Страница 44 из 111
себя и скажи мне тогда, что я делаю здесь? Что я делаю здесь, Ри-ри, если у меня девица
готова?
— Я не знаю — едва слышно произношу и протягиваю руку, чтобы вытереть мокрые от слёз щёки.
Айрон смотрит в упор, наблюдает за тем, как мои глаза наполняются слезами, как мокрыми
дорожками моя боль стекает по щекам. — Она была там. И ты сказал, что не отпустишь меня в
любом случае. Думаешь, я смогла бы остаться рядом с вами служанкой?
— О какой служанке ты сейчас говоришь? Причём я слышу этот бред уже во второй раз. Объясни
— произносит он — Я сказал, объясни мне, Мария! — рычит, когда я долго молчу.
— Ты сказал мне, разве не помнишь? Ты сказал, что я буду следить за порядком, создавать
уют, готовить потрясающий пирог с овощами и тушеным мясом, а также … согревать твою постель…
— Да — тяжело вздыхает Айрон — Я так сказал. Как и тысячу раз до этого, и ты каждый раз
заливисто смеялась над словами моего отца, которые мы сделали отменной шуткой о том, чем ты
обязана заниматься. Особенно тебя приводило в восторг “согревать мою постель”. — он опускает
голову и растирает рукой лоб.
Давящая, звенящая тишина повисает между нами и внутри меня становится так нестерпимо
больно, что я громко всхлипываю.
— Ты просто повторил его слова… — разрезают между нами тишину мои слова.
— Я хотел, чтобы этот якорь наших счастливых моментов, хоть как-то исправил сложившуюся
ситуацию между нами. Я был растерян. Мне жаль, что ты этого не поняла и восприняла мои слова
совсем не так. Я должен был быть более внимателен, но признаюсь, впал в ступор от дикого,
всепоглощающего чувства вины. Когда ты смотрела на меня там в больнице, когда умоляла его
спасти, что-то внутри меня будто сломалось. Потому что я не мог. Я впервые в жизни не мог ни
на что повлиять. Я хотел найти виновных, притащить их и бросить к твоим ногам, чтобы ты
смогла простить мне мою в этом деле беспомощность. У меня не хватило ни сил, ни магии на вас
обоих, и когда я должен был сделать выбор, то выбрал тебя, потому что ни за что на свете не
смог бы жить без тебя, даже если бы выжил наш сын.
Я закрываю руками лицо и громко всхлипываю, меня начинает трясти, а грудь и всё тело
стягивает от спазма. Не могу ни вдохнуть, ни сказать ни слова. Я задыхаюсь от нахлынувших
эмоций и рвущихся наружу рыданий. Я будто попала в шторм, в водоворот, который снёс меня и
теперь кидает из стороны в сторону, так что я даже не вижу возможности выбраться на
поверхность и снова вдохнуть.
Разворачиваюсь и собираюсь уйти, но Айрон ловит меня и развернув, прижимает к себе.
Утыкается лбом в мой лоб и я, наконец, получаю такую долгожданную возможность отпустить
свою боль и поплакать в объятиях моего мужа. Того, кто любил меня все эти годы, кто
поддерживал, был нежен со мной, а иногда очень груб, потому что не знал, как иначе.
Воздух в комнате встряхивают мои рыдания. Не знаю, как долго я плачу, но, в конце концов,
затихаю.
— Что ты отдал за мою драконицу, Айрон? — спрашиваю я, но не двигаюсь, и мой голос звучит
приглушённо.