Страница 16 из 53
Я бросила взгляд на ногу Игоря, она сильно покраснела и начала опухать. Ужас! Я покалечила своего клиента во благо работы. Как далеко я зайду дальше, чтобы узнать какие-то подробности? Представила, как держу нож у горла подозреваемого, добиваясь от него информации, и ужаснулась. Ну нет, я до такого никогда не дойду. По крайней мере, я на это надеюсь.
Не стоило соглашаться на это дело. Не нужно было ехать сюда. И много чего еще «не стоило» и «не нужно». Но отступать было уже некуда. Я должна закончить это дело. Я не могу оставить это убийство и пустить его на самотек. Хотя бы от того, что во мне проснулся азарт и нехилый интерес. Дело и правда оказалось необычное.
Дверь распахнулась, и Алиса вошла в кабинет. Она принесла Игорю новую обувь и чистые носки. Я не успела даже ничего сказать, как она увела Игоря к их личному медику, чтобы обработать ногу.
Как только дверь закрылась, я вернулась за стол. Выпрямила носок и взялась за линейку. Я измерила его несколько раз от пятки до носа. Хорошо, что палец Игоря постоянно давил на ткань, вытягивая носок, пока он его носил. И снова не оно. Даже если я буду его тянуть на максимум, не хватит его размера, чтобы это был тот же самый след.
Я бросила мокрый носок к дивану, сделав вид, что он там так и лежал, и бессильно рухнула в кресло. Этот трюк ничего не дал, я обожгла ногу человеку просто так. Единственное, что я теперь точно знаю, – этот след оставил не Игорь.
Теперь у меня нет ни одного повода ему не доверять. У него не было мотива, кроме того, что когда-то давно они с отцом повздорили. Но родители и дети постоянно ссорятся. Он и правда привязан к семье. Что уж говорить о том, с какой нежностью он говорит о Марине, несмотря на то что она явно попила у него крови. А еще хранит ключи по просьбе отца.
Ключи! Дверь была заперта. А значит, кто-то вошел, вышел и запер дверь своими ключами. У кого, помимо Костровых, были ключи? И снова мои подозрения привели меня к Ивану. У него однозначно должен был быть ключ от офиса. Мало ли зачем он может пригодиться помощнику и советнику.
Но чей тогда это след? Может, Ивана? Но что, если нет? Я пыталась вспомнить прогноз погоды, но всю неделю не было ни одного дождливого дня в Тарасове. Все осадки проходили мимо города, задевая лишь небольшие областные деревни неподалеку. Сомневаюсь, что след оставили там очень давно. Он бы попросту не был таким четким. По нему бы постоянно ходили, и в итоге от него ничего бы не осталось. Да и уборщица, я думаю, работает не так халтурно, чтобы не заметить целый грязный след под ковром. Весь остальной пол выглядел там чистым. Слегка запылившимся, но чистым. Значит, его тщательно мыли. И след не могли пропустить.
Я вытащила из кармана свой телефон и снова вернулась к фотографиям, которые сделала в офисе. Отпечаток от обуви был очень четкий со всех сторон, а значит, на него равномерно давили всей стопой. Это дает мне лишь одно: не может быть такого, что преступнику его ботинки были малы или велики. Иначе след в разных участках отпечатался бы по-разному. А не так равномерно. Ботинок был идеален по размеру. Но что, если этот след оставили просто так? Может, это даже не убийца был? Чего я вообще к этому следу привязалась? Почему я уверена, что он как-то связан с убийством?
Я подумала, что снова подтасовываю факты. Но все и правда складывалось. Иван уехал в командировку. Там шел дождь, он вляпался в грязь и оставил этот след. А чтобы никто не заметил, накрыл его ковром. Но тогда еще страннее.
Почему он запер офис? Почему у уборщицы нет дубликата ключей? Как часто проводят уборки в здании? А может, Иван убил лучшего друга и попросил уборщицу не прибираться под предлогом, что их обоих не будет? Слишком глупо. И бессмысленно.
Давай же, думай. Думай. В офисах обычно уборку проводят либо рано утром, либо в конце рабочего дня. Очень редко убираются в обед. Это не имеет смысла. Как я могла заметить, в офисе нет правила ходить в сменной обуви. Иначе мне бы предложили тапочки. Да и отсутствие ковровых покрытий в коридорах, наоборот, говорит о том, что там предпочитают легкую и быструю уборку. Вместо пылесоса пол просто моют.
Но в кабинете у Кострова ковер лежал. Неудивительно, у него и здесь лежит ковер. Довольно симпатичный, хочу заметить. Вероятно, сам он и его посетители надевали сменную обувь. Но, насколько я могла заметить, он был в обычных туфлях. А в кабинете нигде больше не было другой обуви. А что, если?.. Нет, совсем бред, но я должна проверить.
Тут же я набрала номер подполковника Кирьянова. Гудки шли, казалось, целую вечность. Не люблю, когда меня отвлекают от мыслительного процесса такие мелочи. Мне нужно срочно.
— У тебя что-то срочное? Мы все еще работаем с телом. Мне самому стало очень интересно разобраться в этом деле.
— Киря, можешь достать его ботинки?
— Без проблем. Но тебе зачем? Решила обновить гардероб? – Он по-доброму засмеялся.
— Не время шутить. Дом окружили журналисты. Мне нельзя никуда выходить. Один из подозреваемых куда-то пропал. А ты тут шутки шутишь?! – Я вспыхнула. Ну что на него нашло?!
— Тань, ты перегрелась опять? Говорю же, помогу. Что тебе надо узнать конкретно?
— Во-первых, есть ли грязь на ботинках. А во-вторых, какой у него размер ноги.
— Сейчас узнаю и перезвоню.
Я ждала ответа непозволительно долго. Прошла всего пара минут, но для меня они длились дольше, чем недели. Просто гипнотизировала свой телефон, ожидая звонка. Но Кирьянов все не звонил и не звонил.
— Алло, Тань, я не знаю, что там у тебя в голове творится. Но грязь на ботинках у него есть. Немного, в основном в углублениях. А размер ноги у него сорок четвертый-сорок пятый навскидку. Если судить по ботинкам. Но ноги уже распухли, поэтому тяжело сказать точно.
— Спасибо. Как что-то еще полезное узнаешь, обязательно перезвони мне.
Я положила трубку. Мое предположение не оправдалось. Ну, точнее, всего на половину. Грязный след не его. Но раз на ботинках есть грязь, то он был там же, где был тот, кто оставил отпечаток ботинка. Хотя я не могу такого утверждать. Это глупости. Вот сейчас я точно подтасовываю факты. Я даже не видела грязь на его ботинках, чтобы о чем-то таком говорить. Но то, что след не его, – это точно.