Паук

Коротко и по делу. Другого Ян Джи от этого человека и не ожидала. Она смотрит на экран телефона, пережидает ползущий по спине холодок и шумно выдыхает, позволяя напряжению отпустить её. Хэймин не был тем, с кем можно было по-дружески выпить чашку чая и обсудить утренние новости, и, обратившись к нему за помощью, Джия стала его пешкой. Ван Хэймин может попросить у неё что угодно в уплату долга, и Ян Джи не будет иметь права отказаться. Можно ли это было считать договором с дьяволом? Усмехаясь, Джия думает, что так оно и есть. Она убирает телефон в карман, идёт на кухню, быстро пьёт свой утренний кофе, кормит Орешек и собирается выходить раньше, чем обычно, хватая с вешалки в коридоре своё пальто и обуваясь. Находиться дома, сходя с ума от жужжащих в голове мыслей, кажется невыносимым.

Сегодня она приезжает на работу как никогда рано, загружая себя отчётами и текучкой, на которую всегда не хватало времени. Когда к началу рабочего дня к ней в кабинет заглядывает Ло Чэнг со стаканом кофе в руке, Джия едва ли отвлекается от заполнения очередного бланка. Чэнг писал ей вчера вечером, спрашивал, как она себя чувствует, и пытался приободрить. Ян Джи так и не нашла в себе сил ответить ему. Как и Фа Чжун и Ли Сяовэю. Коллеги беспокоились о ней, и Джия ценила это, но желания говорить с кем-то не было. Точно не сейчас, когда сама она готова была разорваться на части от скопившегося внутри тела напряжения. Может быть, позже, когда станет совсем невыносимо или же появится какая-то информация о Файцзи, она обязательно ответит им, всё расскажет и поделится тем, что с ней происходит. Но пока что Джия чувствует себя не способной даже на короткий разговор о погоде.

— Дерьмово выглядишь, — проходит в кабинет Чэнг. — Ты хоть спала сегодня? На, взбодрись.

— Урывками, — поднимает на него взгляд Джия. — Спасибо, — берёт она протянутый кофе.

— Есть какие-нибудь новости?

Ян Джи делает глоток кофе и молча мотает головой, слыша, как тяжело вздыхает Ло Чэнг.

— Я подала заявление в полицию, но они начнут поиски, когда пройдёт семьдесят два часа.

— Вот же ж, — прикусывает щёку изнутри Чэнг. — Ты держись, ладно? Мы все переживаем. Нужно надеяться на лучшее.

— Конечно, — кивает ему Джия, думая совсем о другом.

— Ну ладно, я пойду тогда, загляну в обед, — говорит Чэнг, и Джия улыбается ему в ответ, наблюдая, как закрывается за дверь.

Оставаясь наедине со своими мыслями, она снова загружает себя работой, не делая перерыв ни на кофе, ни на обед, и отрывает голову от бумаг и компьютера только перед самым окончанием рабочего дня. За окном медленно опускались сумерки, а на столе стоял уже давно остывший кофе, который она так и не выпила. Ло Чэнг, как и обещал, заходил к ней во время обеденного перерыва и так и не смог вытащить её никуда из кабинета, в конце концов уйдя ни с чем. Джия растирает пальцами переносицу, снимает очки и откидывается в кресле. Этот бесконечно долгий день наконец-то подходил к концу, и Ян Джи торопится собрать свои вещи, словно от этого день мог закончиться ещё быстрее. Она наводит порядок на столе, берёт с вешалки пальто и, выключая свет, выходит из кабинета. В голове роится куча переплетающихся между собой мыслей, и Джия ускоряет шаг, стараясь переключить своё внимание на прибывший лифт.

Она заходит в лифт вместе с ещё парой сотрудников, с которыми не была знакома, прослеживает взглядом за меняющимися на лифтовом табло цифрами и не чувствует ничего, кроме бесконечной усталости. Выходя вместе со всеми на первом этаже и пересекая вестибюль, Джия проходит через стеклянные двери и оказывается на улице, вдыхая полной грудью вечернюю свежесть. Кожи лица касается холодный ветер, а по спине тут же расползаются мурашки. Она обводит взглядом пространство перед больницей, замечай стоящий неподалёку знакомый чёрный «порше» и ощущает новую стайку мурашек на загривке, но уже далеко не от холода. Ван Хэймин, одетый в длинное драповое пальто, привычно стоял, зажав между пальцев сигарету и облокотившись на капот машины, и неспешно выдыхал в воздух струйку белого дыма. Статный и источающий спокойствие и силу.

Ян Джи знает, что её уже давно заметили и теперь просто наблюдали. «Как лев наблюдает за загнанным в ловушку зайцем» — проносится в голове, и Джия думает, что это было не так уж далеко от правды. Она сглатывает образовавшийся в горле ком и спускается со ступеней главного входа, на непослушных ногах подходя к чужой машине. Ван Хэймин, выпускает в небо очередную струю дыма и наблюдает за каждым её шагом, конечно же замечая, как сильно она нервничает, но упрямо идёт вперёд. Хэймин не знает наверняка, что случилось, раз Джия набрала его номер, но догадывается, и вместе с горечью сигарет на языке определённо чувствует и вкус победы тоже.

— Джия, — улыбается мужчина, и Ян Джи коротко кивает в знак приветствия.

— Привет.

Хэймин скользит по ней въедливым взглядом, усмехается уголками губ и, бросив сигарету на землю, обходит машину и открывает перед ней переднюю пассажирскую дверь. Было ли это фарсом или Ван Хэймин и правда был таким? Джия склонялась ко обоим вариантам. Мужчина определённо обладал хорошими манерами — это видно, но и шанса продемонстрировать себя он не упустит. Джия садится в машину, позволяет Хэймину закрыть за ней дверь и делает глубокий вдох в попытке унять волнение в теле. В салоне пахло древесным парфюмом, крепкими сигаретами и характерным для кожаного салона запахом.

— Сейчас поедем в одно место, поужинаем. Не против? — садится за руль Хэймин, заводя мотор.

— У меня здесь машина на парковке, — поворачивает к нему голову Джия.

— Заберёшь завтра.

Ян Джи не спорит, молча кивает и устраивается на сидении, отворачиваясь к окну. Хэймин не беспокоит её и не задаёт вопросы, не сводя глаз с дороги и говоря лишь короткое: «Приехали», когда они останавливаются у ресторана с горящей над входом вывеской. Джия выходит из машины, следует за Хэймином внутрь, где их провожают к уже забронированному столику в дальней части большого зала, отгороженного ширмой из декоративной зелени, за которой легко можно было спрятаться от посторонних глаз. Улыбчивая официантка кладёт перед ними меню и оставляет одних. В любое другое время Джия, находясь в подобном месте, среди вышколенного персонала и сумасшедших ценников, определённо чувствовала бы себя не в своей тарелке, но сейчас, без интереса листая меню, не ощущает ничего, кроме бесконечной усталости.

— Я часто заезжаю сюда на ужин. Хорошее место, — говорит Хэймин, наблюдая за ней.