Страница 59 из 66
Но я прекрасно видела, что мои слова уже посеяли смуту в двух преступных умах — трусливом и примитивном, поэтому затыкаться не собиралась:
— ..На самом деле у Артиста есть другой покупатель на мальчика, но делиться с вами он не собирается!
Смута в стане врага достигла точки кипения, но было поздно. «Стечкин», сжимаемый теперь уже двумя руками, быстро переместился в направлении «сладкой парочки»:
— Назад, придурки! Стволы на пол, к моим ногам, живо!
Первым швырнул свой «ТТ», конечно, Чайханщик, затем — нехотя — примеру старшего товарища последовал Акула. Рискнуть?.. Нет, он слишком далеко от меня, не успею. К тому же против меня они уж точно выступят единым фронтом..
— Отлично, ребятки, я знал, что вы не разочаруете шефа!
Отблагодарив свои кадры волчьей улыбкой, Артист носком лощеного башмака пододвинул к себе пистолеты и наступил на оба сразу. После этого черное дуло плавно повернулось градусов на шестьдесят и опять нацелилось в меня.
Номер не прошел. Что ж, значит, придется потерять последнее, что осталось. Гриня, я иду к тебе!
— А теперь, милая леди, сначала я убью тебя. К сожалению, вынужден воспользоваться непривычным для себя способом, так что извини, если будешь долго мучиться..
— Нет, Виталий, больше ты никого не убьешь. Повернись ко мне!
Я обмерла. На пороге дежурки стоял Бутковский-старший с маленьким спортивным пистолетом в руке. На фоне распахнутой входной двери и отдаленного прожектора, освещающего майдан, его высокая фигура была прекрасной мишенью..
В конце концов, долг частного детектива — защищать интересы клиента до последнего вздоха, а я свой последний еще не испустила. В тот момент, когда сцепленные на рукоятке «стечкина» руки Артиста метнулись к двери, сама я метнулась к нему и врезала ногой по его рукам одновременно с нажатием курка. Оглушительная очередь полоснула по бетонным перекрытиям потолка, тусклая лампочка, освещавшая комнату, погасла, и в кромешной тьме, наполнившейся воплями, срикошетившие пули засвистели по всей дежурке.. Рухнув на ногу Артиста, придавившую к полу пистолеты Акулы и Чайханщика, я была в полной уверенности, что список жертв Галантерейщика пополнился по крайней мере еще одним человеком.
Описанный конец света уложился в кратчайший миг. И в этот же самый миг произошло еще кое-что, а именно: в окошко без решеток, выходящее на склон холма, с ужасающим грохотом, звоном разбитого стекла и с боевым кличем влетело нечто подобное тайфуну или лавине, но, по-видимому, все же одушевленное. Всецело поглощенная схваткой отца и сына Бутковских, пытающихся завладеть «стечкиным», я успела заметить, что на пути нового бойца встал Акула, и между ними тоже завязалась кровавая битва. Ну, по крайней мере, новенький — наш человек, и то ладно!
Решив, что это подоспели органы защиты правопорядка, я промямлила что-то вроде «ну наконец-то, Гарик!» и попыталась встать на ноги, чтобы помочь Олегу Николаевичу, которого считала более уязвимым. Но не тут-то было! Падая, я подвернула левую ногу и теперь, чуть приподнявшись, вскрикнула от боли.
Трудно представить себе более глупое положение: ты сидишь в полной темноте на двух пистолетах и не можешь двинуться с места, а вокруг тебя две пары людей, дерущихся не на жизнь, а на смерть, и ты не в состоянии помочь своим!
Акула и его противник лупили друг друга молча и страшно; было слышно только, как сопровождаемые глухими стонами удары врубаются в тела. Так, здесь мне делать нечего. Только сейчас я сообразила, что почему-то не видно и не слышно моего друга Чайханщика. Честно сказать, меня это не опечалило: составить ему пару мне в данный момент не хотелось бы.
Ползком я приблизилась к двойке Бутковский-Бутковский, не забыв прихватить с собой оружие. Отец и сын катались по полу уже за пределами дежурки. Присмотревшись в темноте, я выждала момент, когда рука Артиста, все еще удерживающая пистолет, но уже за ствол, оказалась поблизости от меня, — и что есть мочи рубанула по его запястью ребром ладони. (Левая рука Виталия Бутковского, как я успела заметить, в это время пыталась сдавить горло родителя.) Так в моем распоряжении оказался еще и третий трофей — автоматический пистолет Стечкина.
Галантерейщик взвыл от боли и обиды и ослабил свой смертельный захват. Надежнее было бы, разумеется, стукнуть его по голове рукояткой одного из пистолетов, которые у меня имелись в широком ассортименте, но его голова находилась в проходе между стеллажами, и я не могла дотянуться до нее.
Видимо, осознав, что аплодисментов ему уже не сорвать и пора сматываться со сцены, Артист неожиданным отчаянным усилием выскользнул из отцовских объятий и, сделав изумительный кувырок через голову, оказался на ногах и исчез за дверью. Я даже присвистнула от удивления.
— Гимнаст, — выдохнул Бутковский-старший, — бывший.. Таня, это..
— Я знаю, Олег Николаевич. Теперь это уже не важно. Он уходит..
С трудом переводя дух после трудной борьбы, мы лежали перед дверью и смотрели вслед Артисту, который быстро, как заяц, бежал по майдану к автостоянке, то исчезая в тени, то выскакивая на освещенные участки.
— Гарик, он уходит!!!
Ответа не последовало. Гарик был еще занят. Ну, в конце концов, с Акулой у него свои счеты.
На стоянке я увидела всего два автомобиля — темный и светлый. Олег Николаевич проследил за моим взглядом:
— Наверное, черная «Вольво» — его машина! Там только она и стояла. Белая — моя «Волга».
Вот наглец, он даже машину открыто поставил на стоянку! Как бы в подтверждение, до нас долетел далекий шум заводимого двигателя, и черная элегантная машина, рванув с места, описала полукруг и скрылась из виду.
Уходит..
— Олег Николаевич, давайте телефон! Я звоню Батыру..
Мне было наплевать, что Гарик может меня услышать. Оставался последний шанс.
Не говоря ни слова, мой клиент пошарил в кармане куртки, протянул мне чудом уцелевший в потасовке аппарат и.. затрясся, уронив голову на руки. Он плакал..
Я набрала многоканальный контактный номер резиденции хозяина здешних мест. Ответили мне мгновенно.
— Привет от Казака! Встречайте черную «Вольво», едет от майдана к трассе..
Этот пароль придумал сам Батыр-хан в назидание своим оскандалившимся вчера «национальным гвардейцам». Но как же мне больно было произносить его сейчас!
Голос с татарским акцентом сказал, что информация принята, и тут же отключился.