Страница 271 из 275
В университетском Интернет-кафе (на поверку — обычный Макдональдс, только что с сетевыми терминалами) народу в этот утренний час было немного. Это нас вполне устраивало: хоть ни видеоконференциями, ни преобразованием изображения их участников к самому экстравагантному виду, этим давним потомком идеи псевдонимов, никого уже не удивишь, особенно после вчерашнего, но все-таки
Гарун аль-Рашид был немало удивлен:
— Ну вы даете! Прямо вот так, в открытую- А как же принцип невмешательства?
— Есть шанс, что приказал долго жить. Чтобы долго не рассказывать, почитайте, что тут творится!
Я послал султану подборку новостей, посвященную питтсбургским событиям последних дней, которую составил, пошарив по бесплатным страничкам ведущих информационных агентств, перед тем как связаться с Карфагеном.
— Так- Ого! Ну, дела- Эдак придется собирать Всемирный совет, расхлебывать всю эту кашу.
— Ну, это уже вне нашей компетенции. Но вот еще что, — я пересказал султану свой неожиданный разговор с джинном, — Как Вы думаете, на что он теперь способен?
— Так- Для начала — на двухдневную паузу. В этом любому джинну можно верить, как себе самому. А потом — на что угодно. И кстати, в любой точке земного шара.
— Милое дело! И где же нам его перехватывать?
— Нигде. Вы же не можете быть сразу повсюду. Вот выкинет очередную штуку, тогда и будете думать, что делать. Да, кстати, а как Вы оттуда вышли на мой сетевой адрес?
— Это как раз просто: ввел с клавиатуры — и готово дело. Да и потом, переводил же император Кассий оттуда сюда деньги.
— Так ведь это отсюда, сам будучи здесь
— Никакой разницы нет. Сеть слишком велика, чтобы на такие соединения кто-либо обратил внимание. На поисковых машинах ссылок на сказочный мир нет, а без них кто не знает — не доберется, Вы же знаете.
— Да, действительно. Так- Ну, вот что. Придется вам посидеть в Питтсбурге, а уж когда он объявится — не мешкайте.
— Быть посему, Ваше величество.
Эти два дня и в самом деле прошли более чем спокойно. На новостных каналах место репортеров заняли комментаторы, которые вместе с научными обозревателями принялись вполне успешно забалтывать недавние события, плавно подводя общественность к мысли, что все, что было в Питтсбурге — происки неизвестных информационных террористов, подпольным образом подключившихся к телестудии ледовой арены, благо при современном уровне развития вычислительной техники не составляет труда сфальсифицировать любую видеосъемку, да так, что ни один эксперт не отличит от сделанной по-честному, а что до предшествовавших событий вероятно, эти же невыявленные террористы устроили сеанс массового гипноза, может быть распылив предварительно в воздухе какуюнибудь химию, вызывающую галлюцинации.
Слушал я весь этот бред и поневоле вспоминал роман "Мастер и Маргарита" Булгакова, где именно в таких ввыражениях описывалось официальное объяснение соответствующих органов, данное всему тому, что натворил дьявол в Москве. Все-таки официальные органы есть официальные органы, независимо от времени и пространства. Всегда-то все у них "под контролем", даже если на самом деле совсем наоборот, ибо на такой случай всегда приготовлено объяснение, основанное на предположении о чьих-то происках
Как бы то ни было, в среду линии связи мировых агентств опять раскалились, сообщая о странном землетрясении в Италии. Первая странность его была в том, что единственным местом, где оно проявилось, был расположенный в относительно сейсмически благополучном районе город Пиза, главной достопримечательностью которого, как известно любому мало-мальски эрудированному человеку, была знаменитая падающая башня. И вторая странность вместо того, чтобы окончательно разрушить это примечательное сооружение, как того можно было ожидать, подземный толчок ее выпрямил, оборвав попутно все провода, связывавшие город с внешним миром. Вот только спутниковую связь этот каприз стихии нарушить не смог, поэтому глаза ведущего новостей ABC, вновь имевшие форму и размер телевизора, сменились прямой трансляцией из Пизы.
