Криминальный оракул

— Черт, – безынтонационно произнес он. – Вот про это я не подумал. Значит, доверил ее вам, эту Василису Премудрую?

— Доверил, – спокойно подтвердила я.

— Убедил, значит?

— Она убедила, – уточнила я.

— Ладно, Евгения Максимовна, – вздохнул Арцах, – отговаривать не буду. Возвращайтесь целой и невредимой. Тут в Тарасове, недалеко от центра, такое бистро открылось с кавказской кухней, а там такой плов.. приезжайте – накормлю от пуза за свой счет.

— Заметано, Арцах Суренович.

Но это была самая приятная неожиданность. Дальше эти неожиданности были противные и кусачие.

Нет, сборы прошли быстро и без помех. Но выглянув напоследок в окно кухни, я увидела, как возле моей машины стоит.. да, сомнений не было.

Он опять не замаскировался. Что, как я успела понять, у Антона Владиславовича Макова означало повышенный уровень угрозы, особую серьезность намерений.

Он стоял в паре метров от моего «Фольксвагена», прямой, как палка, и неподвижный, как статуя. Стоял, задрав голову, и смотрел на окно моей кухни. На меня в окне моей кухни.

Сука. Сталкер хренов.

Когда я вышла из квартиры и, завершив все положенные манипуляции с сигналкой, выглянула в окно на площадке у лифтов, Макова было не видать.

Это означало два варианта: либо он ушел вообще, либо зашел в подъезд. В любом случае мне следовало поторопиться.

Я прислушалась: лифт не поднимался, на лестнице шагов не слыхать. Метнулась ко входу на черную лестницу, открыла замок (у меня была копия ключа, чтоб не возиться с отмычками). Заперла за собой и бесшумней кошки быстро двинулась вниз. На первом этаже прислушалась.

Выход с черной лестницы вел к площадке с мусорными баками. Со стороны входа в подъезд меня никто не засек бы.

Вроде чисто. Черт, жаль, у этой двери нет глазка. И даже будь у меня сейчас спецаппаратура, возиться с ней нет времени.

На всякий случай я вылетела из дверного проема максимально быстро и дверь не открыла, а распахнула. И, краем глаза заметив в поле зрения черную тень..

Тело в этот момент сработало само. Через долю секунды Маков лежал лицом в грязный холодный асфальт, с заломленными руками. А я, продолжая придавливать его сверху, с опозданием неприятно осознала: каким-то образом он понял, что я рвану через черный ход.

Хотя – подумаешь, бином Ньютона: не через парадное же выходить, застукав слежку у своей машины.

— Неплохо, – сдавленно просипел он. – Нам бы поговорить, Евгения Максимовна.

— У меня нет времени, – отрезала я. Застал врасплох, ничего не скажешь. Я сейчас и наручники не смогу вытащить, опасаясь хоть на секунду выпустить агента из захвата. Тем более что мои две сумки с необходимым скарбом валялись в полуметре от меня. Недосягаемое расстояние в данных обстоятельствах.

— Мне некогда, – повторила я. – И я не хочу проблем, Антон Владиславович. Не надо мне мешать.

— Три минуты, – предложил тот.

— Минута, – еще жестче отрезала я.

Ноги подмерзали. Хоть и не по сезону теплый, а все-таки январь.

— Вы можете работать на нас, – начал он.

— Нет, я уже занята. Вербовать бесполезно. Что вы еще хотели?

Он не пытался высвободиться – значит, воспринял меня всерьез. Уже неплохо. Руки у него были пусты, когда я его скрутила. То ли не успел достать оружие, то ли и не собирался его доставать. Возможно, второе. Агенты из такой организации к нападению готовятся заранее.

— Вы замечены рядом с Соколовым. Это зафиксировано. Вас могут привлечь за соучастие.

— Если вы сначала докажете хоть что-то, – возразила я. – И я это уже слышала.

— Комарова.. вы ее охраняете?

— Не ваше дело.

— Ты видела, – переходя на «ты», заторопился Маков. – Ты видела, на что она способна. Без нас она такой не стала бы.

— И?

— Ты бы валила, – уже не церемонясь, предупредил он. – Если долбанет, так долбанет и заденет всех. Ты легко не отделаешься. Подумай о тете.

Я упреждающе придавила посильнее, примериваясь – мол, а не долбануть ли мне в свою очередь.

Агент Маков моих приготовлений видеть не мог, но перенос центра тяжести наверняка почувствовал. Тощий ведь, поди, жестко ему на асфальте.

— Не лезьте в мою работу, – в свою очередь предупредила я, затем ткнула указательным пальцем ему в шею. Более эффективно вышло бы, стой он ко мне лицом, но со спины тоже вышло неплохо. Маков отрубился моментально.

Отлично, несколько минут у меня в запасе есть.

Я пристроила бессознательного Макова на деревянный ящик, прислонив спиной к большому баку для пластиковых отходов. Может, будет за это плюс в карму: все ж не стала оставлять его валяться на промерзшем за ночь асфальте.

Все это время в наш разговор никто не вмешивался. Я убедилась, что все чисто, подхватила вещи и переместилась к своему железному коняге. Возле него и внутри пришлось чуть повозиться: убедиться, что железный друг не подхватил «паразитов». Здесь тоже обошлось. Можно было ехать.

О, Евгения Максимовна, это не ваша проблема. Совсем не ваша. Не извольте беспокоиться. Ну-ну. Вроде кто-то обещал заняться Маковым, а, Артур Лаврентьевич?

Так что после выступления, едва Василиса Ефимовна окажется в безопасном месте, позвоню Соколову, доложу о происшествии. Ведь Маков не маскировался даже, черт!

Лишь на подходах к «Евразии» я осознала, насколько внезапным было появление Макова у моего дома. То есть было бы понятно, будь я вместе со своей подопечной, Василисой. Или тем более с клиентом, Соколовым. А тут Маков вторгся исключительно на мою территорию и только по мою душу. Напряг не по-детски.

Поэтому я позвонила одному человечку, знакомому из охранного агентства. Договорилась, чтобы мою квартиру в мое отсутствие проверяли. Лишним не будет.

Да, в Тарасове связи были; а вот во время турне придется полагаться на тех, кто есть. Надеюсь, при Комаровой Соколов будет надежнее бдеть. Обещал же, чуть не мамой клялся; и в такой ситуации его помощь лишней не будет. Ну, если он хочет полноценно защитить свой «живой талисман».

Тем не менее отказываться от задания я и не думала.

Адреналин после короткой стычки унялся, появилась небольшая слабость в мышцах. Но вместе с ней – и злой, задорный азарт. Никакой дразниловки гусей, но голыми руками меня не возьмете!

Впрочем, и эти ощущения быстро пропали, едва я переступила порог гостиницы и направилась к ресепшен.

Меня ждали, провели в номер к Василисе Ефимовне; и уже она представила меня своему окружению. Артура Лаврентьевича я не застала. На мой вопрос (вполне обоснованный) «Где он?» Комарова только отмахнулась:

— Ушел по своим делам. Он мне не отчитывается.