Страница 39 из 80
Со двора доносится крик Джефферсона, что индейка готова. Дарла и остальные выходят туда, а я, дрожащими руками, заворачиваю один колач в салфетку. Глубоко вздохнув, я поднимаюсь наверх и стучу в его дверь.
Он распахивает её, закатывая рукав чёрной рубашки и обнажая таттуированное предплечье.
— Я принесла тебе...
Но он затаскивает меня внутрь, и целует прежде чем я успеваю закончить предложение.
— Вау, — задыхаюсь я. — Это так ты встречаешь всех гостей Дня Дружбодарения?
— Даже близко нет, — ухмыляется он, замечая колач в моей руке. — Это мне?
— А, да, — голова все еще в тумане после поцелуя. Смущённо протягиваю ему завернутую в салфетку выпечку. — Хотела, чтобы ты попробовал первым.
Он приближает его к носу и нюхает, облизывает губы. А затем жадно кусает.
— Вкусно? — спрашиваю я, ощущая, как меня буквально трясет от тревоги. Для меня не в новинку ожидать мужского одобрения. Но жаждать его за что-то подобное? Это странно нервирует.
Он закрывает глаза и стонет.
— Просто ахуенно. — он отправляет в рот последний кусок и ухмыляется. — Лучше, чем оргазм.
— Правда? — расплываюсь в улыбке.
— Ладно, не лучше, но так же хорошо. Это очень вкусно, Ти, — он притягивает меня, целуя снова. На губах — вкус колача. Пряный, тёплый, с лёгкой сладостью. — Прямо как ты.
Его взгляд зажигает меня изнутри. Дыра в груди заполняется не болью, а чем-то тёплым.
Снизу раздаётся визг.
— Не смей ронять!
— Похоже, индейка готова, — его пальцы впиваются мне в бедро.
— Нам пора вниз, — киваю я. — Пока Твайлер не хватилась.
Он заправляет прядь волос за мое ухо.
— Спасибо, что приготовила это для меня.
— Эй, — я нервно смеюсь, — друзья на то и друзья.
Убегаю, не дожидаясь ответа. Внизу собрались все. Пит привёл девушку, которую представил как сестру и ещё нескольких парней из команды, которых я не знаю. Мы с Дарлой готовим на острове место для дополнительной еды, а Джефферсон театрально режет индейку.
Когда Аксель спускается, сексуальный, растрёпанный, будто не целовал меня только что, я кусаю губу, видя, как Хизер прилипает к нему и предлагает выпить. Он берёт бокал, но не притрагивается.
— Тебе тоже стоит выпить, — тычет меня Твайлер.
— Что? — спрашиваю я, отведя взгляд с этих двоих.
— Алкоголь. Ты же избегаешь его, но здесь безопасно.
Если я и усвоила что-то за последние недели, так это то, что Аксель Рейкстроу опасен в любом состоянии.
— Я привыкла без него.
— К чему привыкла? — спрашивает Риз, подходя к Твайлер и обнимая её за талию.
В сердце кольнула боль, без сомнений это зависть. Я хочу того же. Публичной нежности. Лёгких прикосновений. Принадлежать кому-то. Даже сейчас Хизер без колебаний касается Акселя.
— К трезвости, — говорю я, показывая на стакан с водой.
— Кто бы мог подумать, что Аксель и Надя завяжут, — вмешивается Джефферсон, который, конечно же, подслушивал. Он протягивает остальным девушкам по бокалу вина.
— И будут воздерживаться, — весело добавляет Рид. Я закашливаюсь и все оборачиваются в мою сторону. — Я про Акселя! — торопится прояснить он. — Я не знаю... про Надину личную жизнь.
Повисает неловкое молчание. Пока Аксель поправив усы, и ухмыльнувшись не произносит:
— Эй все! Нас так и не победили, значит мой метод работает.
В результате все внимание переключается на него, очевидно на это и был расчет.
Дарла, которая по какой-то причине неофициальная хозяйка этого вечера, хлопает в ладоши.
— Еда готова. Хватаейте тарелки, набирайте и наслаждайтесь!
— Погодите! — возмущается Хизер. Рид, который уже воткнул ложку в картофельное пюре, стонет. — Надо сказать тост! За что мы благодарны?
— Пусть Аксель начнёт, — предлагает Пит. — Твой отец же проповедник, да?
— О, точно! — говорит Бриджит, ее глаза загораются. — Он же тот телевизионный пастор? Из той огромной церкви в Техасе? Как там она называется?
— «Королевство», — подсказывает Пит, Аксель пристально на него смотрит. — Что? Моя тетя смотрит его по телеку.
— И моя мама иногда смотрит, — признаётся Рид. — Твоя сестра горячая. Почему она не приезжает?
Аксель бросает на соседа убийственный взгляд, но Дарла опережает его, шлёпая Рида ложкой.
— Что ты сказал?!
— Ничего, детка!
Бриджит же разглядывает Акселя.
— Ты почти знаменитость.
— Не знаменитость, — отрезает Аксель. — Но мы точно должны устроить всю эту церемонию благодарностей. — Он неспешно подходит к еде, берёт тарелку и кладёт мою выпечку на самый верх. — Я благодарен за сезон без поражений, за то, что надрали задницу «Молниям», и за эти восхитительные техасские вкусности, которые даже вкуснее, чем у моей матери.
Краем глаза замечаю, как Твайлер переводит взгляд с Акселя на меня. Я толкаю Рида.
— Иди ешь.
Парни срываются с места, забыв о благословении или благодарности, готовые наброситься на пир. Я хватаю свою тарелку и накладываю себе всякой еды, которую обычно готовят на День Благодарения. Большинство куплено в магазине. Мы расходимся по комнате. Я ищу место и вижу одно рядом с Акселем на диване, с другой стороны к нему прилипла Хизер, её бедро прижато к его. Я не пропускаю мольбу и сигнал SOS в его глазах, он хочет, чтобы я спасла его от этой хоккейной зайки, но тут Твайлер зовёт меня по имени.
— Над, — она указывает на свободное место за столом возле нее. — Садись сюда.
— О, класс, — бросаю на Акселя извиняющийся взгляд.
Твайлер пробует свой колач.
— Черт. Это вкусно. Как ты догадалась их приготовить?
— Аксель упоминал их пару недель назад. Мне стало интересно, и я решила попробовать приготовить, — отвечаю я, поднимая вилку.
— Здорово, что приготовила, — говорит Риз, отправляя один из них в рот. — Они офигительно вкусные.
— А что за история с его отцом? — интересуется Твайлер.
— Он крутой пастор в Техасе, — поясняет Риз. — Одна из этих мега огромных церквей. Аксель не любит это обсуждать.
— Почему? — она накалывает зелёную фасоль на вилку и кокетливо улыбается. — Портит его образ плохого парня?
— Думаю, ожидания отца, одна из причин, почему он не хочет в НХЛ. — Риз слизывает соус с пальцев. — Тренер уговаривает, но он упёрся. Такое чувство, что у его отца другие планы на него после окончания универа.
— Стать священником? — выпаливает Твайлер, широко раскрыв глаза. — Срань господня, ты можешь себе представить?