Страница 7 из 54
— Тоже мне нашел Донжуана.
— Да он же как маньяк на тебя облизывается! А тебе и нравится…
— Что нравится? Что ты несешь?!
— Держать на коротком поводке этот гарем! Чтобы никто не расслаблялся. Флиртуешь со всеми напропалую… Всем улыбаешься. Костюмы эти твои…
— Какие еще костюмы?
— С позволения сказать, спортивные! Смотрите на меня, да?! Да все в курсе, что ты оху*нная! Кому и что ты доказываешь?
У меня опускаются руки. Натурально, блин, опускаются.
— Знаешь, скольких сил в моем возрасте стоит эта оху*нность, Яр?
— Опять ты за свое! Возраст… Возраст… — не слишком удачно меня парадирует.
— Да. Говорила, говорю и буду... Той же Машке не надо пыхтеть в спортзале, чтобы иметь крепкую задницу. Мне же, чтобы просто преодолеть гравитацию, нужно пахать до седьмого пота. А когда с тебя семь потов сходит, мои костюмы — самое то. И вообще… Боже, ну о чем мы спорим? Поверить не могу.
Похоже, о моих страхах и комплексах? Которые ему никогда не понять. Потому что Ярослав молод, и неоткуда ему знать, что чувствует женщина, у которой в анамнезе молодой любовник. Что она, бл*ха муха, чувствует…
— И что теперь? Что мы будем делать? — как-то потерянно интересуется Ярик.
— Извлекать жизненные уроки, — усмехаюсь я. — Запишу в блокнотик «не связывайся с малолетками» рядом с «не верь качкам» и «адвокаты опасны для психики».
Ярик криво и немного устало усмехается.
— Ты опять всё переводишь в шутку.
— Конечно. Иначе я бы уже е*нулась.
— Я не хотел так… — Яр садится у моих ног на пол и кладет подбородок мне на колени. — Да блин! Ну мы же оба виноваты. Просто признай!
— Ну, признаю я. А что это изменит?
— Давай попробуем заново, а?
Я смотрю на него. На секунду… Ровно на секунду меня как будто прошивает, дескать, а давай! Но почти сразу же срабатывает стоп.
— Нет, Ярик. Сам же говоришь, что я и раньше тебе не доверяла. А теперь как? И подавно же...
Он отворачивается. Проводит рукой по лицу. И вдруг встает. Открывает шкаф, берет стакан. Наливает себе воду. Прямо сейчас так легко притвориться, что ничего не было. Он же совсем как дома, да… Бесит!
— Может, ты ещё чай заваришь? — не выдерживаю я. — Раз уж ты так вольготно себя чувствуешь.
— Не начинай, — устало бросает он.
— Нет, это ты не начинай, Яр! — Я вскакиваю. — Не надо делать вид, что ничего не произошло, после того как вы*бал на моем диване мою же крестницу.
Это нервный срыв! Ну, точно…
Ярик бросает в раковину чашку, разворачивается и уходит, напоследок смерив меня полубезумным взглядом. Чуть позже хлопает дверь. Я роняю лицо в ладони и тихо всхлипываю. Черт с ним. Даже это лучше, чем тишина.
Подхожу к окну. Открываю, впуская в кухню свежий весенний воздух. Хочу поскорее забыть. И этот разговор, и его запах, и вообще все, что было с ним связано! Холодно — кошмар.
— Ну, давай, — бормочу. — Выветривайся.
Следующие пару минут я бегаю по всей квартире, распахивая настежь окна. А когда неоткрытых окон не остается, сворачиваю с дивана плед и бросаю на пол. Потом, правда, поднимаю. Потому что тот, блин, слишком дорогой. А я слишком взрослая для таких детских выходок.
— Господи, — шепчу. — Ну и дура…
Сажусь на диван. Провожу ладонями по лицу. И вдруг вспомнив, что на этом самом диване происходило, вскакиваю как ужаленная.
Только сейчас приходит осознание, что хоть мы с Яриком и не были расписаны, расстаться с ним будет сложнее, чем с официальными мужьями, хотя бы потому, что с первым и вторым мы жили на съемной квартире, а с третьим — вообще у него. Ничто не мешало мне просто съехать и начать новую жизнь там, где ничего не напоминало бы о рухнувшем браке. Здесь же… Даже не знаю. О собственной неудаче напоминает буквально все. И диван этот проклятый, и фикус, который, кажется, даже поник от происходящего.
Я как будто в чертов музей попала на экспозицию с говорящим названием «Ошибка длиной в три года».
Фыркаю. Получается нервно.
Подхожу к тумбе. Беру его чертову чашку. Как-то хреново Нюша убралась, м-да… Выговор ей, что ли, сделать?
— Лучший банкир, — читаю вслух. — Как знать, как знать… Вон — инвестиции в доверие, как видим, не окупились.
С сожалением понимаю, что местожительство, похоже, придется менять. Жаль. Я любила эту квартиру. Центр! И работа близко.
Плетусь в ванную. Смываю косметику, принимаю душ. Методично наношу все четыре ступени ухода. И укрывшись двумя одеялами, засыпаю.
Утром будит телефон. Прижав трубку к уху, бегу закрывать окна, потому что в квартире нереальный дубак.
— Привет, мам…
— Привет. У тебя все нормально?
— Да как сказать? Мы с Яром расстались. А что? Никак чуйка?
— Ага. Шары вылупила посреди ночи, и все — хоть стреляй. Что думаешь делать?
— Пока план один — умереть, — шмыгаю носом.
— А, ну… Тоже вариант. Ты только этот план согласуй с бабулей. Она собралась умирать на майские, не хватало, чтобы ваши похороны наложились вдруг друг на друга! Боюсь, я по финансам не вывезу.
Смеюсь.
— Мама, я тебя обожаю.
— Ну, еще бы, — фыркает. — Так что случилось-то?
Я зависаю. Эх… Пока я не готова об этом рассказывать.
— Да так… — тяну, зевая. — Стандартный набор. Он козёл, я прекрасна, мир несправедлив.
— В общем, ничего нового.
Усмехаюсь.
— Так вот же. О чем и речь.
— Ясно... Ну, мой тебе совет — не вздумай сегодня принимать никаких судьбоносных решений.
— Это каких, например?
— Ну, знаешь… — протягивает мама. — Уволиться, переехать, постричься под каре, завести кота или нового мужика, или и то и другое вместе.
Прикусываю язык, потому что как раз хотела посмотреть квартиры. Может, и правда, не стоит спешить?
— Даже в мыслях такого не было, — вру. — Слушай, а какие у тебя на сегодня планы? Может, позавтракаем где-нибудь?