Страница 20 из 56
Вторая глава
Всю ночь я проспала как убитая, а проснулась на следующее утро, когда на часах не было еще и восьми. Я откинула легкое летнее одеяло и встала с постели. Подойдя к окну, я раздвинула шторы, и спальню заполнил яркий солнечный свет.
Я отправилась в ванную и приняла контрастный душ, а затем насухо растерлась жестким полотенцем. Остатки сна улетучились окончательно, а я почувствовала прямо-таки волчий аппетит. Вспомнив о данном самой себе слове питаться регулярно и правильно, я отправилась на кухню. Рука сама потянулась к пакетику овсяной каши с кусочками земляники моментального приготовления. На всякий пожарный случай у меня имелись такие пакетики и лапши, и геркулеса. Нужно всего лишь высыпать содержимое пакета в тарелку и залить кипятком.. «Нет, Таня, так дело не пойдет, – сказала я самой себе. – Хочешь геркулесовую кашу? Пожалуйста! Только потрудись сварить ее целиком и полностью. Нечего идти по пути наименьшего сопротивления и питаться быстрорастворимой едой».
Я поставила на огонь кастрюлю, налила в нее молоко, дождавшись, пока оно закипело, положила три ложки геркулесовых хлопьев. Пока каша варилась, я приготовила тосты с малиновым джемом. Подумав, я решила пожарить яичницу, добавив в нее ветчину. Вот теперь получился практически английский завтрак: сытный, вкусный и калорийный. Завершила я его, конечно же, чашечкой кофе, который выпила, как всегда, не торопясь, а с чувством, толком и расстановкой.
Покончив с завтраком, я вышла на балкон выкурить сигарету, а заодно и наметить план действий на сегодня. Прежде всего необходимо будет осмотреть квартиру Владислава Расстрельникова. Но ключа у меня нет, поэтому придется снова ехать к Кирьянову.
Я сняла трубку и набрала Владимира.
— Володь, привет, это я, Татьяна, – сказала я.
— Привет, Тань, – отозвался Кирьянов.
— Скажи мне, пожалуйста, что интересного твои обнаружили в телефоне Расстрельникова?
— А ничего, Тань. Звонков с незнакомых номеров не поступало, в списке контактов – цирковые и Элина Елизарьева, ну, еще жена бывшая. Ничего такого, что могло бы насторожить.
— Володь, слушай, мне необходимо осмотреть квартиру Владислава Расстрельникова, – сказала я. – У кого находятся ключи?
— Ты хочешь сейчас отправиться на квартиру? – спросил Владимир.
— Ну а чего тянуть? Конечно, сейчас, – подтвердила я свое намерение.
— Ладно. Меня сейчас вызывают на совещание, поэтому я распоряжусь, чтобы тебя сопроводил наш стажер, Валериан Четвертиков, – сказал Владимир.
— Спасибо, Володь. Так я сейчас подъеду? – спросила я.
— Да, подъезжай.
Я отключила связь и начала собираться. Надев футболку и джинсы, я причесалась, собрала волосы сзади в «хвост» и нанесла легкий дневной макияж. Взяв с тумбочки в прихожей свою сумку, я спустилась во двор и подошла к своей машине.
Вскоре я уже входила в кабинет Кирьянова. В нем находился высокий и немного нескладный молодой светловолосый парень.
— Здравствуйте, – сказал он, увидев меня. – Вы Татьяна Александровна?
— Да, это я. А вы, очевидно, Валериан? – в свою очередь спросила я.
— Точно так, Валериан Четвертиков, стажер. Владимир Сергеевич отдал распоряжение сопроводить вас для осмотра квартиры Владислава Расстрельникова.
— Хорошо, давайте, Валериан, прямо сейчас и поедем, – предложила я.
— Я только ключи возьму, – сообщил стажер и вышел из кабинета.
Он быстро вернулся, и мы поехали.
Владислав Расстрельников проживал в однокомнатной квартире на седьмом этаже. Странно, но Кирьянов во время нашей с ним вчерашней беседы сказал, что в квартире во время осмотра был порядок. Сейчас у меня сложилось впечатление, что в квартире кто-то побывал и что-то искал. Книги на полках стеллажа были небрежно сдвинуты в сторону, часть из них почему-то оказалась в беспорядке разбросана на письменном столе, стоявшем у окна. С дивана были сброшены диванные подушки, а ящики комода оказались полураскрыты. Одна из трех картин-репродукций криво висела на стене. Вряд ли ее так повесил сам хозяин.
На кухне тоже были заметны следы чужого присутствия: емкости с крупами были выложены на стол, одна из табуреток кухонного гарнитура находилась в перевернутом состоянии в углу кухни.
— Валериан, – обратилась я к стажеру, – скажите, а вы присутствовали при осмотре квартиры Расстрельникова в первый день?
— Да, я был вместе с группой экспертов, тогда в квартире не было такого.. беспорядка, – ответил Четвертиков.
— Что же произошло? Кто-то мог проникнуть сюда? – спросила я.
— Да не должно быть такого, Татьяна Александровна. Я и сам не понимаю, кому понадобилось все это, – недоуменно проговорил Четвертиков.
— Ладно, я сейчас все здесь осмотрю. Да, неплохо бы найти понятых на всякий случай, – заметила я.
— Я приглашу соседей, – с готовностью отозвался Валериан.
«Надо будет попросить Кирьянова проследить за квартирой Владислава, – подумала я, – вдруг неизвестный решит еще раз наведаться сюда».
Четвертиков вышел из квартиры Расстрельникова, а я принялась методично осматривать полки стеллажей, книги, ящики письменного стола и комода с бельем. На дне одного из ящиков письменного стола я нашла свидетельство о разводе.
— Скажите, а бывшая супруга Владислава Владимировича тоже жила здесь? – спросила я у понятой – молодой женщины, соседки Расстрельникова, которую пригласил Валериан.
— Да, но вместе они здесь жили недолго, насколько мне известно, – ответила женщина. – А потом вот развелись, и Елизавета уехала.
— А куда она уехала, вы не в курсе? – спросила я.
— Кажется, в Маркс, – ответила женщина. – Они ведь родом оба оттуда. Я имею в виду, и Лиза, и Владислав. Вместе учились в колледже искусств, потом Влад продолжил учебу в Москве. Это Лиза мне рассказывала.
— Может быть, вам известна причина, почему они разошлись? – спросила я.
— Нет, этого я не знаю, как-то неудобно задавать такие личные, можно сказать, интимные вопросы. – Женщина заметно смутилась. – А сама Лиза никогда не затевала разговора на эту тему.
— А как они жили до развода? – задала я следующий вопрос.
— Да нормально. Во всяком случае, не ссорились так уж явно, чтобы их ссоры могли стать известны соседям, – ответила женщина.
— А точный адрес Елизаветы вам известен? – спросила я.
— Нет, – ответила женщина.