Башня действительно стояла прямо. На ее фоне репортер ABC нес какую-то околесицу насчет того, что наконец-то благодаря капризам природы мы видим эту башню такой, какой замышлял ее архитектор. Какая глупость! Ведь как известно, эту башню отстроили примерно на треть и остановились, потому что она начала заваливаться. Впрочем, в горячке можно позабыть и не такие факты, относятся они к делу или нет. К тому же все равно парень сам себя прервал на полуслове, ибо опять что-то произошло:
— Погодите, что-то появилось на верхушке башни- Джон, снимай же!
Оператор по имени Джон уже и так направил объектив на верхушку, дав максимальное увеличение. Там чернела фигурка человека небольшого роста, в темно-сером развевающемся на ветру пальто, лысого, с короткими усами и бородкой. В одной руке человечек держал свернутую в трубку кепку, а другую простер вперед, как- Вот именно. Помните проект Дворца Советов, ради которого в Москве взорвали храм Христа Спасителя? Во-во. Итак, человечек простер руку вперед и заговорил по-русски, совершенно пародийно картавя:
— Товагищи! Выпгямление падающей башни в Пизе, о необходимости котогого так долго говогили большевики, свегшилось! Уга, товагищи! А тепегь, пголетая над Пизой, посылаю вас всехпосылаю вам всем пламенный пгивет! Кар-р! — он раскинул руки, прыгнул в воздух, обернулся вороной и скрылся из виду. Лица телевизионщиков после этого я не буду описывать, ибо русский язык при всем своем величии недостаточно для этого могуч.
Чеховские три сестры, помнится, все время причитали: "В Москву! В Москву!" Нам теперь впору было точно так же причитать: "В Пизу! В Пизу!" Еще бы в этих причитаниях был хоть малейший смысл- Мы стояли у информационного табло питтсбургского аэропорта, глядя на мелькающие строчки о взлетающих один за другим разноцветных лайнерах. Легальный путь на них — через стойку регистрации — был нам заказан. Как сказал бы почтальон Печкин: "Потому, что у вас документов нету." Хорошо джиннам, эти настоящие воздушные асы способны на полет в любую точку земного шара, затратив на него от силы часа четыре, а с карфагенской катапульты — и того быстрее. Нам же придется таиться, проникать на борт зайцем, в виде дыма. К тому же прямого сообщения с Италией из Питтсбурга не было. Таким образом, налицо все прелести: мало того, что полдня болтаться в газообразном состоянии, так еще и пересадку делать! Я чесал в затылке, не решаясь настаивать на таком малоприятном маршруте.
— Какие проблемы, шеф? — раздаля у меня над ухом знакомый скрипучий голос.
— Банни! Ну что Вы тут делаете, при всем честном народе? Ведь невесть что подумают!
— Подумают: переоделся человек кроликом, его дело. Не беспокойтесь Вы, им тут уже не до удивлений. Куда-то хотите отправиться?
— Хотеть-то хотим, только в самолет не пускают. А зайцем неудобно
— Может, кроликом удобнее будет?
— Нет, герр кролик, — ответил Глюк, — ни кроликом, ни зайцем, ни морской сфинкой.
— А оно вам вообще надо, шеф?
— Джинн в Европе, занчит мы за ним, — грустно констатировал Сквозняк.
— Да нет, я имею в виду, зачем непременно самолетом? Ну их в баню!
— Вы мошете претлошить что-то еще?
— Могу. Хотите пешком?
— Ответить вежливо или честно?
— А на летающей тарелке? Доконаем их тут всех!
— А тарелку где взять?
— Где, где! В Голливуде! Хотите я поговорю с ребятами?
— Что, прямо сейчас?
— Хотя бы.
Не дожидаясь ответа, кролик юкнул в какую-то щель.
— Ерунда какая-то, — подытожил Ежи, — Ладно, когда тут у них ближайший рейс? — он повернулся к табло.
— Вон, через сорок минут, на Нью-Йорк, — предложил я, — Из НьюЙорка летают по всему миру, там не придется ждать больше десяти минут.
— Хорошо, ждем рейса на Нью-Йорк.
Мы не дождались рейса на Нью-Йорк. Через четверть часа под сводами зала ожидания раздалось объявление:
— Международную оперативную группу, следующую специальным рейсом Питтсбург — Пиза, просим пройти на посадку к четвертому посадочному коридору Повторяю