Страница 47 из 70
Глава 47
«Королевская милость» оказалась колючей, как репейник. Солдаты сэра Кевина
разместились в самом новом длинном доме, который мы строили для прибывающих
семей. Они тут же начали предъявлять претензии: еда простая, постели
жёсткие, вина нет. Их высокомерие раздражало, как камушек в сапоге. Наши
люди отвечали молчаливой, зловещей холодностью. Пространство деревни
раскололось на две части: свои, — грязные и суровые, и чужие, — сверкающие и
надменные.
Сивер держал посланников короля на коротком поводке. Он поручил им самую
грязную и неприглядную работу — рыть дополнительные укрепления на самом
опасном, восточном склоне. «Если уж вы здесь для помощи, так помогайте там,
где нужнее всего», — заявил он сэру Кевину. Рыцарь скрипел зубами, но
подчинился. Его люди копали, ворча, под присмотром Рыгара.
Мне тоже пришлось столкнуться с «нежданными гостями». У сэра Кевина двое солдат
подрались между собой, один сломал нос. Они явились в лечебницу, требуя
немедленного внимания «для королевских слуг». Элви, перевязывавшая в тот
момент глубокий порез у нашего лесоруба, лишь подняла брови.
— В очередь, — сказала я спокойно, даже не повернувшись. — Тяжёлые раны —
первые. Остальные — по мере поступления.
— Да ты знаешь, с кем говоришь? — взорвался один из них.
— С пациентом,
который мешает работе, — парировала, встречаясь с ним взглядом. — Можете
ждать снаружи. Или идти к своему полевому лекарю, если он у вас есть.
Такового у них не было. Наглецы ушли, бормоча проклятия. Но позже вернулись и
молча сели на лавку, дожидаясь своей очереди. Сила — даже сила целительницы
— была здесь единственным настоящим аргументом.
Вечером, когда мы с Сивером, наконец, остались одни в его штабе — бывшем
амбаре, теперь заставленном картами и отчётами, — он тяжело вздохнул,
потирая переносицу.
— Крысы в трюме, — произнёс дракон мрачно. — Они
ничего не сделают в открытую. Но будут саботировать, докладывать в столицу
каждую мелочь, сеять недоверие.
— Они боятся, — заметила я, разливая
травяной чай по глиняным кружкам. — Боятся тебя и того, что ты создал здесь
без разрешения короны. Сильной, независимой общины, которая не кланяется их
гербам.
— Они боятся другого... — поправил мужчина, беря кружку. Его
пальцы коснулись моих, и как всегда, это простое прикосновение вызвало волну
тепла. — Правды о том, что король бросил своих людей, а я — нет. И она
опаснее для знати, чем любой дракон Гракхов.
Сивер был прав. Сэр Кевин и его люди были симптомом болезни, разъедавшей
королевство изнутри — равнодушия, чванства, отрыва от земли и её людей.
— Что будем делать? — спросила я.
— Использовать их, — сказал генерал, и в
его глазах мелькнул знакомый холодный огонь стратега. — Они хотят выглядеть
полезными в отчётах? Пусть поработают. Хотят следить? Пусть видят, как мы
сражаемся. А когда Гракхи придут в следующий раз… — он сделал паузу, — они
либо встанут в строй. Либо побегут. И в том, и в другом случае проблема
решится.
Это был рискованный план. Но у нас не было иного выбора.
На следующий день Сивер устроил показательные учения для «гостей». Он вывел на
плац всё наше ополчение и провёл их через комплекс упражнений — от
слаженного перемещения щитов до отражения ложной атаки. Движения были
неидеальны, но в них была яростная, грубая энергия и полное доверие к
командам. Сэр Кевин наблюдал с каменным лицом, но его солдаты
перешёптывались, и в их глазах читалось не только презрение, но и… уважение.
Профессионал видит профессионала.
А потом случилось то, что Сивер, наверное, предвидел. Во время тренировки с
метанием копий одно из них, брошенное неопытным юнцом, отрикошетило и
угодило прямо в группу королевских солдат, наблюдавших за происходящим.
Конечно, никто не пострадал — оказалась лишь царапина на руке у одного. Но
момент был взрывоопасный.
— Это покушение! — закричал солдат, хватаясь за меч.
Наши люди замерли
насторожившись. Рыгар шагнул вперёд, закрывая собой виновато бледного
подростка.
И тут вмешался Сивер. Он абсолютно спокойно, словно нехотя, подошёл к раненому
солдату.
— Покажи, — приказал коротко.
Тот, ошеломлённый, показал царапину. Сивер кивнул, потом повернулся к юнцу.
—
Ты. Извинись. Потом отправишься на кухню чистить картошку на неделю за
небрежность. — дракон посмотрел на королевского солдата. — Несчастный случай
на тренировке. Боевая ситуация. У нас здесь не до шлифовки манер. Если твоя
честь требует сатисфакции — я готов принять твой вызов. Как командир,
ответственный за дисциплину.
Предложение дуэли с генералом, даже мятежным, за царапину от мальчишки было
абсурдом. Солдат потупился, бормоча что-то неразборчивое, и инцидент был
исчерпан. Но урок был усвоен всеми: здесь свои правила. И главное из них —
ответственность командира за своих людей, — даже за ошибки.
К вечеру напряжение немного спало. Границы были обозначены. Мы были двумя
разными армиями, загнанными в одно упряжку внешней угрозой. Но теперь, по
крайней мере, было ясно, кто в этой упряжке главный. И что люди генерала,
хоть и не наряженные в блестящие доспехи, держатся вместе. А это было именно
то, чего боялся сэр Кевин и те, кто его послал... Единство.