Страница 42 из 56
— Володь, их никак нельзя упустить. Ведь сейчас они, что называется, застигнуты на месте преступления, практически взяты с поличным, понимаешь? – возбужденно проговорила я и бросилась к выходу.
Неожиданно я услышала звук отъезжающей машины. Что это? Неужели преступникам удалось скрыться? Нет, такого просто не может быть! Кирьянов не должен, не может их упустить! Я выбежала на улицу и увидела, как «Мицубиси» начал выруливать на проезжую часть. Да что же это такое? Я бросилась к своей машине и, молниеносно заведя мотор, перегородила путь машине преступников.
Водитель рывком открыл дверцу и выскочил из машины, намереваясь разделаться с тем, кто встал на его пути, в данном случае со мной. В это время я увидела Владимира. Он мчался к «Мицубиси», размахивая пистолетом. Поняв, что его засекли, водитель бросился обратно. Он заскочил в свою машину и направил ее на Кирьянова. Владимиру удалось отскочить к зданию, и «Мицубиси» пронесся мимо. Однако преступники имели неплохие шансы скрыться. Но тут я увидела, как Кирьянов прицелился и выстрелил. Он сразу попал по колесу, но для верности сделал еще один выстрел. «Мицубиси» остановился, а боевики тут же ринулись из машины наружу и спрятались за ее багажник.
И тут наконец-то завыла сирена, и из-за угла показалась полицейская машина. Сразу же прозвучала команда:
— Ни с места! Немедленно бросить оружие! В случае сопротивления будет открыт огонь на поражение!
Открылись дверцы, и из машины выскочили бойцы с автоматами. Они навели оружие на преступников. Парни ошалели. Они-то думали, что все сделают быстро и без шума, а тут – нежданчик. Они было бросились бежать, но тут же раздался выстрел в воздух, и, поняв, что они проиграли, боевики побросали оружие и подняли руки. Молодцы, ребята, не стали глупо стрелять на поражение и накручивать себе сроки.
В это время к группе захвата подошел Кирьянов и распорядился:
— Забирайте их!
Боевиков увели. Владимир подошел к «Мицубиси» и открыл крышку багажника.
— Ничего себе! – присвистнул он, – Тань, иди сюда, – позвал он меня.
Я подошла к нему. Кирьянов уже открыл ящик с ручками, который находился в одном из помещений цирка и который вынесли преступники. Ящик практически был полностью заполнен пакетами с порошком белого цвета.
— Все понятно. Ну, теперь этим будет заниматься отдел по борьбе с наркотиками, – резюмировал Владимир. – Это и есть компромат.
— Да, это компромат, да еще какой, – согласилась я с Кирьяновым. – Но, послушай, Володь, ведь в цирк еще должен был сунуться Никита – руководитель группы боевиков Пересыльникова. Он непременно появится в цирке. Ему Пересыльников поручил перерыть весь кабинет Бередунковского на предмет обнаружения записей всех их дел. Понятно, что в кабинете ничего похожего нет. И поэтому он ничего не найдет. Но накрыть его, когда он там появится, – это лучший способ захватить его.
— А ты уверена, что он объявится в цирке? – с сомнением спросил Кирьянов.
— Больше чем уверена, – твердо ответила я. – Он не рискнет ослушаться своего хозяина, то есть Пересыльникова, иначе ему конец. Я же своими ушами слышала, как Пересыльников угрожал ему в ресторане.
— Дуй тогда поближе к главному входу, – попросил меня Кирьянов. – Я звякну ребятам, пусть подстрахуют у служебного, а сам к тебе.
Я согласилась с разумным предложением и подобралась к углу здания. Практически сразу увидела, как к главному входу цирка подъезжает белая «Тойота». Из машины вышел Никита. Да, это был он, я же видела его, когда проследила за ним и он привел меня в штаб своей боевой группы, расположенный в промышленной зоне. Никита очень уверенно двинулся к главному входу. Глядя на него, любой мог бы подумать, что он является сотрудником цирка, причем не каким-то обслуживающим персоналом, а, судя по хорошо сшитому и дорогому костюму, кем-то из руководящего состава.
Однако Никита все-таки допустил одну ошибку. Прежде чем взяться за ручку двери, он внимательно посмотрел по сторонам и только после этого открыл дверь и прошел внутрь. Даже если бы я и не знала в лицо Никиту, то обязательно бы насторожилась, обнаружив минутную заминку перед дверью. Но теперь окончательно все встало на свои места. Руководитель группы боевиков, подчиненный Пересыльникова, выдал себя. Я обратила внимание не только на то, как замешкался Никита перед тем, как открыть дверь. Он совершил еще один ляп. Двери главного входа в цирк были двойные. И с каждой стороны они имели свою ручку. Первоначально Никита взялся не за ту ручку, которая открывает нужную половину двери, а за соседнюю. Он подергал ею и только потом переключился на основную.
— Так, Володь, тот молодой человек, который только что вошел в главную дверь цирка, и есть Никита – предводитель боевиков Пересыльникова, – сообщила я Кирьянову, который успел подойти. – Сейчас он попробует забраться в кабинет Бередунковского, и надо будет постараться захватить его за этим занятием. Все, я пошла.
— Подожди, Тань, – остановил меня Владимир. – Пойдем вместе.
— Нет, Володь, – твердо сказала я, – вдвоем нам идти не следует. Он может насторожиться и не полезет в кабинет. Мы его только спугнем, если сунемся в цирк вдвоем. Нас может окликнуть дежурная, Виолетта Михайловна. Меня-то она знает, потому что я не один раз побывала в цирке, опрашивая и Бередунковского, и артистов цирка. Короче, если мы пойдем вдвоем, определенно некоторое время уйдет на расспросы.
— Ну, ладно, ты меня убедила, – согласился со мной Владимир. – Но только ты сразу звони, – предупредил он.
— Обязательно, Володь, – заверила я.
Я открыла дверь и прошла внутрь цирка. Еще на подходе к месту, где находился пост дежурной, я увидела, как знакомая накаченная фигура Никиты скрылась на повороте, который вел к кабинету заместителя директора цирка.
— Татьяна Александровна, добрый день, – окликнул меня женский голос.
Я обернулась и увидела Виолетту Михайловну. Она вышла откуда-то сбоку.
— Добрый день, Виолетта Михайловна, – поздоровалась я с женщиной.
Я решила немного задержаться для того, чтобы дать время Никите как следует обосноваться в кабинете Бередунковского. И порадовалась, что ребятушек его омоновцы взяли быстро и довольно-таки бесшумно. Парень, очевидно, не увидел этой сцены. Итак, если я нагряну в кабинет прямо сейчас, то могу и спугнуть руководителя боевой группы. Пусть уж приступит к поиску несуществующих «опасных» документов.