Клан

Охренеть — не встать. И когда это я успел стать учеником этого ушастого тирана? Ладно, не надо нервировать декана факультета боевой магии, а не то он меня и клуб вообще без баллов оставит, а у нас клубные игры скоро. Надо бы покопаться в системных логах, может, что и найду, но делать это придётся на ходу, расслоённое сознание мне в помощь.

Трансформировав мантию в спортивный костюм, поспешил вслед за профессором, а по пути шерстил логи. Мда, похоже, о планах в ближайшее время вернуться в Долину тысячи островов можно забыть. Пока я отсыпался, в моём студенческом бытие произошли весьма кардинальные перемены. Я стал личным учеником аж двух профессоров: Улеандиила и Весталии. Эта парочка, похоже, сговорилась между собой и поделила моё свободное время, как говорится, по-братски. Начиная уже с сегодняшнего дня, каждая моя свободная минута, за исключением восьми часов ночного сна, занята кем-то из профессоров. Пардон, не каждая, мне ещё полчаса на обед оставили.

Ну хоть выходной не тронули. По уставу академии не имеют права. Обычно в выходной день народ и отправляется в рейды. В Колыбели миров семидневная неделя, но выходным, в отличие от Земли, является лишь один — последний день седмицы. Я по инерции пользуюсь привычными терминами и называю дни недели на земной манер, хотя у местных есть и свои названия. Видать, лингвистическое заклинание автоматически переиначивает мои слова местным жителям.

— Ну что же, студент Солт, — с кривенькой усмешкой проговорил профессор Улеандиил, когда мы добрались до защищённого магического полигона. — Посмотрим, чего вы стоите на самом деле.

С этих слов начался мой персональный ученический ад. Ушастый тиран начал методично и весьма профессионально выжимать из меня все соки. Изнурительные физические тренировки чередовались с выматывающими магическими баталиями, которые по мере опустошения запаса маны переходили в спарринги на разнообразных видах холодного оружия. Причём эльфу было плевать, что у меня нет соответствующего навыка. Бери оружие и сражайся, а чтобы жизнь малиной не казалась, ещё и по мере восстановления запаса маны заживляй оставляемые профессором раны разной степени тяжести.

Профессор Улеандиил с ходу взял бешеный темп. Даже моё расслоённое сознание не вывозило такую нагрузку, а ведь, помимо занятий с ушастым тираном, меня и профессор Весталия загрузила работой, а завтра и обычные занятия начнутся. Весталия, к слову, с ходу влепила мне штрафной репутационный бал за то, что я не успел выполнить её задание, а потом так загрузила в лазарете, что нейроны головного мозга начали откровенно закипать.

В итоге я вернулся в клубный корпус лишь к ночи и, вяло махнув одноклубникам, не говоря ни слова, направился в свою комнату. Кое-как помывшись, переместился в штаб-квартиру гильдии и почти мгновенно вырубился, успев напоследок активировать регенеративный свет.

Два часа реала превратились в шестичасовой сон. Вот оно — моё спасение. Без компрессии времени мне в таком бешеном ритме не выжить, но оно того, несомненно, стоит. Практически все физические параметры на единичку скакнули, а благодаря когнитивному шторму и ментальной магии мне удаётся усваивать информацию и нарабатывать мышечную память очень быстро. Пара месяцев таких тренировок, и я себя не узнаю. Придётся терпеть.

Сон под регенеративным светом позволил организму полностью восстановиться, так что опасения по поводу боли в каждой мышце, которая неизбежно появляется после интенсивных физических нагрузок неподготовленного человека, не подтвердились. Я был бодр и полон сил, разве что есть хотелось неимоверно, но с этим проблем нет, в инвентаре полно еды. В распоряжении ещё три четверти ночного времени, а это под компрессией аж восемнадцать часов.

Стелла и Вэйлин корпели над учебниками, Ведьма химичила с катализатором. Все при деле. По-быстрому рассказав друзьям о своих тиранах-преподавателях, которые взяли меня в оборот, наскоро набил желудок и тоже засел за книги. Интересно, а как я буду зачёты по приобретённым курсам сдавать с таким расписанием? Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Надо вначале информацию усвоить, да копыта не отбросить после издевательств Улеандиила. Этот ушастый гнида ещё и шуточки обидные по поводу моих навыков по ходу тренировки отпускает. Ну ничего, настанет час, и я его достану. Я ещё сотру эту снисходительно-ехидную ухмылочку с его лица.

За ночь удалось сделать очень многое. Я изготовил новую партию рунных артефактов. На этот раз работал со стихией воды. Два мощных ледяных копья, ледяная шрапнель, бьющая по площади, и ледяной дождь. После изготовления артефакта с заклинанием «ледяной дождь» почувствовал головокружение и немного напрягся. После тщательной проверки выяснилось, что шкала жизненных сил тревожно мигает красным.

Хм, получается, что при изготовлении рунных артефактов мастер вкладывает в изделие частичку себя, и чем сложнее артефакт, чем мощнее заклинание, тем больше сил должен потратить артефактор. Я серьёзно потратился во время тренировки с Улеандиилом, а профессор Весталия усилила дефицит энергии, загрузив работой в лазарете. Шестичасовой сон не смог восстановить резерв, так что результат закономерен. Эх, не получится клепать мощнейшие артефакты десятками и сотнями в день. Во всём должен соблюдаться баланс.

Остаток ночи тоннами загружал в мозг информацию. Или правильнее говорить — терабайтами? Аааа и неважно. В общем, я активно прокачивал серое вещество. Надо признаться, а изучать магию оказалось весьма увлекательно. Теперь я понимаю, о чём говорила Альвия, когда рассказывала, что прочла каждую книгу в родовой библиотеке, которая хоть отдалённо связана с магией. Даже из нудных трактатов, написанных максимально скучным языком, удавалось почерпнуть интересные факты, которые ложились на нужную полочку в моей голове.

Я даже приспособился параллельно изучать сразу две книги. Расслоённое сознание помогло и в этом, а когнитивный шторм безостановочно анализировал и усваивал поток входящих данных, защищая клетки мозга от перенапряжения. В общем, магия рулит. Ещё с десяток таких ночей, и я выиграю у Вэйлин спор. Хм, и какое же желание мне ей загадать? Перед возвращением в академию выделил себе ещё четыре часа на сон, потому как впереди ждёт следующий, расписанный буквально по минутам день, и мне нужны силы, чтобы его пережить.