню, а дальше буду действовать по обстоятельствам. Хочу заранее предупредить, что не всегда смогу держать вас в курсе своих решений. Ситуация может меняться слишком стремительно.
— Куда уж стремительнее, — хмуро ответил император. — А ведь такое хорошее утро было, Александр Васильевич.
— Так оно не перестало быть хорошим, Ваше Величество, — улыбнулся я. — Просто началось очередное магическое приключение.
— Что?
Секунду император изумлённо смотрел на меня, потом не выдержал и рассмеялся.
— Вы так легко об этом говорите, господин Тайновидец! Очередное магическое приключение… Надо же! Между прочим, у нас вся имперская система власти под угрозой.
— Ничего не случится с вашей системой, — ответил я. — Небольшая встряска только пойдёт ей на пользу. Так я могу действовать по своему усмотрению, Ваше Величество?
Прежде чем ответить на мой вопрос, император встал из кресла. Я тоже поднялся.
Владыка Империи аккуратно собрал в пригоршню крошки от печенья и пошёл к пруду. Стоя ко мне спиной, он высыпал крошки в воду.
У его ног тут же принялась плескаться жадная рыба. Она совершенно не боялась императора.
— Видите? — усмехнулся Его Величество, повернувшись ко мне. — Ради сладкого куска они готовы на берег выпрыгнуть. Когда я был молод, мне казалось, что мои дворяне умнее.
Он внимательно посмотрел на меня.
— Вы кажетесь таким спокойным. Решение вашего дяди совсем не задело вас?
— Задело, ещё как, — честно признался я. — Просто я сдерживаюсь. Сейчас есть дела поважнее.
— Вы правы, — кивнул император. — Действуйте, Александр Васильевич!