Страница 57 из 99
ТРИДЦАТЬ
Ноа
Что ж, сегодняшний вечер принял неожиданный оборот.
Моя девушка сегодня чертовски пылкая, и теперь я могу воплотить в жизнь одну из своих самых мрачных фантазий.
Я наблюдаю, как глаза Грейси расширяются, страх и нерешительность написаны на ее лице, прежде чем решимость быстро берет верх, и она срывается с места.
Какая-то часть ее, должно быть, действительно хочет этого так же сильно, как и я, потому что вместо того, чтобы бежать в сторону кампуса, она прямиком направляется в лес, отчего у меня внутри все сжимается от возбуждения.
О, это будет весело.
Я даю ей несколько секунд форы, прежде чем последовать за ней. Грейси, может, и в форме, но я намного быстрее ее, вот почему я перехожу на неторопливую пробежку, не желая догонять ее так скоро.
Единственное, что я слышу, — это тихие, естественные звуки леса, прерывистое дыхание Грейси и стук моего пульса в ушах.
Теперь мы достаточно далеко от школы, чтобы быть в полной изоляции. Никто не сможет услышать нас, когда я буду трахать ее.
Никто не услышит ее крика.
К счастью, я рассчитал время нашей маленькой экскурсии достаточно поздно, чтобы дневное солнце село, но не слишком поздно, чтобы мы оказались насквозь промокшими в полной темноте. Конечно, было бы забавно сделать это под покровом ночи, но я не хочу, чтобы Грейси споткнулась об упавшую ветку и сломала лодыжку.
Мне нравится видеть, как она терпит небольшую боль во время секса, но любая другая боль, которую причиняю не я, вызывает у меня отвращение.
— Я иду за тобой, любимая, — кричу я, и она издает звук, представляющий собой смесь вопля и писка.
Чертовски очаровательно.
— Пошел ты нахуй, придурок! — кричит она мне в ответ, и я не могу удержаться от смеха.
Он гремит настолько сильно, что почти отдается эхом вокруг нас, только усиливая волнение.
— Однажды у нас уже был этот разговор, Грейси, и мы оба знаем, чем он закончился.
Да, это закончилось тем, что я трахнул ее около дерева. Может быть, это просто ее способ сказать, что она хочет меня, на самом деле, не произнося слов?
Мысли на другой день, я полагаю.
Я гонюсь за своей девушкой по лесу, моя голова свободна от мыслей, адреналин бьет ключом, а член напрягается под тканью джинсов.
Примерно через десять минут бега, когда я неуклонно следовал за ней, Грейси останавливается, сгибает колени, держась за дерево, и тяжело дышит.
Я тоже останавливаюсь, но не для того, чтобы перевести дыхание, а просто завороженно смотрю на нее.
Она действительно чертовски красива, самое великолепное, что я когда-либо видел в своей жизни.
Как только она, наконец, берет свое дыхание под контроль, ее тело выпрямляется, а взгляд мечется по сторонам, пытаясь мельком увидеть меня. Она не сможет увидеть меня из-за того, что я стою за деревом, но это мило, что она думает, что я бы облегчил ей задачу.
Как только она понимает, что искать меня бессмысленно, она снова пускается бежать, но на этот раз я иду за ней, не находя никакой необходимости спешить.
Это, должно быть, одна из лучших игр, в которые мы когда-либо играли.
Мы вообще почти не общались, но из моего члена вытекает предварительная сперма, и я никогда в жизни не был таким твердым.
Это кайф — знать, что она здесь, страх и предвкушение пульсируют в ее венах. Я знаю, что ей это нравится так же сильно, как и мне, просто она никогда бы в этом не призналась.
Если бы она не хотела этого, она бы не убегала.
Нет, она бы либо вернулась в кампус, либо подралась со мной.
Вместо этого она предпочла убежать в лес и продолжает убегать все дальше и дальше от цивилизации, провоцируя меня догнать ее и трахнуть.
И я сделаю это, просто не сейчас.
Я мог бы дать ей реальную фору, но я знаю эти леса далеко не так хорошо, как те, что рядом с коттеджем, и я не хотел рисковать потерять ее.
Мы могли бы пойти туда, но это было бы слишком рискованно. Последнее, что нам нужно, это чтобы Коул или кто-то еще заметил нас. Я и так слишком осторожничаю, учитывая, что Логан наверняка подозревает о том, что между нами происходит.
К счастью для меня, и Коул, и Харли, похоже, совершенно не понимают, что происходит, и я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы так и оставалось.
По крайней мере, на данный момент.
Ей снова приходится остановиться, потому что мне каким-то образом удается догнать ее, несмотря на то, что я иду, а она бежит, и я решаю, что пришло время перейти ко второй фазе нашей маленькой игры.
Я жду, пока она снова побежит, прежде чем догнать и наброситься, прижимая ее к земле, обхватив рукой ее голову. Я делаю все возможное, чтобы не позволить своему весу упасть на нее, когда мы оба падаем на землю.
Мы каким-то образом оказались лицом к лицу, Я лежащим на ней сверху, ее лицо превратилось в маску ярости, когда она брыкается, пытаясь оторвать меня от себя, но она не может скрыть блеск возбуждения в своих глазах.
Ей это чертовски нравится, даже если она не хочет чувствовать себя подобным образом.
Но опять же, я знал, что она будет такой.
Я знал, что она будет драться со мной, и от этого еще веселее.
— Да, — стону я. — Продолжай бороться со мной, детка. Это только делает меня тверже.
— Ты больной ублюдок, — выплевывает она ядовитым тоном.
Я хихикаю. — Да, но я твой больной ублюдок.
Это заставляет ее замолчать, ее глаза расширяются, прежде чем на ее милых чертах появляется недоверие. — Ты действительно сумасшедший.
— Только для тебя, любимая.
Она ухмыляется. — Хорошо, — говорит она, прежде чем поднять колено и ударить меня в живот, заставляя меня застонать и схватиться за него, поскольку от боли у меня на мгновение перехватывает дыхание. Она пользуется моим отвлечением, чтобы отодвинуться от меня, и встает на дрожащие ноги, прежде чем снова уйти, и я не могу удержаться от смеха.
Я, блядь, научил ее этому приему.
Я вскакиваю на ноги и направляюсь за ней, боль в животе теперь не более чем запоздалая мысль, когда я догоняю ее. Она не успела далеко уйти за то время, пока я был еще на земле, так что я могу быстро наверстать упущенное.
На этот раз, вместо того чтобы повалить ее на землю, я хватаю ее за руки и разворачиваю так, чтобы она оказалась лицом ко мне, прежде чем выбить из-под нее ноги, прежде чем накрыть ее своим телом.
Она нерешительно толкает меня и пристально смотрит на меня, заставляя меня улыбнуться под маской.