Страница 15 из 77
— Видела я, как он старается. Ты еще скажи, что он каждое утро зарядку делает и зубы чистит.. Ладно, Витя, уговорил, не стану я ему глаза выцарапывать, хотя пара затрещин этому сопляку только на пользу пошла бы. Сбил ты меня с мысли со своим Венькой, о чем мы говорили?
— О фирме «Орбита».
— Ага, вспомнила. Так что, есть подозрение, что заказал Кондратова кто-то из фирмы?
— Подозрения есть, но, как бы сказать, эфемерные. Что-то там такое.. – Самойлов неуверенно помахал рукой в воздухе.
— Флюиды? – подсказала я.
— Вот-вот, – обрадовался Витя, – все чисто, а флюиды, гады, в воздухе так и носятся! Вот, я тебе подобрал материалы, посмотри, что сделано. Ты ведь к ним тоже собралась? Когда поедешь?
Я оценивающе посмотрела на лежащую передо мной папку.
— Часа полтора-два эти бумаги займут. А потом можно и в фирму наведаться.
— Ну давай, знакомься с делом, а мне надо закончить отчет о грабеже на Центральном рынке. Нынче ночью молодчиков как раз и повязали. Когда прочтешь, обсудим все еще разок, авось нащупаем, на чем эту самую «Орбиту» можно зацепить.
Витя занялся своим отчетом, а я склонилась над папкой. Материалов в ней было негусто. В основном – бумаги по убийству Кондратова: протоколы осмотра места происшествия, опросов свидетелей, заключения технической и судмедэкспертизы и прочее.
Судя по немногочисленным документам, касающимся собственно состояния дел в фирме, «Орбита» ничего особенного собой не представляла. Мелкая строительная контора – небольшая группа проектировщиков, сметный отдел и строители-сезонники. Не сказать, что очень впечатляющие заказы выполняла – на строительство кооперативных погребов да гаражей. Мелькала, правда, еще строка со словом «госзаказ». Да, фирмочка не производила впечатления золотого дна, а ведь Шурик утверждал, что покойный Кондратов «большими деньгами ворочал». Собственно, это и без Шурика ясно, человек без серьезных доходов два раза в неделю казино посещать не станет.
В комнату вошел Ярославцев. Увидел меня, дернулся от неожиданности, но моментально взял себя в руки, поздоровался холодно, хотя и безупречно вежливо. Я, не желая огорчать Витю, ответила ему со всей возможной в этой ситуации любезностью. Ярославцев же, вместо того чтобы сесть за свой стол и заняться делами или просто уйти, вытянулся передо мной в струнку.
— Татьяна Александровна, позвольте принести вам свои извинения по поводу моего поведения при нашей первой встрече и позднее. Проявленное мной неуважение ничем не может быть оправдано. Я постараюсь никогда больше не допускать подобного.
Он сказал все это таким тоном и с таким выражением лица, что было абсолютно ясно – выполняет приказ старшего, сам бы он скорее застрелился, чем попросил у меня помощи или прощения. Интересно, кто именно заставил его извиняться, Витя или Андрей?
Я глянула на Витю, но тот усердно занимался своим отчетом, делая вид, что ничего не видит и не слышит.
— Извинения приняты, – я холодно кивнула и уткнулась в бумаги.
Витя за него поручился. Что ж, поверим Самойлову. Не должна я изображать, что парнишка мне нравится больше, чем есть на самом деле. Сам Ярославцев себя этим не утруждал и сильно по данному поводу не переживал. Он сердито отодвинул стул и сел за свой стол. Не знаю, что он там делал, меня это совершенно не интересовало. Но вскоре услышала, как он закрыл все ящики стола на ключ и вышел из комнаты.
— Он что, боится, что я личность сомнительная и могу украсть у него особо секретные документы? – поинтересовалась я у Вити.
Витя рассмеялся:
— Не вяжись, человек по инструкции действует. Нехорошо, Иванова. Надо бы, наоборот, похвалить младшего товарища за добросовестное отношение к обязанностям, а ты к нему придираешься.
— Это ты его извиняться заставил?
— Да что ты, это он совершенно самостоятельно, инициативу проявил.
— Врешь ты все, Витька, он по собственной инициативе меня только обматерить может.
— Ей-богу, хочешь – перекрещусь.
— Не надо, – отказалась я. – Крестился уже вчера передо мной один такой, аж в глазах рябило, так что хватит. Ты мне лучше про «Орбиту» расскажи. Не столь уж богатая фирма, и не большие деньги в ней крутятся, на погребах и гаражах миллионы не наваривают. И зачем было Кондратова взрывать? Я все по финансам просмотрела и не заметила, чтобы они крупными суммами ворочали.
— То-то и оно, что не заметила, – он поставил стул рядом с моим и, покряхтывая, опустился на него. – Не выспался я сегодня. А ты, Татьяна, стареешь, что ли? Соображалка у тебя пробуксовывает. Погреба и гаражи здесь, ясное дело, ни при чем. Свой бешеный доход деятели в «Орбите» имеют не с них, а со строек по госзаказу.
— Да ладно тебе. Не такая уж сытная это сейчас кормушка. Даже если половину стройматериалов разворовывать.
— А если все? И при этом не строить, а деньги за работу получать? – Самойлов говорил лениво, вроде даже слегка дремал, развалившись на стуле.
— Как это? Ты о чем?
— А ты посмотри повнимательнее, где у них эти стройки, – посоветовал Витя, – в каком конкретно районе нашей необъятной Родины?
Я посмотрела. Действительно, Витя прав, невнимательная я стала и соображалка пробуксовывает. Должна была сама обратить внимание, а не ждать, пока носом ткнут.
— Значит, Чечня. Понятно. Строится, допустим, школа, – стала я прокручивать возможности фирмы в этом направлении. – Официально закупаются стройматериалы, оплачивается их отправка в Чечню, начисляется зарплата строителям, ну и всякие прочие расходы. Когда школа вроде как построена, в нее попадает шальная бомба или ее взрывают боевики, это уже дело техники. Государственной комиссии предъявляются развалины, и.. строительство можно начинать сначала. Все стройматериалы распродаются, скорее всего, еще по дороге. В чистом виде остается начисленная зарплата, строителями-то наверняка «мертвые души» оформлены? Неплохо.
— Одна поправка, – Витя по-прежнему сидел, прикрыв глаза. – Нет никакой необходимости возиться со всеми этими кирпичами, цементом, стеклом и прочими материальными ценностями. Покупать, отправлять, продавать. Ведь за разумный процент можно оформить документы на покупку, погрузку и перевозку и сразу получить «живые» деньги.
— Да-а. Лихо, ничего не скажешь. А доказательства есть?