Страница 20 из 111
светлый волос, светящихся счастьем голубых глаз и уже давно недетского, но такого родного
заливистого смеха? Нет. Даже если помощь Изину означает сейчас встретиться с Айроном.
— Где сейчас Изин? Я бы хотела его осмотреть.
Изин лежит на земле рядом с одной из палаток. Мимо снуют драконы, кто-то присаживается
рядом с ним, что-то говорит и снова отходит. Резко развернувшись, я бросаю гневный взгляд на
своего провожатого.
— Это только его желание — поднимает он руки так, будто сдается. — Мы пытались затащить в
палатку после того, как он очнулся, после оказанной помощи, но Изин не поддавался. Сказал,
что будет здесь, и попросил его не трогать.
Качаю головой и присаживаюсь рядом с Изином. Он лежит на брошенных мешках, бледный как
полотно, волосы перепачканы грязью и кровью, под глазами тёмные круги. Его колотит, иногда
он что-то бессвязное говорит, и спазм стягивает моё горло. Я знаю, что это значит. Я не раз
бывала рядом с Айроном в подобных местах. Каждая потеря мужа в те года отдавалась и во мне.
Вот только сейчас совсем не то же самое.
Рубашка Изина разорвана, а бока и живот наскоро перемотаны бинтами, что уже пропитались
кровью.
— Ну приве-ет — нежно произношу я, и мой голос предательски срывается. Прикладываю руку к
его лбу и качаю головой. Он весь ледяной. Это не хорошо.
Для дракона вообще не свойственно быть холодным, а если есть такие обширные повреждения, то
он вообще должен быть горячим как печка, что означало бы: идёт скорый процесс регенерации.
У Изина с этим, похоже, дела оказались совсем плохи. А точнее, его дракон вообще не делает
ничего, чтобы остановить кровь и попытаться залечить раны.
В груди сдавливает до нестерпимой боли, и глаза снова наполнились слезами, потому что он
меня не узнает.
Открывает затуманенные болью глаза, мажет равнодушным взглядом и тяжело вздыхает.
Дрожащими пальцами я достаю из сумки последний бутылёк обезболивающего и аккуратно вливаю
его Изину в рот, после смешиваю несколько трав, подзываю одного из солдат и мы, вместе
растирая их, смешиваем с магической водой. Мой помощник присаживается рядом, молча помогает
с бинтами, и мы промываем раны. Используем ещё одно зелье.
Не знаю, как много времени проходит, прежде чем Изин снова открывает глаза и стонет. А
затем улыбается, когда наши взгляды встречаются. Криво у него это выходит, но даже от этого
мне хочется зарыдать.
Он, вероятно, решил, будто я привиделась ему.
— Ты должен со мной поговорить, — наклоняюсь к его лицу и убираю пряди со лба — Я тебе
сейчас помогу. Просто скажи, ты чувствуешь своего дракона? Я сильно постараюсь привести его
в чувства. А ты постараешься залечить раны и выжить. Договорились?
Изин ничего не отвечает. Уже не улыбается и молча изучает моё лицо, наверное, пытается
осознать, что я в самом деле здесь.
— Ма-ари-и? — наконец, до Изина доходит, что я настоящая, и он несколько раз моргает, чтобы
прогнать морок. А я улыбаюсь. Так, тепло становится в груди, когда слышу этот знакомый
говор. Букву р он произносит так, как в моём мире сказали бы, что он картавит. — Ты что в
мои хранительницы заделалась? Снова будешь спасать? Не надо было тебе приходить. Здесь
небезопасно теперь.
— Помолчи, хорошо? — бросаю на него быстрый взгляд, пока заматываю бинты на его раненой
руке. — Силы беречь нужно. Как только придёшь в себя, тогда и поговорим — это я себе под нос
бубню, потому что Изин втягивает воздух со свистом и начинает кашлять. Я вижу, что его зверь
действительно не помогает ему залечить повреждения, и с ужасом понимаю, что орки каким-то
образом ранили его дракона. Это не хорошо. Совсем нехорошо для драконов.
— Сколько раз ещё будешь меня спасать? — замолкает, потому что снова начинает кашлять, и
переворачивается набок. Помогаю ему, а после прикладываю ладонь к его лбу.
— Сколько будет нужно, столько и стану тебя спасать — отзываюсь и дарю ему улыбку. Хотя
признаюсь, улыбаться сейчас мне хочется меньше всего. Страх сковывает, ползёт по спине,
впиваясь в меня ледяными, колючими клешнями.
Я боюсь.
Я так сильно боюсь потерять его, потому что моя боль от потери ещё очень свежа. И пусть
этот уже совсем немаленький дракон не является моим сыном, его потеря принесёт мне очередную
боль.
Сейчас, когда во мне нет магии, я практически ничего не могу сделать, осознание этого
заставляет сжать кулаки. Я даже не способна почувствовать, насколько силён его внутренний
зверь и жив ли он до сих пор.
Хочется взвыть и уверена, что сквозь этот шум и треск защитного поля меня не только Айрон,
но и орки бы услышали. И даже те, что ещё не вошли в портал.
— Ты не перестанешь чувствовать боль, если спасёшь меня, слышишь? Твою пустоту ничего не
заполнит — привлекает моё внимание Изин и его рука опускается на мой живот. — Мне жаль. Если
будешь возиться со мной, станет только хуже, когда всё закончится.
— Замолчи! — рявкаю я так, что солдат рядом со мной напрягается. Растираю руками лицо и
шумно выдыхаю. Пальцы подрагивают, когда протягиваю руку и Изин переплетает мои пальцы со
своими. Они у него в крови, липкие и пугающе ледяные.
— Отпусти меня, Мария. Ты ничего не сможешь сделать, я и Айрону так сказал. Я сожалею о
вашей потери и сожалею, что так скоро тебе придётся лишиться и меня…
— Я сказала, замолчи! — бросаю ему зло сквозь зубы и наклоняюсь к лицу. — Я буду за тебя
сражаться, вырву тебя из её костлявых, ледяных лап, а ты поднимешься и отомстишь за своё
ранение, понял. Ты даже не представляешь, как дорог мне, разве я могу сдаться?
Он ничего не говорит. Лишь закрывает глаза и шумно выдыхает. Какое-то время я тупо смотрю
на него и пытаюсь лихорадочно придумать, что же предпринять.
— Если мы ничего не предпримем…— возвращает меня в реальность сидящий рядом со мной дракон.
И я растерянно поворачиваюсь к нему. Просто я понятия не имею, что следует делать. В висках
стучит кровь, сердце больно бьётся в груди — Что мы будем делать?
— У тебя есть магия? — спрашиваю я, и он кивает — Тогда попробуем привести в чувства его
дракона.
Вспоминаю, как однажды Айрон проделывал что-то подобное с одним из своих новобранцев, когда