Страница 9 из 39
Глава 7
– Ты вообще меня слышишь? – сдержанно, но уже на грани уточняю я, выходя из конторы. – Я сейчас не шучу, Глеб. Ты поступать думаешь, или как?
Сынок на том конце связи блеет про то, что он забыл о занятии с репетитором, и непременно все наверстает. Когда-нибудь потом.
– Потом – это когда? – додавливаю я, спускаясь по ступеням. – Когда экзамены начнутся? Или когда ты со своими никудышными результатами пролетишь мимо желанного ВУЗа?
Ветер цепляется за волосы, холодит виски. День выдался тяжелым. А теперь еще и это.
– Мам, ну не дави…
– Я не давлю, – отрезаю я, пикая сигналкой. Машина послушно моргает фарами. – Помимо того, что ты тупо забил на занятие, мне пришлось его оплатить, ведь ты не удосужился даже предупредить препода!
– Ну, я же сказал, что забыл! Как я мог его предупредить, ма?! Сама подумай.
– Я думаю, Глеб. Двадцать четыре на семь. Уже мозг плавится. А ты когда начнешь?
– Так, ясно. Потом поговорим, – психует сынок. Нормально, да? Мелкий засранец. Гляжу на затухающий экран телефона. Думаю – перезвонить, или лучше не надо? Я так зла, что меня слегка потряхивает. И вроде нормальных мужиков вырастила, но иногда… они меня дико бесят. Сорвусь. А какой в этом смысл?
Открываю дверь, кидаю сумку на пассажирское. На секунду замираю, упершись ладонью в крышу машины.
Голова гудит. Мысли скачут. В башке непрекращающийся шум. Так, ладно. Резко выпрямляюсь, обхожу машину, собираясь сесть за руль и замираю, потому что навстречу мне из-за шикарных голубых елей, высаженных вдоль забора, выходит Максут!
Я не двигаюсь. Вот вообще. Только моя челюсть, живя какой-то своей жизнью медленно-медленно опускается. И сердце в груди подпрыгивает.
Потому что… Какого, собственно, чёрта?
– Привет, Зуль, – говорит он спокойно, но во взгляде его и близко покоя нет. Мне становится горячо. И чуточку неудобно.
Я распрямляю плечи, чтобы казаться… больше?
– Ты что здесь делаешь? – интересуюсь сухо.
Максут просовывает руки в карманы и решительно шагает ко мне.
– Ждал тебя, – отвечает так, будто в этом нет ничего особенного.
Я чуть прищуриваюсь, просчитывая, какими могут быть его истинные мотивы. Но они не просчитывается ни в какую!
Слишком спокойно он держится. Прямо… на уверенном. И скалится так, и смотрит, будто не сомневается в своем праве.
– Зачем?
– Да вот… Узнать, чего ты трубку не берешь.
– У меня много работы.
– М-м-м, а я думал, ты меня избегаешь.
– Что за детский сад?
– Вот и я о том. Детский сад какой-то. Совсем на тебя это не похоже. Так что? Поужинаем где-нибудь?
– Нет, – говорю слишком поспешно, понимая, что еще немного, и просто не вынырну из омута его глаз. – Я устала.
Максут задумчиво на меня смотрит и вдруг кивает, излишне быстро, как мне кажется, соглашаясь:
– Ладно.
«Вот и прекрасно», – убеждаю себя. Разумный человек понял отказ. Сейчас развернется, уйдет, а я сяду в машину, доеду до дома, сниму с себя этот день вместе с пиджаком, налью чаю и буду делать вид, что моя жизнь не катится в тартарары. Или что-нибудь покрепче налью, чего уж…
Но Максут почему-то не уходит. Наоборот. Подходит так, что носы наших ботинок соприкасаются, берёт меня под руку и мягко разворачивает от моего мерса.
– Тогда дома поедим.
Я зависаю.
– Чего?
– Домой, говорю, поедем, – повторяет он, будто всерьез допускает, что я и впрямь его не расслышала. – Ко мне. Я приготовлю свой фирменный плов. А ты отдохнешь.
– Ты сейчас серьезно?
– Абсолютно.
Я смотрю на его руку на своём предплечье. Потом на него. Потом снова на руку. И не могу поверить в происходящее. Добавляю высокомерия… Но ему хоть бы хны. Подхватив меня под локоть, Максут буквально тащит меня к своей машине.
Меня… Женщину, которой даже словесно мало кто может возразить. А тут моего мнения как будто бы и не спрашивают. И это, как ни странно, избавляет меня от необходимости что-то решать. Зачем, когда решение принято?
Послушно плетусь за Максутом, хотя, конечно, теоретически могу его послать куда подальше. Высвободиться из хвата, развернуться, припечатав его напоследок парочкой колких фраз. В конце концов, у меня богатый опыт по части возвращения мужчин в реальность.
Но вместо этого я иду, да. А внутри распускается что-то… совсем уж неприлично женское. Приятно, когда мужчина все берет в свои сильные руки. Наглость, конечно, запредельная. Но, господи, какое же облегчение!
– Максут, – произношу я уже не так уверенно, как собиралась, – я, вообще-то, на своей машине.
– Завтра заберешь.
– А если мне она понадобится сегодня?
– Не понадобится.
– Ты всегда такой самоуверенный?
Он искоса на меня поглядывает.
– По большей части.
Вот же гад. Красивый, спокойный, самодовольный гад, который тащит меня к своей машине… И ведь знает, на что меня брать! Слюнки текут от одной только мысли о плове. О нормальном, горячем, домашнем плове. Я по большей части питаюсь всякой гадостью из доставки, которая к тому же успевает остыть, пока до нее доходит черед.
– А что, ты правда вкусно готовишь? – бурчу, потому что сдаваться молча было бы совсем позорно.
– Пальчики оближешь, – заверяет Максут, открывая передо мной пассажирскую дверь.
Я останавливаюсь перед ней, как перед последним рубежом. Еще, наверное, можно отказаться. Сказать, что передумала. Вернуться к машине. К привычной жизни. К контролю, злости, пустому дому, скандалам с сыновьями…
Максут не торопит. Просто стоит рядом и смотрит так, будто уже всё понял.
– Я ненадолго, – предупреждаю.
– Конечно.
– И без глупостей.
Он усмехается.
– Как скажешь.
– Максут.
– Садись уже, Зуль, – закатывает глаза. И я сажусь. А что мне еще делать? Максут закрывает за мной дверь, обходит машину и небрежно бросает:
– Там тебе цветы.
Я резко оборачиваюсь. На заднем сиденье действительно лежит букет. Огромный и… пошлый, он занимает почти полсиденья. Такие обычно дарят разве что дубайским эскортницам. И вот теперь мне. Чувствую, как что-то внутри меня опять предательски екает.
– Это что? – спрашиваю, хотя вопрос идиотский. Максут садится за руль.
– Цветы.
– Я вижу, что не арматура.
– Тогда зачем спрашиваешь?
– Не понимаю, зачем было так тратиться.
– Мне захотелось тебя порадовать.
– Какое расточительство! А если бы я послала тебя? Что бы ты с этим веником делал?
– Ты бы не послала. Тебе понравилось со мной трахаться.