Под защитой вратаря

— Да. — Я застегиваю рубашку, и на меня снова накатывает злость. — Он наговорил о ней всякой дряни. Лжи, грязи о ее репутации и морали. И поставил ультиматум: она или Королевство.

— Все просто, — говорит Риз. — Выбираешь ее.

— Я выбираю ее, — отвечаю я. — Каждый чертов раз. Но поскольку я имею дело с Ноланом Рейкстроу, тут есть подвох.

— Чего еще он хочет?

— Если я выберу Надю и уйду из Королевства, то уйду навсегда. От всей семьи.

— Шелби...

— Ага. — Я набрасываю галстук на шею. — Он все предусмотрел. Знал, что я не уверен насчет работы на него, поэтому подготовил запасной план. — Я рассказываю ему о Дэвиде и о том, как мою 19-летнюю сестру засватали этому типу. — Она будет рожать детей и поддерживать его до конца своих дней. Я не могу этого допустить.

Я хватаю пиджак, сумку и захлопываю дверцу шкафчика.

— Акс, — Риз тщательно подбирает слова, — ты не можешь спасти всех.

— Что? Что это значит?

— Защищать других — это твоя натура. Сетка, твоя команда, твоя девушка. Я знаю, ты любишь сестру, но у нее своя жизнь. — Он хмурится. — Она вообще хочет твоей помощи?

— Она не знает, чего хочет, — возражаю я. — Она думает, что хочет того же, чего хочет отец.

— Чувак, ты себя слышишь? Чем это отличается от того, как твой отец решает за нее?

— Это другое, — упрямо говорю я. — Я просто хочу, чтобы у нее был выбор.

— Знаю, тебе сложно это принять, но технически она взрослый человек. Это ее решения. И пусть ты с ними не согласен, но Надя... она здесь. И, по какой-то безумной причине, она хочет быть с татуированным, исправившимся экс-бабником с пирсингом. И, блядь, у тебя есть выбор. Отличный выбор. И, возможно, он даст тебе шанс помочь Шелби потом, если она захочет.

НХЛ.

— Я сказал тренеру, что не хочу участвовать в драфте.

— После сезона без единого поражения и такой игры, как сегодня, уверяю тебя, еще не поздно.

Правда в том, что я всю жизнь бежал в сторону клетки, и все, что за ее пределами, никогда не казалось мне реальным. Может, я был в такой же ловушке, как и Шелби. А может, просто боялся.

Но, так или иначе, пришло время решить, какую жизнь я хочу прожить и с кем.