Страница 7 из 142
Этим утром он бродил в поисках своего напарника, чтобы потренироваться у озера Покаяния, как и всегда в этот час, однако с досадой обнаружил Нивертона вновь в компании львиры.
— Может хватит уже хвостатой моську обтирать? — крикнул он, едва заметив друга.
— Разве сейчас есть что-то важнее? — вопросительно посмотрел на него Нивертон. Львира сделала пару шагов назад и оскалилась. Ей явно не понравился недоброжелательный тон нового гостя.
— Тренировки! — подошел ближе Тирек. — Что может быть важнее для стражей чем защита деревни?
— Разве природа посылает тебе сигналы об опасности? — голос Нивертона сделался строже. Не было ни одного друида в деревне, к кому бы он плохо относился, и даже Тирека считал своим хорошим другом, однако сейчас Нивертон насторожился.
— Все может случиться… — ловко извернулся Тирек. — Почему ты так носишься с этой химерой?
— Не забывайся, друг, — покачал головой Нивертон. Несмотря на то, что Тирек был крупнее, теперь Нивертон был совсем не прочь отвесить ему воспитательного пенделя. — Львира была послана в этот мир не просто так. Раз мне суждено было стать ее наставником, я не буду пренебрегать этим обязательством.
— А тебе не кажется, друг, — последнее слово он излишне выделил, — что ты меняешь свои обязательства так же часто, как эльфы свои одеяния?
— Не считаю, Тирек, — сделал пару шагов вперед Нивертон, оказавшись в нескольких сантиметрах от недовольного задиристого лица. — Но если тебе есть, что сказать, прошу, высказывайся.
— Есть. Мне есть что сказать, Нив. Ты прислуживаешь этой мелкой твари, отбросив все обязанности перед Друидэйном. Она, — указал Тирек на львиру, — не наш народ и не наша головная боль. Она даже не человек, я уже молчу о друиде. Надо было отдать ее эльфам, они бы нашли ей применение.
— Я — наречённый, — вновь повторил Нивертон. Его светло-голубые глаза неподвижно смотрели в гневные карие. — Теперь Каиса моя главная ответственность. Опомнись, Тирек! Если ты не принимаешь ее, то и меня тоже, ведь мы с ней теперь связаны. На всю жизнь.
— Значит, ты выбираешь ее, да? — уязвленно закивал головой Тирек, отходя назад. — Предатель!
— Каиса ни на кого не нападала, так отчего же я предатель? — Нивертон ошарашенно смотрел на бывшего друга, словно впервые его увидел.
— Предатель! — гневно повторил вновь Тирек и скрылся из виду.
— Да, Каиса, мы с тобой хлебнем сполна, — раздосадовано потер щетинистый подбородок Нивертон. — Главное, чтобы он теперь не поднял восстание. Кто знает сколько в деревне еще таких недовольных. А если их окажется большинство, даже архи будет бессилен… — он присел на душистую траву, из которой виднелись белые цветы клевера, и печально посмотрел на львиру. — Пока не заговоришь сама и не покажешь всем, какая ты на самом деле, нас все время будет преследовать непонимание. Может, после твоего воплощения, им станет проще понять тебя…
Львира внимательно посмотрела на Нивертона. Лукавый взгляд пропал, а от задорного настроения не осталось и следа. Казалось, она осознала нелегкое положение своего наречённого.
— Послушай, Каиса… — тяжело произнес Нивертон, глядя в красно-карие глаза. — Я тебе не отец, не брат и даже не друг. Я — твой наставник, твой защитник. Я не имею права тебе приказывать, но ты должна прислушиваться ко мне. Только так мы с тобой станем хорошей командой. Совсем не безопасно постоянно разгуливать в львиной шкуре, тебя ведь никто не должен увидеть из чужаков, а лесные эльфы живут прямо за рекой… — Нивертон вздохнул и опрокинул голову. Вертя в руке цветок клевера, он думал о том, что сказал ему Тирек. Скорее всего так считает не он один, просто остальные пока отмалчиваются… Конечно, Нивертон не собирался идти у Тирека на поводу, но все же в его словах он услышал правду. Придет время, и он окажется перед нелегким выбором между друидами и львирой, и какое же решение он примет тогда?