Страница 25 из 53
Итак, по непроверенным данным, Илларион Проскурников имел «крышу» среди чиновничьей братии. Ну в принципе не так уж и неправдоподобно, ведь все знают, что криминал и официальная власть идут рука об руку. Еще Илларион Васильевич заимел собственную мини-армию. В нее вошли несколько закоренелых убийц из числа бывшей ОПГ, а также уволенные по разным причинам из рядов Управления внутренних дел полицейские и накачанные крепкие молодцы. Что касается убийц, которые получили сроки, то, естественно, они вышли гораздо раньше. И помог им в этом, опять же, Илларион Проскурников.
Так, а вот еще один эпизод, касающийся Иллариона Проскурникова. Некий предприниматель по фамилии Воротников, который конкурировал с Проскурниковым за рынки сбыта, был застрелен через пару дней после того, как они «забили стрелку». Причина – никто из них не хотел уступать конкуренту, и в результате они не сошлись в цене. Под подозрение в убийстве Воротникова попал начальник службы безопасности Иллариона Проскурникова, однако улики против него были лишь косвенные. Поэтому он из подозреваемого стал свидетелем. А потом дело окончательно развалили..
Я закончила читать присланный файл. В принципе что-то подобное можно было предположить с самого начала. То есть тогда, когда в разговоре с Ростиславом Пантелеймоновым совладелец «Академии» назвал Иллариона Проскурникова опасным человеком. Да, Ростислав еще сказал, что с Проскурниковым был знаком Константин. Но что их связывало? Пантелеймонов не смог ответить на этот вопрос, а Чернохвостикова уже не спросишь.
Я закрыла файл, а затем электронную почту и завершила работу компьютера. Пора спать. Завтра предстоит тяжелый день, ведь необходимо будет сообщить Владимиру Леонидовичу о гибели сына.
Утром я проснулась раньше, чем обычно. Что-то еще, помимо выполнения предстоящей скорбной миссии, не давало мне покоя. Кажется, это было связано с Ростиславом Пантелеймоновым.
Я посмотрела на часы: по правилам приличия делать звонки было еще рано. Ладно, тогда я сейчас займусь необходимыми утренними процедурами. Сначала я пошла в душ и провела все гигиенические процедуры, включающие в себя контрастный душ и растирание. Ну а теперь можно приступить к приготовлению завтрака. Поскольку продукты у меня имеются – благо, я вчера хорошо закупилась в супермаркете, – то можно приготовить сытный и полезный завтрак.
Я разогрела в микроволновке парочку блинчиков, приготовила омлет с помидорами и ветчиной, нарезала огурцы и помидоры для салата. Завершила завтрак я свежесваренной арабикой.
Я вышла на балкон и закурила. Выкурив сигарету, я вернулась в гостиную и посмотрела на часы: теперь можно делать телефонные звонки и наносить визиты. Ну, визит у меня сегодня будет, и скорбный, – к отцу Константина Чернохвостикова. А вот позвонить я наметила Ростиславу Пантелеймонову, ведь вчера мы с ним так толком и не поговорили. Хотя главную весть – о смерти его приятеля и компаньона – я ему сообщила.
Я набрала приемную «Академии». Трубку, как и вчера, взяла секретарша.
— Изабелла, доброе утро, это Татьяна Александровна, скажите, Ростислав Александрович у себя в кабинете? – спросила я.
— Ой, Ростислав Александрович совсем недавно уехал. То есть сначала он приехал, пошел в свой кабинет, пробыл там совсем немного. А потом сказал, что ему нужно ехать на очень важную встречу. Он был очень подавленным, ну это и понятно, ведь Константина Владимировича больше нет.. я не могу себе этого представить..
— Изабелла, а Ростислав Александрович сказал, когда он вернется? Ну, сколько времени займет его встреча? – спросила я.
— Ой, нет, этого он не сказал, – ответила секретарша.
— А с кем он собирается встречаться, сказал? – продолжала я уточнять.
— Нет, и этого тоже не сказал. Подчеркнул только, что эта встреча для него очень важна, – сказала девушка.
— Ладно, до свидания, Изабелла, – попрощалась я и положила трубку.
Ну что же, теперь нужно собираться и ехать к Владимиру Леонидовичу Чернохвостикову. Но сначала необходимо договориться с ним о встрече.
Я набрала телефон отца Константина.
— Владимир Леонидович? – уточнила я, услышав мужской голос.
— Да, это я.
— Это Татьяна Александровна. Владимир Леонидович, нам с вами необходимо встретиться. Вы сейчас у себя в офисе? – спросила я.
— Нет, я дома, Татьяна Александровна, – ответил мужчина.
— Тогда я сейчас приеду к вам, – сказала я.
Владимир Чернохвостиков продиктовал адрес. Я выбрала подходящий для подобного визита строгий темно-синий костюм, уложила волосы и нанесла минимальный макияж.
Вскоре я уже ехала к высотному дому, где проживал Чернохвостиков. Подъездную дверь мне открыли почти сразу же, как только я набрала номер квартиры, видимо, Владимир Леонидович меня уже ждал.
— Проходите, Татьяна Александровна, – сказал Чернохвостиков и проводил меня в просторную и светлую гостиную.
— Владимир Леонидович, к сожалению, у меня для вас плохие новости, – сказала я, сев на кожаный диван.
— Что-то с Костей? – дрогнувшим голосом спросил мужчина.
— Да. Его тело нашли на Кумысной поляне, – кратко сообщила я.
— Ничего не понимаю, ведь он же должен был прилететь с Кубы.. – пробормотал Владимир Леонидович.
— Видите ли, ваш сын не покидал пределов Тарасовской области. Так что Константин Владимирович не был на Кубе. В полиции уже заведено уголовное дело в связи с гибелью вашего сына, мне необходимо еще раз задать вам ряд вопросов. Скажите.. – начала я, но в этот момент в гостиную вошла женщина. На вид она была значительно моложе Владимира Леонидовича.
— Володя, у нас гости? – спросила женщина.
— Аня, это частный детектив, Татьяна Александровна. Помнишь, я тебе говорил, что нанял детектива, чтобы найти Костю? Так вот.. Аня, ты только держись, потому что.. – мужчина судорожно вздохнул: – потому что нашего сына больше нет..
— Что ты такое говоришь, Володя..
Супруга Владимира Леонидовича покачнулась и, скорее всего, упала бы, но Чернохвостиков успел ее подхватить.
— Нужно вызвать скорую, у Ани больное сердце, – сказал мужчина.
— Я сейчас вызову, Владимир Леонидович, – сказала я, вынимая из сумки сотовый и набирая номер.
Скорая помощь приехала довольно быстро. Матери Константина сделали успокоительный укол, Владимир Леонидович увел супругу в другую комнату. Вернулся он в гостиную немного шаркающей походкой.
— Так, я вас слушаю, Татьяна Александровна, – каким-то бесцветным голосом, лишенным интонации, проговорил мужчина.